«Как белый цвет поглощает спектр, так Евангелие объемлет веру пророков, буддийскую жажду спасения, динамизм Заратустры и человечность Конфуция. Оно освящает все лучшее, что было в этике античных философов и в мистике индийских мудрецов. При этом христианство — не новая доктрина, а весть о реальном факте, о событии, совершившемся в двух планах — земном и небесном. Ограниченное местом и эпохой, оно выходит за пределы временного. К нему сходятся все дороги, им измеряется и судится прошлое, настоящее, будущее. Любой порыв к свету богообщения есть порыв ко Христу, хотя зачастую и неосознанный».[198]
Заниматься историей религий человечества до христианства отнюдь не значит уходить от современных проблем, отец Александр видел сходство между духовными поисками своих современников и путем наших предков навстречу Богу. Показать, каким образом люди прошлого искали Бога — это может озарить сегодняшнего человека. Более того, всякий раз когда люди, уже после открытия христианства, отступали от Христа, в конечном счете, они обращались к какой-нибудь доктрине или прошлой вере: к Будде, Конфуцию, Заратустре, Платону, Демокриту или Эпикуру. У самих христиан чересчур часто констатировали возникновение доевангельского сознания. И не надо этому удивляться: прошлое человечества насчитывает сотни веков, и если взглянуть на две тысячи лет, то это очень короткий срок, чтобы люди могли полностью усвоить Евангелие. Отец Александр был убежден, что христианство делает лишь первые шаги, что Церковь еще только начинает свой путь, и что понадобится еще много времени, чтобы от Евангельской закваски взошло все тесто.
Если Соловьев только общими чертами наметил свой проект и не смог его осуществить, то отец Александр сумел довести его до конца. Нельзя не поражаться широте его знаний, особенно, если учесть условия, в которых он работал, никогда не прекращая своей пастырской активности. А что говорить о трудностях, с которыми он сталкивался, чтобы получить доступ к иностранным трудам, особенно, к самым последним изданиям. Он стремился дать читателю, лишенному религиозной литературы, максимум информации, всегда в очень ясной форме, доступной для не специалистов. Этот труд отличается синтетическим характером. Он не представляет разные религии отдельно одну от другой, но связанными между собой общим движением, в нем участвуют даже, по-своему, восточные религии. Он предлагает читателю непрерывную повесть духовной человеческой «эпопеи», на путях человечества к Истине, то идущего вперед, то отступающего, то сбившегося с пути и зашедшего в тупик, по образу народа израильского в его отношениях с Богом.
В конце шестидесятых годов отец Александр завершил пять первых томов, и они появились в Брюсселе между 1970–1972 гг. под новым псевдонимом.
Первый том «Истоки религии»[199] содержит общее введение ко всей серии, где автор ставит своей задачей определить природу феномена религии. В эпоху, когда повсеместно стоит вопрос о «смерти Бога» и когда христиане на Западе готовились проповедовать Евангелие человеку абсолютно атеистическому, без какой-либо религиозной основы, отец Александр, наоборот, утверждал, что люди, говорившие о «гибели религии» либо близоруки, либо намеренно закрывают глаза на реальность, либо же являются жертвами дезинформации.[200] Рассматривая все крупные новые научные теории, он показывает, что нет никакой несовместимости между верой и наукой, что это два подхода к познанию и они не только не должны игнорировать друг друга, но взаимно дополнять и осведомлять на путях к истине.
Второй том «Магизм и единобожие»[201] описывает духовную эволюцию человечества на заре истории. По ходу исторического периода преобладала вера в магизм. Для отца Александра существовала непосредственная связь между развитием магизма и первородным грехом — этого первоначального разрыва между Богом и человеком. Вера в магизм предполагала, что люди могли заставить высшие силы им подчиняться, и они сами становились «как боги». На самом деле, они превращались в пленников незыблемых магических ритуалов, веря, что это необходимое свершение для развития Вселенной, а оно надолго парализовывало творческую активность. Тем временем по ходу второго тысячелетия до нашей эры на Дальнем Востоке, как и на Ближнем, люди начали освобождаться, мало-помалу, от верований, основанных на магизме, между тем как в лоне народа израильского явилась вера в единого Бога.
