Читаем без скачивания Паргоронские байки. Том 2 - Рудазов Александр

– А вот и не предложу теперь, – обиделся Янгфанхофен.

– Мне все-таки налей, – попросил Дегатти, слушающий рассказ с угрюмым видом.

По коридорам Лахджа на этот раз шла подчеркнуто спокойно. Обычно она во время своих вылазок старалась прокрасться незаметно, бочком, а лучше всего – по техническим проходам. Их во дворце много – Хальтрекарок не любит, когда слуги мельтешат на виду, мешают развлечениям.

К слугам Лахджа уже привыкла. Те же Безликие выглядят жутко, этакие Слендермены на минималках… но они оказались самой безобидной частью этого мира. Вреда не причиняли, всегда хранили молчание, а любой приказ исполняли с полуслова.

Харгаллы ее тоже быстро перестали пугать. Эти Железные Дровосеки беспрекословно уже не подчинялись, но плохого тоже никому не делали. Все время ремонтировали что-то, стараясь лишний раз не попадаться Хальтрекароку.

– Я чувствую твой страх, – раздался над ухом шепоток.

– Отстань, – взмахнула рукой Лахджа.

Паргоронский котенок мелко захихикал, дернул ее за волосы и пискнул:

– Смотри, окно! Можно выйти туда и больше не бояться!

Лахджа сделала вид, что ничего не слышит. Паргоронские котята выглядят милашками и сами по себе не опасны, но обожают мелко пакостить. Нашептывают гадости, дают дурные советы, сеют рознь и смуту. Причем для обычных людей они еще и невидимы, а их голоса кажутся собственными мыслями.

– Я тебя вижу, – сказала Лахджа котенку. – Не подействует.

– Но совет-то все равно хороший, – мяукнул крохотный демон. – Еще стопку для храбрости – и сигай! Мы на седьмом этаже, мучиться не будешь!

Теперь Лахджа точно убедилась, что самоубийство – не выход. И задумалась, что будет, если оторвать паргоронскому котенку крылышки. Вырастут ли они заново?

Демон ее мысли услышал, злобно фукнул и сам вылетел в окно.

В дворцовой купальне дым стоял коромыслом. Лахджа колебалась и собиралась как минимум час, но Хальтрекарок любит развлекаться подолгу. Если уж пирушка – то пока изо ртов не полезет, если игра на свежем воздухе – то пока все с ног не повалятся, а если оргия – то пока в кровь всем не сотрет.

Это Лахджа знала по собственному опыту.

Купался он тоже подолгу. Кстати, совмещая с пиром, игрой и оргией. Огромную парную заполнял жаркий туман, в бассейне рыбками плескались наложницы, а прямо в воздухе парил вкушающий виноград Хальтрекарок. Время от времени он обращал взор на одну из красавиц, подбрасывал ее к себе усилием воли, и девушка с визгом насаживалась… Лахджа невольно отвела взгляд. Она все еще не привыкла.

Войти она постаралась незамеченной. Уселась в самом дальнем конце. Ее сразу заметила Сидзука, подплыла поближе и пристроилась рядом, постаравшись прижаться поплотнее.

– Молодец, – шепнула она, жарко дыша Лахдже в ухо. – Давай вместе пробиваться на вершину рейтинга. Как лучшие подруги. Почти сестры.

Она начала покрывать шею Лахджи поцелуями, а ее рука скользнула лодочкой вниз, лаская тело соседки.

– Убери оттуда руку, сестра, – сухо произнесла Лахджа.

– М-м… нет, – отказалась Сидзука. – Смотри, Хальтрекарок нас заметил. Давай, подыгрывай мне. Подыгрывай! Ему интересно!

Лахджа на мгновение зажмурилась, а потом неохотно стала подыгрывать, для начала ответив на поцелуи Сидзуки. Незаметно для себя она тоже стала распаляться – умелые ласки соседки возымели эффект. Лахджа немного неловко изучала тело Сидзуки – с женщинами она раньше дел не имела, – но быстро сообразила, что сложного тут ничего нет. Сидзуке нравится то же, что и самой Лахдже.

Хотя нет, не совсем. Глаза Сидзуки подернулись поволокой, и она несколько требовательно потянула руку Лахджи вниз, напоминая о том, чего действительно бы сейчас хотела.

Немного погодя Лахджа утратила скованность, да и водка сыграла свою роль. Девушки ублажали друг друга уже не из напускного энтузиазма, мало заботясь о реакции со стороны.

