и печенье! − говорю, не отвечая на вопрос. − И ещё яблок! − вспоминаю про Толю, перевожу взгляд на холодильник и вижу там сосиски. − И сосисок штук десять.− это уже для Дуси.
− Сейчас сделаю, так ты не ответила к кому приехала? — доставая сосиски, не унимается женщина….
− К бабе Мирославе… − отвечаю немного помедлив.
− К старой ведьме?? − удивляется женщина.
− Что простите? − опешила я.
− Ой извини меня, как скажу чо не подумав! Это я не со зла, она просто одна живет, вот дети её и зовут ведьмой да бабой ягой! — краснея, причитает она.
− Не хорошо так о старых одиноких женщинах говорить! − зло отвечаю, забирая продукты и расплачиваясь.
− Извини меня дивчина, я не со зла!− ещё больше раскрасневшись, кричит мне в след продавщица.
Хлопнув дверью, выхожу на улицу.
− Ты чего это? − переводя взгляд с двери на меня, спрашивает бабуля.
− Ничего…− отмахиваюсь. − Они её бабой ягой зовут, или ведьмой! − не выдержав говорю бабушке…
− Да люди любят языками трепать… − поджала губы бабуля. — Ладно, Бог им судья, пойдем Поль!
Соглашаюсь и иду за ней. Идём вдоль деревни, она раза в три больше нашей, здесь есть и молодёжь и дети. Проходим деревню и идём к лесу. Красиво тут, лес больше хвойный, по нему петляет маленькая тропинка.
− Совсем заросла, раньше была больше, на телеге или машине можно было проехать. − тихо говорит бабушка, смотря по сторонам.
Доходим до поваленного дерева.
− Поль давай передохнем.
− Хорошо. − опускаюсь на дерево, ставлю рюкзак на землю и выпускаю Толю, бабушка так же делает с Дусей.
Они выходят и разминают лапки.
− Яблоко будешь? спрашиваю у Толи.
− Да буду! − пытается забраться ко мне на дерево, я его подсаживаю одной рукой. − Я Дусе сосисок взяла. − поворачиваюсь к бабушке
− Давай, она как раз проголодалась. − достаю сосиски и передаю бабушке.
Протираю яблоко и даю Толе, он обхватывает его лапками и начинает хрумкать, Дуся мурлыча есть сосиски, мы с бабушкой, молча за ними наблюдаем.
Глава 8
Продолжив путь, после не большого отдыха, наконец-то добираемся до домика бабы Миры.
Красивый бревенчатый дом, с облезлыми, красивыми ставнями, немного запущенный. Сразу видно, что жительница старенькая, и отсутствует мужская рука.
Во дворе имелась банька, и несколько клумб с цветущими цветами. Подходим к дому, и бабушка на мгновение замирает…
− Бабуль?
− Сейчас милая, просто столько лет…. − её глаза наполнились слезами.
Резко открывается дверь, от чего я подпрыгнула вместе с рюкзаком, в котором ругнулся Толя.
− Маша! − выйдя на порог, приложив руку к груди, сказала не большая старушка… Ей должно быть уже под восемьдесят.
Бабушка не произнося ни слова, начинает реветь, как и бабулечка на крыльце.
Бабушка делает несколько шагов к ней, баба Мира спускается и идёт к ней на встречу, затем они просто бросаются в объятия друг-друга…
Они потеряли столько лет, столько лет из-за горя и недопонимания, из-за обиды и непринятия своей неправоты, из-за гордости….
Тихонько стою в стороне, и у самой текут слёзы…
− Машенька какая я дура, как я могла…. Я была не в себе, я не должна была вас обвинять…
− Мирочка я не лучше, надо было быть рядом, не уезжать, не обижаться….
Продолжали реветь мои родственницы, обнимаясь и прося прощение..
− А это наша Полина! − переводит взгляд на меня баба Мира. − Рыженькая ты наша!
− Ага. − это уже моя бабушка. − Видно в бабу Марфу!
− Ну да, только она у нас рыженькая была. − кивает Мирослава.
− Здравствуйте! − улыбаюсь я.
− Здравствуй милая, не переживай! Мы сделаем всё возможное, негоже пропадать такой красоте! − улыбаясь, проводит у меня по щеке своей рукой.
− Проходите девочки, кормить вас буду!
Мы заходим в дом, внутри на удивление всё чисто, аккуратно, пахнет сушеными травами и выпечкой, контраст по сравнению с улицей.
Заметив мой удивленный взгляд, баба Мира улыбается:
− Что, не совсем я немощная старая карга?! − блестит своими глазками. − А это Шарик, познакомитесь!
К нам вышел, старенький, маленький цвета кофе с молоком пёс. Дружелюбно виляя хвостом и смотря добрыми, мудрыми глазами.
Чувствую, как в рюкзаке завозился Толя.
− Не бойтесь, выпускайте своих, пусть осваиваются!
Я выпускаю Толю, а бабушка Дусю, последняя с видом королевы пошла по дому.
− Как была она у тебя вертихвосткой так и осталась! − бормочет бабушка Мира.
−Она не вертихвостка, просто натура у неё такая! − заступается бабушка.
− Стервозная у неё натура! − я стараюсь приглушить смешок…
Нас угостили вкусным пирогом с капустой и чаем с листом смородины.
Бабушка рассказывала всё по порядку, Мирослава внимательно слушала, а я лопала пирог посматривая то на них, то на пушистых.
− И так план действий такой! − на правах старшей начала бабушка Мирослава.
− Через неделю у меня день рождения! И как ты знаешь Марусь дата для нас важная!
− Как это важная? — спрасила, не зная не о каких важных датах кроме двадцатилетия, и бабе Мирославе явно двадцать не стукнет или ………
− Про двадцать лет ты знаешь!
− Ага… киваю
− Ну вот, а есть ещё и восьмидесятилетие, тогда мы обретаем полный доступ ко всем нашим знаниям! И вот тогда мы узнаем, что с тобой случилось и что пошло не так! Хоть и есть описания предыдущих случаем, но ты явно не подходишь под эти описания! − помешивая чай, рассуждает Мирослава.
− Да, восемьдесят лет важный возраст, когда я приводила тот обряд, у нас не было родственницы в таком возрасте, и мы не могли просканировать тебя и узнать как и что делать. − вздохнула бабушка.
− Но сейчас-то есть! Не волнуйтесь девки, я поднапрягусь и недельку как минимум точно проживу! − хихикает Мирослава, а она барышня с юмором как я поняла.
− То есть мы тут как минимум на неделю? — уточняю.
− Да! − кивает Мирослава.
− Беги, звони своему норовистому! − ухмыляется бабуля.
− Ну Ба!
− У неё, что парнишка есть? − наклонившись через стол, и засияв глазками спрашивает Мирослава.
− Ага! − хитро произносит бабушка, делая глоток чая.
− Ну и как он? − не унимается Мирослава.
− Хороший, работящий, местный….. − на