Три следующих тома посвящены духовной «революции», вызванной в середине первого тысячелетия до нашей эры, от Греции до Китая, великими пророками, философами и религиозными реформаторами — влияние их ощущается вплоть до наших дней.
Магизм с его извращенными намерениями уступил место мистическому созерцанию. Индия и Греция искали путь к Богу через экстаз, абстрактную мысль, отказ от мира; Иран и Израиль — через доверие к Творцу. Абсолютная ценность земных благ была взята под сомнение и даже вообще отброшена. Порою, как в Индии, это проявилось борьбой с миром чувственным и материальным.
Большая часть крупных духовных учителей пересмотрели веру в космическую роль обрядов и сделали основой религиозного служения сферу нравственности.[202] В доктринах этого периода лежат также истоки социальных утопий, тоталитарных идеологий и атеизма — всем этим отмечена современная эпоха.
Так третий том «У врат молчания»[203] трактует о духовности Китая и Индии. А четвертый — «Дионис, Логос, Судьба»[204] — посвящен греческой философии. Что касается пятого тома, «Вестники Царствия Божия»,[205] в нем отец Александр воссоздает времена Библейских пророков от Амоса до возвращения из Вавилона. Их голосами религия Ветхого Завета достигла полноты. Они не только возвестили приход Мессии, но это были истинные предтечи Евангельского откровения. Шестой и последний том, «На пороге Нового Завета»,[206] появится только в 1983 году. В нем более восьмисот страниц это самый объемистый том всей серии. В нем проходят события трех последних веков до нашей эры. Эллинистическая цивилизация распространилась по миру как следствие завоеваний Александра Великого, в то время как наследие великих учителей распространяли их последователи — эпигоны и вульгаризаторы. Среди них нельзя встретить ни одной фигуры, которую можно было бы с ними сравнить. В этом процессе ассимиляции великие религии и философские доктрины выявили свой предел и свою слабость, порождающие реакцию разочарования. Это, в известной степени, — период кризисный, когда растет пессимизм и скептицизм. Часто люди пытаются укрыться в прошлом, в рутине магизма. Начались новые религиозные поиски.[207] Человечество находится в состоянии ожидания, прежде чем не настанет, наконец, «полнота времен».[208]
И если более десяти лет прошло между публикацией пяти первых томов и завершением последнего, то объяснить это можно, вероятно, не только объемом тома, но и интенсификацией пастырской активности отца Александра в семидесятые годы.
В это же время он составил путеводитель для чтения Ветхого Завета «Как читать Библию», опубликованный в 1981 г. в Брюсселе, на этот раз под своим именем.[209] Он составил также комментарии к книгам Нового Завета, предназначенные для включения в Библию, издаваемую брюссельским издательством.
Отец Александр придавал важное значение знанию Библии. Его историю религий следует читать в непосредственном сопоставлении с Библией. Над Библией он никогда не прекращал работать, в этой области был пионером в своей стране, введя современную библеистику. Ситуация, в которую попала Церковь после революции, остановила нормальное развитие богословских изысканий и сделала это столь успешно, что вопрос интерпретации Священного Писания до сих пор остается открытым и фундаменталистское чтение по-прежнему широко практикуется. Из-за того, что он использовал данные современной библеистики, отец Александр должен был регулярно защищаться от многочисленных нападок со стороны как и мирян, так и священников.
Последний большой труд, на который у него еще хватило времени до своей смерти, был семитомный Словарь по библиологии. Туда включены статьи о комментаторах Библии от Филона Александрийского и отцов Церкви до современных авторов, об основных шкодах и тенденциях толкований, о методах толкований, истории переводов и изданиях Библии и т. д. Он надеялся таким образом дать пособие, способное послужить обновлению библейской науки в России.[210]
Отец Александр не забывал и детей, для них он приготовил иллюстрированный альбом «Откуда явилось все это», изданный в Италии.[211] Для катехизации, для пробуждения веры он также старался использовать средства живые, кстати, годные как для взрослых, так и для детей.[212] С помощью друзей он приготовил разные диафильмы и кассеты. Самый большой успех выпал на долю диафильма под названием «По следам Иисуса». Для этого диафильма он использовал диапозитивы, сделанные по кадрам фильма Дзефирелли «Иисус из Назарета». Один француз его даже тиражировал в тысячах экземпляров для распространения по Советскому Союзу и многим этот диафильм открыл путь к Богу.[213]