И Хальтрекарок действительно заинтересовался. Он уже месяца полтора не видел Лахджу и, кажется, успел ее позабыть. А, как известно, все новое – это хорошо забытое старое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Так что Хальтрекарок сам направился к ним, чтобы принять участие. Обняв одной рукой Сидзуку, а другой Лахджу, он без лишних слов…

– Янгфанхофен, не надо, – процедил Дегатти. – Прекрати, а то я уйду.

– Что, не нравится? – ухмыльнулся Бельзедор. – А вот мы с Янгфанхофеном тебя не перебивали.

– Постоянно перебивали, – огрызнулся Дегатти. – И я серьезно. Я не хочу слышать такие подробности.

– Ладно, ладно, опущу эту часть истории, – согласился Янгфанхофен. – Хотя ты многое теряешь. Я много кому это уже рассказывал, и до тебя все только радовались таким подробностям.

Дегатти шарахнул кружкой по столу, а Бельзедор расхохотался.

После того, как Лахджа переломила себя, положение стало менее неприятным. В глубине души она себя презирала, но одновременно и чувствовала облегчение. Сидзука, которой было трудно без надежной партнерши, всячески ее поддерживала и помогала, так что спустя три месяца Лахджа смогла продвинуться аж до сто пятьдесят третьего места. Сама Сидзука тоже поднялась до семнадцатого и бурно этому радовалась.

Да, так жить оказалось проще. Хальтрекарок – отличный любовник, этого у него не отнять. Неутомимый, искусный и с многовековым опытом. Если закрыть глаза на его личность и расслабиться… не так уж и плохо. Главное – старательно изображать энтузиазм. Подходить к делу с фантазией.

А все остальное время можно заниматься чем захочется.

Узнав Хальтрекарока поближе, Лахджа научилась правильно себя с ним вести. Его поступки не всегда хорошо прогнозируемы, но он все-таки не психопат. Не сумасшедший. Довольно-таки глуп, крайне самолюбив и капризен, феноменально ленив и не интересуется ничем за пределами своего дворца развлечений… но к нему тоже можно подобрать ключик.

К тому же у него все-таки нашлись и достоинства. Немного, но нашлись. К своим женам, например, он бесконечно щедр. Если желания не приобретают немыслимого размаха или не идут вразрез с его собственными, отказа не будет ни в чем.

И со временем Лахджа даже стала получать некоторое удовольствие. Было нелегко, но она очень старалась. Справилась же та наложница из турецкого сериала… раньше Лахдже очень нравился этот сериал. Она смотрела второй сезон, когда ее похитили. И сейчас ей ничто не мешало продолжать его смотреть через кэ-око или земной компьютер в библиотеке… но что-то уже не хотелось. Жизнь в гареме как-то поутратила очарование.

Но о побеге она больше не думала. Слишком хорошо убедилась, что в этом мире простой смертной не выжить. Уж лучше так и оставаться во дворце Хальтрекарока – здесь сравнительно безопасно и со всех сторон забота.

А вернуться на Землю практически невозможно. Способы-то есть, но для простой смертной они опять-таки недоступны. Никто из тех, кто может ей помочь, против воли демолорда не пойдет. Уж как минимум не за спасибо.

Но по крайней мере она уже не так боялась за свою жизнь. Сидзука удивительно тонко чувствует настроения Хальтрекарока, так что ее рейтингу можно доверять. Даже если она ошибается мест на двадцать, до нижней точки Лахдже все равно еще далеко. Она как будто переместилась из красной зоны в желтую.

Однако теперь ей стало хотеться в зеленую. Туда, где давно умостила задницу та же Сидзука. В число первых. Тогда ее тоже будут брать на всякие мероприятия и сажать в ложу для почетных гостей. Она сможет общаться с другими высшими демонами и даже демолордами. Возможно, сумеет наладить какие-то полезные контакты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А если совсем уж повезет, ей позволят самостоятельно гулять по другим мирам. Как той же Ассантее… кстати, давно она уже что-то не возвращается из очередной командировки. Сидзука даже поставила вопросительный знак рядом с ее именем.

Свои соображения Лахджа однажды высказала Сидзуке. Это было, когда они сидели в библиотеке – Лахджа лежала у камина с книгой, Сидзука играла в симулятор свиданий. Она обожала такие игры.