Город св. Себастьян построен на правой горной стороне реки св. Генуария, а потому солнечный зной не истребляется столь полезным для здоровья прохладительным морским ветром и во время дня жители мало оставляют свои дома по причине несносных жаров, а когда солнце опускается за горизонт, то тогда только пользуются более охладительным воздухом.
24-го. В 4 часа пришли мы в дом г-на посланника, находящийся по горную часть города, почти вне оного. Он стоит на горе и весь залив виден из оного. Местоположение его есть одно из лучших в городе. Но при всем том граф уверял, что даже и у него в доме термометр иногда показывал от 25 до 26 градусов в жару. Обед был готов и мы сели за стол в числе 7 персон, все русские, таковою приятною компаниею мы уже давно не наслаждались. Прекрасно изготовленный обед и отличные вина аппетит наш весьма исправили. Ласковое обращение графа, оказываемое нам во всяком случае, и гостеприимство, которым он особенно отличается, были неизъяснимы и каждый из нас имел особое уважение к особе его звания. При столь отличном характере граф Пален не только умел заслужить столь достойное уважение у своих соотечественников, но даже и все иноземцы, имеющие честь быть ему знакомы, с почтением рассказывали нам о нем без всякого пристрастия. Португальский принц регент[61] принимает его, как своего друга, по просьбе которого он живет здесь против своего собственного желания. Вечеру мы благодарили графа за его угощение. Он объявил нам, что [1-го] числа будет день рождения принца-регента и его португальское высочество хотел, чтоб мы были представлены к нему во дворец. В 8 часов простились с графом и возвратились на корабль.
Май
1-го числа был день рождения принца-регента. В 12 часов со всех стоящих военных кораблей было салютовано и расцветились флагами. Войска стояли все на площади против дворца. В первом часу пополудни мы съехали на берег, где были встречены флотским лейтенантом командиром корвета португальского, занимающего место брандвахты, с которым мы имели удовольствие познакомиться у г-на Лангсдорфа на балу. Он проводил нас во дворец, где мы встретились с нашим посланником. Он рекомендовал нас придворным португальцам и тут же бывшему английскому адмиралу Диксону, начальнику Британской эскадры. В 2 часа последовало представление. Прежде были представлены послы разных наций, а потом представлены были адмирал Диксон с его капитанами эскадры, в числе коих были и мы. Представление было в зале довольно богато убранном, но по малой его величине не весьма не великолепном. Принц стоял несколько впереди, по правую сторону всей своей царской фамилии. Каждому из представляющихся должно было подходить к принцу, сделать довольно низкий поклон, потом каждой особе из коронованной фамилии и, не поворачиваясь спиною, откланиваясь, отступить до конца зала. Такою церемониею окончилось наше представление, но португальцы, имеющие честь быть представлены принцу, становятся на колени и целуют его руку, а также у всей королевской фамилии.
Мы поблагодарили посланника, который предложил нам свою ложу в театре и просил, чтобы мы пришли теперь, прибавляя притом, что когда нам вздумается быть в театре, то чтобы мы занимали всегда его ложу. Мы благодарили графа и воспользовались его предложением. В 6 часов начался театр. Принц-регент и вся королевская фамилия были в театре. Представлялась опера «Артаксеркс» и [была] заключена балетом. Между действиями вся публика должна была стоять, обратясь лицом к принцу, который вскоре, как кажется, наскучив игрою актеров, заснул в своей ложе. По окончании театра его высочество пробудился и уехал со своей королевскою фамилиею.
2-го. Сего числа граф Пален и его брат вместе с консулом Лангсдорфом посетили наш корабль. Его сиятельство остался у нас обедать. В 6 часов посланник оставил корабль, коему салютовали семью выстрелами, а люди были поставлены по реям.
6-го. Сего числа снялись с якоря и пошли в море фрегат «Aquillon»[62] и шлюп «Альбион»; на последнем отправился брат нашего посланника в Россию.
11-го. Пришел с моря португальский бриг, на котором привезено 500 африканских арапов для продажи. Оный бриг был в море 52 дня. Я видел сих несчастных, продаваемых на рынке своими хозяевами, как будто зверей, не имея к ним никакого сострадания. Город св. Себастьян наполнен сими несчастными жертвами надменных португальцев. Все тяжкие работы исполняются невольниками, и ни один природный португалец не снискивает трудов рукоделием, но каждый имеет несколько невольников, которых он употреблять может по своей воле и, утопая в лености, торжествует над сими несчастными, которые должны приносить ему ежедневно положенное количество денег; но если оный не может приобрести положенной суммы, то получает крепкие наказания[63].
16-го. В 10 часов поутру пришли с моря два английских фрегата «Гарденорд», капитан Перси и «Эриса»[64], капитан […][65]. Того же числа пополудни прибыл из Англии пакетбот, через которого получено известие о совершенном поражении французов и вступлении Российских войск в Париж[66]. Первый лейтенант фрегата «Гарденорда», г-н Аллен, старый мой сослуживец на фрегате «L'Egyptienne», с которым мы прежде были здесь, в 1804 году, узнавши, что я нахожусь на корабле «Суворове», просил меня к себе обедать на фрегат.
17-го. Я обедал на фрегате «Гарденорд» и с удовольствием провели время, вспоминая о прошедшем времени.
20-го. Корабль совсем был готов к морю и все вещи, долженствующие поступить на корабль для грузу, были привезены с берега, но расчеты г-на Молво еще были не окончены, а потому мы не снялись с якоря.
21-го числа поутру перешли ближе к выходу из залива, дабы воспользоваться береговым ветром.
22-го привезены на корабль хронометры, по проверке оказалось следующее: хрон. № 343 — Арнольда — отстоял от Гринвича 8'55", среднее же его отставание — 2'7", другие же два, по неравномерному своему отставанию, найдены к употреблению вовсе негодными.
24-го. В 8 часов прибыл на корабль суперкарго Молво, объявил, что расчеты его окончены и в 9 часов, при легком береговом ветре, вступили под паруса. В 10 часов миновали крепость Санта Крюз и поставили все паруса, направя курс к зюд-осту.
Плавание из Рио-Жанерио до берегов Новой Голландии. Пребывание в порте Джаксоне
24-го мая, в пятницу, оставив Р. Жанерио, курс наш был направлен к зюд-зюд-осту [SSO], чтобы скорее достигнуть широты пассатов и пользоваться свежим западным (W) ветром. По причине позднего времени плавание наше кругом мыса Горна было сопряжено с большими затруднениями и потерей времени, потому и решились плыть около Вандеменской земли, остановясь для поправок в порте Джаксоне и затем следовать в Ситху.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
