Нора с болью рассталась с надеждой, что он успеет сделать ее своей женой, но довольствовалась хотя бы тем, что стала царицей его мечтаний.
— Мы любим друг друга на теплом песке, а над нами висит полная луна. Такая большая луна, Саймон, какой я никогда раньше не видела... И она светит так ярко... Я могу видеть тебя, и ты можешь видеть меня. Я... Я сняла с себя платье, а ты...
— Ты прекрасна... — прошептал Саймон. — Твое тело блестит серебром в лунном сиянии, а звезды отражаются в твоих глазах. Я целую тебя, я люблю тебя, и легкий ветер осушает наш пот...
Через десять дней после посещения врача реальность снова настигла влюбленных. Пора было опять платить за комнату, и в этот раз миссис Пэддингтон зашла к Саймону, когда Норы не было дома. За этим скрывалось не что иное, как обыкновенное любопытство: миссис Пэддингтон очень хотелось узнать, чем занимались ее странные жильцы в своей мансарде, и, разумеется, ее раздирало желание дать по этому поводу свой желчный комментарий. Подойдя к кровати Саймона и увидев, что он находится в состоянии полусна, она завела привычные издевательские речи.
— Вот он, полюбуйтесь, лежит в кровати, благородный господин. Средь бела дня! Я так и думала... И он еще заставляет маленькую леди содержать себя! Про работу мы не думаем, ваше благородие? Было бы прекрасно, если бы деньги росли на дереве, не так ли, милорд? И что случится, когда вам нечего будет больше продавать? Вы что, пошлете малышку заниматься проституцией, виконт?
Нора приучила себя просто-напросто не обращать внимания на унижения со стороны мерзкой старухи, но Саймона это задело. Он с трудом выпрямился.
— Пожалуйста, прекратите эти намеки, миссис Пэддингтон! Пока мы платим за жилье, вас не касается, откуда мы берем для этого деньги, и я не потерплю, чтобы вы оскорбляли мисс Нору. Вы...
Миссис Пэддингтон нагло расхохоталась.
— Он не потерпит! — издевательски воскликнула она. — Ну и что вы со мной сделаете, ваше высокоблагородие? Вызовете на дуэль? На мечах или на пистолетах?
Саймон попытался встать.
— Прошу вас покинуть мою комнату, миссис Пэддингтон! Нора может в любой момент вернуться, а я не хочу, чтобы вы оскорбляли ее своими грязными словами. Она...
Хозяйка дома захихикала.
— А не мое ли это помещение, мелкий лорд? А не известно ли вам, что вашего тут ничего нет — ни здесь, ни где-либо еще на божьей земле? О, это вскоре поймет и маленькая леди, когда ее деньги закончатся. Неужели она и после этого останется тут? А вы, с позволения сказать, не такой уж и красааааавец! Знаете-ка что? Я вас обоих так или иначе вышвырну отсюда! Я не люблю, милорд, когда со мной так нагло разговаривают!
У Саймона кружилась голова, он чувствовал себя униженным и оскорбленным. Да, эта женщина была права, он не должен был говорить с ней таким образом. Однако надо собраться с силами. Он не намерен больше выслушивать ее!
— Тогда выбрасывайте нас, ради Бога, за дверь! — с трудом вымолвил он. — Такую дыру, как эта, мы найдем где угодно!
Приступ кашля завладел Саймоном, но затем он снова взял себя в руки.
— А теперь выйдите вон, миссис Пэддингтон! Вон, пока Нора не вернулась и не увидела, как своим присутствием вы оскверняете нашу комнату!
От этой грязной бабы исходила такая вонь, что Саймон стал задыхаться. В сногсшибательный букет из испарений шнапса и пота, отравляющих воздух, вплетался также аромат давненько не стиранной одежды миссис Пэддингтон. Однако она действительно отступила. Возмущение Саймона, должно быть, испугало ее, или же внизу, в семье Тэннеров, произошло нечто более интересное. Саймон услышал, как она злобно заругалась, как только вышла за порог. Он хотел закрыть за ней дверь, но почувствовал, что силы оставляют его. Саймон оттолкнулся от края кровати, попытался схватиться за спинку стула, но в глазах потемнело, и его снова сотряс жуткий приступ кашля. Саймон уже давно время от времени плевался кровью, но до сих пор это были лишь капли, следы которых можно было укрыть в карманном платке. Однако сейчас из его легких вырвался целый поток светлой, пенящейся крови, и одновременно ему показалось, будто кто-то перехватил ему горло. Он отчаянно пытался вдохнуть воздуха.
Саймон зашатался, неловко шагнул назад к кровати и тут же рухнул поперек нее. Приступ никак не заканчивался. Саймону казалось, что его грудь вот-вот разорвется, и он кашлял до рвоты. Когда, в конце концов, он снова смог дышать, то был настолько истощен, что не мог шелохнуться. Его голова упала на простыню, и он погрузился в беспамятство, милостиво подарившее ему облегчение.
Когда Саймон пришел в себя, то увидел, что лежит в своей постели, а Нора уже вытерла жуткие следы крови. Молодая женщина пришла в ужас, когда нашла его в таком состоянии, но о кровотечении из легких она уже была наслышана. До сих пор Нора пыталась выбросить из головы все, что знала о скоротечной чахотке, но сейчас это было уже невозможно. Тем не менее, она не сдавалась.
— Спокойно, любимый, лежи спокойно и ничего не говори. Младший Тэннер уже находится на пути к доктору Мэйсону, он сейчас придет. В этот раз он должен прийти быстро, и ты...
— Он уже ничего не сможет сделать, — прошептал Саймон.
Он в отчаянии оглядел себя и заметил, что Нора сняла с него запятнанную кровью рубашку. Как же она справилась с этим одна, или же действительно он похудел настолько, что изящная молодая женщина смогла поднять его? Но нет, сегодня же суббота, день платежа за квартиру. И жильцы пришли раньше с работы. Саймон услышал раскатистый голос мистера Тэннера в коридоре.
— Все в порядке, мисс Нора, или я могу еще чем-то помочь?
Очевидно, соседи помогли Норе раздеть его и уложить в кровать.
Нора любезно поблагодарила его и сказала, что доктор Мэйсон скоро придет сюда.
— Он определенно что-то может сделать, — утешала она Саймона, помогая ему надеть свежую ночную рубашку. — Как ты себя чувствуешь сейчас? У тебя есть боли? Тебе плохо?
Саймон покачал головой.
— Только усталость, Нора, я так устал... Мне не нужен доктор Мэйсон. Мне нужна... Мне нужна только ты...
Нора прижала его к себе и не отпускала до тех пор, пока не услышала голоса на лестнице. Миссис Пэддингтон во всю глотку комментировала новый визит доктора. Минуту спустя мистер Мэйсон распахнул дверь мансарды.
— Именно это я вам и запретил, — сказал врач при виде своего пациента в объятиях Норы, но это прозвучало не строго, а скорее беспомощно. — А теперь отпустите вашего жениха, мисс Нора, раз я уже здесь.
Доктор Мэйсон, казалось, тоже не знал толком, что еще он мог сделать. Но все же основательно осмотрел Саймона. Нора помогла больному сесть, но вскоре, полностью изможденный, он завалился набок, и они еле успели подхватить его.
