диван.
— Я жив и здоров, это для тебя хорошие новости? — язвительно отвечаю и делаю глоток.
Уголки моих губ ползут вверх, от смены выражения лица родителя.
— Не в настроении значит, — отец хмурит брови. — Что ж, у меня зачастую такое бывает, особенно когда я расстроен. А расстраиваешь меня в последнее время ты.
Он поднимает на меня озлобленный взгляд, на моем лице не дрогнул ни один мускул. Знает, что на меня это не действует, так зачем продолжает бесконечные попытки запугать меня или усмирить.
— Ладно, я спрошу еще раз, — упирается локтями в стол. — Есть хорошие новости?
Я понимаю, что он имеет в виду девчонку, ведь это моя единственная нерешенная проблема. Проблема, которую я притащил в свой дом.
— Может быть, — уклоняюсь от ответа.
— Значит, нет, — откидывается на спинку стула, постукивает пальцами по столу.
Знаю я этот взгляд. Собственно именно за этим я и явился, убедиться в том, что терпение его лопнуло, и выбор у меня остается один. И почему именно сейчас я увидел бизнес совсем с другой стороны?
Залпом допиваю алкоголь, подхожу к столу и ставлю перед его носом. Отец иронично выгибает бровь, поднимает на меня взгляд.
— Зайди! — громко произношу, чтобы меня было слышно за дверью.
Отец переводит взгляд на вошедшего Егора. Друг молча кивает, останавливается рядом со мной и ставит на стол сумку.
— А теперь договор! — холодно произношу и киваю Егору, чтобы снова вышел и оставил нас наедине.
— Договор? — отец жадно скользит взглядом по содержимому в сумке.
— Это было условием, — вру, — деньги у тебя, долг закрыт.
Отец ухмыляется, с недоверием на меня смотрит.
— Расскажешь забавную историю?
— Я умею убеждать!
— О, несомненно, — отец нехотя поднимается, из множества папок достает одну и швыряет на стол. — Девчонка оказалась умна?
— Не без этого, — пробегаюсь по содержимому, — ты кое-что забыл, — кладу на стол папку и смотрю на него. — Подпись, печать.
Без них снова могут возникнуть вопросы по долгу и плевать, что он уже уплачен.
— Юрист толковый может доставить нам неприятности, — поясняю отцу.
Отец не спеша подписывает, ставит печать и толкает папку ко мне. Забираю ее и молча направляюсь на выход.
— Останешься на ужин? — чуть поворачиваю голову, замечаю довольный взгляд отца.
— Не сегодня.
Не обращаю внимания на вскочившего Егора, который все это время так и ждал у кабинета, выхожу на улицу, крепко держа в руках документы.
— Что? — уже в машине спрашиваю у друга, надоело терпеть на себе его недовольный взгляд.
— Не пожалеешь?
— Не понимаю о чем ты, — сворачиваю за угол, проезжая на красный свет.
— Я типа осёл? — оборачивается ко мне. — Думаешь, я ни хрена не понял?
Я резко нажимаю на тормоз, Егор упирается ладонями в панель, рычит.
— Значит так, — поворачиваюсь к нему, — либо ты сейчас идешь в бар со мной и забываешь эту тему, либо…
— Мозгами поплыл? — перебивает. — С каких пор твое доверие ко мне пошатнулось?
Я бы сказал, да поднимать тему не хочется, да и по взгляду друга понял, он сам догадался.
— Ладно, — кивает. — Тема закрыта!
Вот и отлично. На первое время тема закрыта. Позже я дам ему повод думать иначе, что с помощью меня мышка нашла деньги. А сейчас, мне нужно расслабиться.
Дом вновь встречает меня тишиной. Первое, что хочется сделать, это взбежать по лестнице вверх, проверить, не слишком ли я перестарался с доверием. Хоть и двери все заперты, это ведь не значит, что невозможно сбежать. Мышка знает и свои пути. Проверенные. И Марго могла не заметить ее исчезновения.
От всех этих мыслей начинает болеть голова. Нужно еще выпить, точно станет легче.
Поднимаюсь на второй этаж и заглядываю в ее комнату, пусто и тихо. В моей спальне я вряд ли ее обнаружу, но все же заглядываю, оставляю папку в верхнем ящике комода. С ней разберусь позже.
Встречаюсь с Марго вышедшей из гардеробной, та заметив мой взгляд, указывает на гостиную.
— Ужин?
— Не сейчас, — прохожу мимо нее.
В гостиной полумрак, неяркий свет из лоджии немного освещал помещение. Там же устроилась и девчонка, удобно расположившись на маленьком диванчике с книжкой в руках.
Чуть не промахиваюсь задом мимо кресла, стоящего в углу, но все же падаю в него, не создавая шума. Открываю бутылку, которую прихватил с комнаты. Наблюдать я люблю, умею и делаю это сейчас с неким удовольствием.
Сегодня я сделал то, чего не ожидал от себя, совершил опрометчивый поступок, но почему-то мне кажется, что это единственное верное решение в моей жизни. Теперь она может свободно гулять по городу, жить дальше, работать, любить..
Последнее исключаем к черту!
Смотрю на девчонку, которая не замечает моего присутствия. А ведь всего лишь стоит бросить взгляд в мою сторону.
Как же ты бегала от коллекторов столько времени?
Или дело все в том, что она чувствует здесь себя в безопасности, потому и не проявляет бдительности.
Что ж, это радует.
Делаю глоток виски и чуть подаюсь вперед, расположив локти на коленях.
Ну, девочка моя, теперь ты точно принадлежишь мне. Никому. Только мне! Не будет назойливых звонков, не будет никакой охоты, в этом забеге я один и тебе придется свыкнуться с этим, потому что выбора у тебя нет. Моя!
Настолько увлекся мыслями, что не заметил, как она уснула, наблюдать за ней спящей не меньшее удовольствие. Потираю ладонями лицо и ерошу волосы, алкоголь ударил в голову раньше, чем я планировал. Сейчас это не совсем кстати.
Поднимаюсь и выхожу из тени угла, направляюсь к лоджии, где так сладко и мило спала та, которая толкает меня на необдуманные поступки.
Скольжу взглядом по обнаженным ногам вверх, взгляд останавливается на книге, тонкие пальчики уже не сжимают слегка потрепанное издание. Темные волосы спадают волнами и едва касаются пола, дыхание медленное и размеренное. Так крепко уснула?
Опускаюсь на корточки рядом с ней, убираю книгу в сторону, осторожно поднимаю ее на руки. Холодная. То, что на руках у меня сейчас нечто ценное, а это в прямом смысле буквально, и хрупкое отрезвляет мои мысли. Осторожно вхожу в гостиную и медленными шагами иду в комнату. В какой-то момент мне казалось, что она проснется.
Густые ресницы дрогнули в момент, когда опустил хрупкое тело на простыни. Наклоняюсь чуть ближе, всматриваюсь в ее лицо, скольжу взглядом по полным губам, склоняюсь чуть ближе, мне необходимо почувствовать их вкус.
От меня не ускользает то, как напряглось ее тело. Я чувствую. Она не спит. Тогда почему притворяется? Боится? Или ждет продолжения? Или мне показалось?
