Зачем он сделал это, если у него есть его Лена, которая любит его и делает минет по утрам? Слезы снова потекли из глаз, я сама этого не заметила.
— Что случилось? — Леша положил руку мне на плечо, осторожно прижимая к себе.
В этот момент внутри порвалось все, что могло порваться. Я раскололась, как хрусталь. Я так больше не могу!
— Отвези меня домой! Пожалуйста! — Закрыла опухшее лицо руками и разревелась. Громко, надрывно. Лешка не медлил, посадил меня в машину, запрыгнул сам и тронулся с места.
Я назвала ему адрес моей новой квартиры, и мы поехали за вещами. По дороге я немного успокоилась, но разорванная душа подпитывалась отвратительными мыслями о Матвее, не переставала болеть. Телефон изредка гудел в кармане, кто-то строчил мне смс, но я не отвечала. Я даже смотреть не хотела.
Глава 11
Матвей
Я сидел в пустом номере. Писал ей смс, но она даже не читала их. Злость росла во мне, кипела, поднималась до края. Свет медленно проползал сквозь занавешенное окно, облизывал пол и мебель, расстилался в пространстве. Но в моей душе по-прежнему было темно. Я не знал, как бороться с этой темнотой.
Я вновь набрал номер Оксаны. Гудки давили на виски, уничтожали меня, а она все не отвечала. И, вероятно, больше и не ответит. Поняла, что это мой номер, и все. Все. Закончилась эта история не так, как я себе представлял. Ей тридцать, и пусть она ушла от своего Леши, пусть теперь свободна. Но я не тот, с кем она хочет построить совместное будущее. И мне необходимо было с этим смириться.
Прямо из отеля я направился в техникум. Тут лучше мне не стало, потому что я сразу же нарвался на блестящие, но такие озлобленные глаза Лены. Она ни слова не сказала, только посмотрела с разочарованием.
— Привет, как у тебя дела? — Пришлось заговорить первым, улыбаясь и обнимая девушку с ледяными январскими глазами. Лена оттолкнула меня. Серьезный взгляд и надутые губы, сочные, свежие. И одета она, как с иголочки.
— Я все знаю, Матвей. Все знаю! — Сердитый голос повысился до крика. Обреченного. Самонадеянного.
— Что ты знаешь? — Поймал ее руку, когда она хотела уйти, и развернул к себе лицом.
Требовательным взглядом прожигал ее, но Лена оставалась стоять на месте.
— У тебя есть любовница. — Вырвала руку и направилась в аудиторию.
Я застыл на месте, провожая ее взглядом. Как она узнала об этом? Что еще ей известно? Я не должен подставлять так Оксану. Если кто-то еще узнает, что у меня есть что-то с учительницей моей младшей сестры, то у Оксаны будут проблемы. Ее могут выгнать из школы из-за меня. Тяжело вздохнул, сжав руки в кулаки. Я поперся за Леной, чтобы выловить ее и оттащить в раздевалку. Нам нужно было серьезно поговорить.
Ничего не говоря, я подошел к ее парте. Лена в это время мило болтала со своей недалекой подружкой. Они обе уставились на меня непонимающими глазами, будто ничего не происходит. Только вот происходит, черт возьми! Раз уж эта Оксана, тридцатилетняя чертова дрянь, не может подумать о своей безопасности сама, об этом позабочусь я. Еще как позабочусь! И кому Оксана смогла так проболтаться о наших отношениях, кто донес об этом Лене? Разрываясь от злости, я молча схватил Лену за предплечье и потянул на себя.
— Матвей, ты что творишь? Отпусти! — Моментально завыла она, но я не послушал.
Рука сама сжалась сильнее, и я просто потащил красотку к выходу. Раздевалка за углом, и мне не составило никакого труда затащить хрупкое тело туда. Среди курток нас не видно, а если говорить тихо, то еще и не слышно. Звонок будет с минуты на минуту, поэтому все уже разошлись по кабинетам, лишь опоздавшие шарят вокруг крючков.
— Как ты узнала? — Начал слишком грубо, все еще не отпуская бедолагу.
— Я ничего тебе не скажу, Матвей. Ты обещал, что больше не предашь меня, что больше не уйдешь от меня, что будешь со мной. А что в итоге? Ты думаешь, что я бессердечная, что мне не приносит никаких мучений твое издевательское поведение? — Глаза Лены медленно наполняются слезами. Какая же она слабая. Ее вот-вот разорвет от невыносимости всей этой ситуации. Только вот мне не жаль ее, не смотря на милое невинное лицо. Переводит разговор на себя, давит на мои чувства. А у меня все мысли вокруг черноглазой пляшут. И это раздражает еще больше.
— Лена, откуда ты узнала? Говори! — Не выдерживаю, рука впивается в ее шею. От испуга она громко всхлипывает, и я расслабляю хватку.
— Утром мне пришла смс с фотографией. — Напряженно говорит Лена, доставая телефон.
Девушка дрожит, пальцы ее не слушаются, но кое-как ей все же удается показать мне фотографию. Здесь четко видно и меня, и Оксану. Я держу ее за руку при входе в отель. Снимок сделан за несколько секунд до того, как наши губы страстно сольются в поцелуе. И этот момент, кстати, тоже запечатлен на следующей фотографии.
— Номер не определился, я не могу ни отправить обратное смс, ни позвонить тому, кто сдал мне тебя. А я бы с радостью поблагодарила этого человека. — В голосе столько боли, что я не выдерживаю.
— Прости, Лена. Пожалуйста, прости. — Бормочу, словно не в себе.
Руки тянутся к ней, и я бы все отдал, чтобы почувствовать тепло ее кожи, чтобы успокоиться в ее руках.
— Не смей меня трогать! — Бьет по рукам, отворачивается.
Взгляд направлен в окно, и в отражении стекла я вижу, как морщится ее лицо. Я такой подонок в ее глазах, такая сволочь. Я снова сделал ей так больно, как никто и никогда. Но я не мог иначе. Я изначально знал, что так оно и будет, что вскоре мне наскучит ее идеальность, ее любовь и бесконечная нежность. Все ее попытки мне угодить, мне нравиться, стать лучшей для меня. Мне совсем не нужно ее молодое горячее тело, потому что я нашел свой идеал в нюансах, неточностях, шероховатостях и погрешностях.
— Просто скажи, чем она лучше? Что в ней такого, чего нет во мне? — В голосе Лены столько боли, столько разбитой надежды и неоправданных мечтаний, что меня просто душит эта невыносимость.
Что такого в Оксане? В ней все, что должно быть в женщине.
Она взрослая, получившая множество жизненных уроков, опытная. В ней надежность и крепость старых убеждений сплетаются с новыми понятиями, ранее не изученными. В ней столько
