всё на самотёк.Амина стала замечать, что Фархад не проявляет к ней особого интереса, его глаза больше не горят при виде неё. В постели он ведёт себя, будто робот. Почти не целует. Ему абсолютно безразличны её ощущения. Всё происходит быстро, а потом он сразу же отвозит её домой.Амина стала чувствовать себя брошенной, использованной и никому не нужной. Ночами бедняга плакала в подушку, надеясь, что новый день не разочарует её точно так же, как и предыдущий.Однажды стало очень плохо. Амину рвало всё утро. Она не пошла на учёбу и осталась дома. Мать была обеспокоена её состоянием, потому что с ней почти никогда такого не случилось.Бедняге стало очень страшно, ведь уже второй месяц у неё не было менструации. Сначала она списывала это на гормональный сбой, поэтому не пошла к врачу, но уже второй месяц, и ничего. Здесь явно что-то не так.Девушка взяла тест, который приобрела недавно, и всё-таки сделала его, пока мать вышла в аптеку. Руки затряслись, а бедняга едва удержалась на ногах. Две полоски. Не может быть! Что же теперь будет? И чей это ребёнок?Амине стало очень страшно. Она уже воображала, как разозлится отец, будет в шоке мать, брат и все родственники. А Фархад? Как он на это отреагирует?Девушка дрожащими руками взяла телефон и набрала своему парню. Он долго не брал трубку, а затем наконец ответил:- Да.- Фархад?.. – её голос дрожал.- Чего тебе, Амина? – недовольно бросил он.- Фархад, давай встретимся, - попросила она.- Ты не на учёбе? – удивился парень.- Нет… Фархад, я… Мне очень плохо… - в руке она держала тест и вся дрожала.- Что с тобой?- Я беременна… Кажется…Повисло напряжённое молчание. Фархад был явно удивлён, потому что всё это время предохранялся, кроме одного единственного раза. Тем не менее у парня сразу же возникли сомнения. Интуиция подсказывала, что Амина ждёт ребёнка не от него.- И что? – спокойно спросил он.- Что мне делать? – едва сдерживая слёзы, спросила она. – Фархад, пожалуйста, мне страшно…- Я предохранялся вообще-то.- Один раз тогда… Ты помнишь? – напомнила девушка.- Помню, - ответил он. – А Никита твой предохранялся?- Я не изменяла тебе… - голос начал дрожать ещё сильнее, потому что Амина соврала. Ей стало, действительно, не по себе, потому что самой казалось, что она может быть беременна от Никиты, но думать об этом совершенно не хотелось.- Потом поговорим, мне некогда, - равнодушно произнёс Фархад и повесил трубку.Амина заплакала, но в этот момент вернулась Гульназ. Она увидела, что её дочь дрожит и плачет.- Дочка, что случилос? – Гульназ поставила сумки и обняла её за плечи. – Тэбе совсэм плохо? Можем, поедэм в больницу?- Мам, - Амина была в отчаянии, но она больше не могла скрывать. Не было сил, ведь всё зашло слишком далеко.- Что с тобой? – Гульназ внимательно посмотрела ей в глаза, пригладив волосы.- Я беременна, - призналась Амина.- Ч-что? – мать не могла поверить в то, что услышала. Как такое может быть? Ведь она её не так воспитывала. Амина шутит?- Мам, прости меня! – начала девушка. – Это правда.У Гульназ закружилась голова. Женщина не представляла, что будет, когда её муж об этом узнает.- Фархад – паршивэц! – выругалась мать.Амина промолчала. Ей показалось, что одного потрясения для её бедной матери достаточно.- Мам, я боюсь… - призналась девушка.- Как это проызошло? Как он посмэл?! – возмущалась Гульназ. – Вот тэбе и молодёжь пошла!..- Мам, что делать? Как папе сказать?- Ой, нэ знаю, дочка! – воскликнула Гульназ. – Надо сказат! Пускай с ным разбэрётся!Однако вечером Амину ждал неожиданный поворот. Когда вернулся отец, то был в ярости. И, кажется, знал больше, чем ему следовало знать.- Грязная потаскуха! – воскликнул он и ударил дочь по лицу. – Какой позор для нашэй сэмьи!От сильного удара Амина упала на пол, а щека загорелась от боли. Ей стало безумно страшно. Казалось, что родной отец готов её убить.- Ахмад, это всё Фархад! – вмешалась Гульназ. – Он совратыл нашу дочь!- Еслы бы… - мужчина метнул свирепый взгляд на жену. – Она лэгла под русского!Мать застыла, схватившись за сердце. Казалось, что хуже уже быть не может. Женщина рухнула на диван.- Кто сказал? – спросила она, не веря в то, что услышала.- Фархад! – воскликнул отец. – Какая паршивка! – он взглянул на дочь с отвращением, словно она кусок грязи.- Папа, прости!.. – прошептала Амина, держась за лицо. Щека очень сильно горела от удара и покраснела.- Фархад, конэчно, тоже хорош! Я стоял и слушал об этом позорэ! Что моя дочь – нэ дэвственница и спыт с иновэрцэм!- Может, нэправда?.. – мать перевела взгляд на несчастную дочь. – Врот он всё!- Фархад просыт тэст на отцовство! – заявил Ахмад. – Сказал, что люды выдэли нашу дочь и этого иновэрца вмэстэ.- Амина… - прошептала Гульназ, разочаровано глядя на дочь. – Как ты могла?..- Мама, папа, простите! – прошептала девушка, сидя на полу. – Я влюбилась.- Заткныс, дура!!! – закричал отец. Дальше он начал говорить что-то на их языке, громко ругаясь.- Мама… - прошептала Амина, глядя на Гульназ в надежде, что хотя бы она поймёт её.Женщина смотрела на собственную дочь и не могла поверить, что она на такое способна. Казалось, Гульназ больше не видит в ней своего ребёнка, потому что её дочь никогда бы не нарушила обычаи, не совершила бы такого страшного греха.- С русскым… - прошептала мать. – Зачэм?- Мы хотели быть вместе, - начала Амина. – Он говорил, что примет ислам.- Идыотка!!! – закричал отец и снова ударил её с такой силой, что из носа девушки хлынула кровь.- Ахмад!!! – воскликнула Гульназ и бросилась к дочери, прижимая её к себе.- Всё ты выновата! Не воспытала её! – высказал мужчина своей жене.- Нэ бэй её, прошу тэбя! – попросила Гульназ, зарыдав. Ей стало очень жаль своё дитя.- Это нэ моя дочь! Это грязная потаскуха! – с этими словами отец ушёл в другую комнату, чтобы хоть немного прийти в себя.Гульназ принесла аптечку и стала обрабатывать нос дочери. На щеке уже образовался синяк, но Амину сейчас это не волновало. Больше всего девушка переживала, что теперь будет с её ребёнком, и как сложится их судьба.- Как же так?.. – причитала мать. – Почэму ты вообщэ говорыла с ным? Я же с дэтства тэбя учила: нэ говорыть с ными!-
