интеллекта. Все это значило то, что мне было очень легко менять эту реальность при минимуме воздействий, через вероятность технических сбоев.
Вмешавшись в работу систем обеспечивающих мое заключение, я вышел сначала из камеры, затем из здания. Экран, который как я думал возникал в камере, на самом деле был виден только мне и был привязан ко мне через особые генные метки. Используя всю ту же технологию выхода в субреальность, ретранслятор передаёт мне мыслеобразы из коммуникационного центра. Этот центр используется государственными структурами. А ещё на ретранслятор можно просто позвонить. Я вырубил пока эту штуку, чтобы не мешала.
Куда теперь? Вечный вопрос. Ни в здании, ни на улице никого не было. Я шёл по поверхности, чем то напоминавший мягкий асфальт мимо тех же невообразимо высоких зданий. Нужно выйти к людям, но полицию лучше избегать.
3
Как всегда неожиданно, передо мной возникли два объекта. Визуально их можно было описать как аморфные яйцеобразные тела с зеркальной поверхностью. При анализе через выход в субреальность я установил, что это полицейские-перехватчики, роботы естественно. Как я уже устал от вас. Опять применив свои возможности я просто прошёл мимо, оставив их с зависшей программой позади.
Вот что странно, они запрещают лезть в субреальность, при этом у них нет средств остановить такого преступника, как я.
Наверно через час ходьбы здания-небоскрёбы закончились, и я вышел на настоящую улицу, где уже были небольшие двухэтажные строения, в которых светились окна. Сканирование показало, что там есть люди.
Это был городок техников, где жили инженеры, обслуживающие сложные виды оборудования и айтишники. В городке были также школы, больницы, все те нормальные объекты инфраструктуры, что нужны людям.
Я направлялся в кафе, работающее круглосуточно. Сейчас был ранний час и люди завтракали перед работой. Естественно мой вид возбудил внимание немногочисленных посетителей. Я сел за свободный столик. Никто ко мне не подходил. Я подозревал что система заказа и оплаты тут тоже работала через долбаный ретранслятор. Но я же бог. Посидев минуту, я разобрался в сложных информационных потоках системы обслуживания и через пятнадцать минут в центре стола как бы поднялся откуда-то из глубины поднос с завтраком. Его видимо подавали по каким-то пневмоканалам прямо с кухни.
Как же я скучал по простому завтраку: яйца, сосиски и чёрный кофе.
Пока я жевал ко мне подсел человек, не очень приятной наружности. Около шестидесяти лет, грязные волосы с трудом покрывали лысину. Кожа покрыта родинками и ещё какими-то пятнами.
— Вы меня извините за вторжение. Приятного аппетита. У нас тут не часто гости. Вы вот откуда?
— Из далека, — Сказал я, глотнув кофе.
— Это понятно, — Разочарован был моей скрытностью незнакомец, — И одежда у вас странная.
— Понимаете, я тут местных законов не знаю, и меня сразу оштрафовали за вторжение в субреальность, — Решил я правду матку, может интересное что пояснит товарищ.
— Ааа, так вы из этих будите … вы бог.
Я хотел куснуть сосиску, но рот так и открытым и остался. Он так сказал слово «бог», будто как «бомж»: брезгливо и разочаровано, при этом я не сомневался, что смысл в слово он вкладывал близкий к тому, какой был у меня. Иначе квадратик бы другое сказал.
— Богов, конечно, у нас не много на планете, — Продолжал человек, — Но есть места, где их поболе будет. Вот и вы я вижу бог, но про богов не слышали. Странно как то. И что, заплатили штраф и вышли?
— Нет, не заплатил.
— Как не заплатили? А как же вы вышли? Ничего не пойму.
— Снял их силовые наручники, открыл двери и вышел.
— Постойте, вы сейчас что-то несуразное говорите. Нельзя просто открыть наручники и двери. Вас бы полицейские-перехватчики точно бы заломали.
— Они и пытались, но я их отключил.
— Но это не возможно!
— Ну вы же сами сказали, что я — бог. Значит я могу менять реальность.
Мой собеседник замолк на несколько секунд с обескураженным видом. Достал платочек и вытер потный лоб.
— Я никогда о таком не слышал, — Сказал он шёпотом, — Наши боги могут только читать мысли и видеть события вдали. Но и это не всем можно, видимо из соображений безопасности. А вы больше никому такое не говорите, — Совсем уже тихо сказал гость. — У меня тут работает племянник. Он там на устройствах, взаимодействующих с субреальностью, специализируется. Вам с ним обязательно надо поговорить.
Человек встал, попрощался и ушёл. В конце он представился. Его звали Шубер. Он работает в биолаборатории.
4
В общем я — бог, но не как местные. Они не могут того, что подвластно мне — изменение реальности. Ну что же, это само по себе оружие.
Мне нужно переодеться. Магазинов в привычном виде здесь конечно не было. Люди заказывали все через личный ретранслятор и все покупки приходили на адрес. А у меня не было ни денег, ни адреса. Ретранслятор был, но я не хотел его использовать, так как предполагал слежку за мной через него. Ключ к решению всех вопросов виделся мне в моей личности. Я для них — неизвестный 3207.
Изменить геном свой конечно можно, поменяв пару секторов в днк, но это бесполезно. Чтобы меня не узнали, нужно препарировать первичный хромосомный набор, когда я ещё был эмбрионом. Но тогда бы сделали метку по другому днк. Разницы не было бы.
Постойте! Меня же осудил компьютер. Я, радостно зацепившись за идею, влез в сервер правосудия и хотел изменить приговор, но увидел, разочаровавшись, что я уже осуждён многократно. Бесполезно. Сниму все приговоры, а они опять их наклепают. Оно и понятно, они отслеживают по меткам любое погружение с транс. Слушайте… а если вообще вывалиться из их системы? Конечно есть минусы, сложно выжить в цифровых джунглях без крипты. Но плюсы интереснее. Попробую совсем снять метку.
Я вернулся в прошлое, в момент прихода в участок. Отметил ту секунду, когда автоматический сканер при входе, не обнаружив идентификатора, прилепил новый, использовав мой геном, на no name персону под номером Тридцать Два Ноль Семь. Я вмешался и сгенерировал сбой системы именно в этот момент.
Мое настоящее слегка изменилось. Дело в том, что в новой реальности я не попал в камеру СИЗО или психушки, не знаю, что там было за учреждение. Беспилотник, что меня забрал из участка заклинил, без моего идентификатора, и попал в цикл — ездил по району, пока я не остановил его и не вышел. Кафе и разговор с Шубером тоже был, но без откровений с моей стороны и достаточно
