— Вот что, — крикнула я ему, указывая на дверь, которую только что распахнула, заметив, что он вытащил пистолет. Запах одеколона ударил в нос, когда он подошел ближе, заглядывая в открытую дверь. От него так хорошо пахло, я с трудом удержалась, чтобы не наклониться и не потереться носом о воротник его белой футболки. Может, я смогу заставить его постирать мне шмотки — мои белые вещи никогда не выглядели такими чистыми.
— Тебе не нравится гардеробная? — спросил он, явно сбитый с толку, пытаясь понять, что же могло вызвать мою вспышку гнева.
— Нет. Мне не нравится гардеробная, я думала, это вторая спальня, — сказала я, скрестив руки на груди и топнув ногой, как ребенок. Ирония не ускользнула от меня, ведь я сама недавно сказала, что Декс закатывает истерику. Но моя проблема гораздо серьезнее.
— Что… — он пересек холл и исчез в спальне. Единственной спальне. Потом выскочил и ворвался в ванную. Все это время я стояла как вкопанная.
— Здесь только одна ванная, — его крик эхом отразился от кафеля, а затем послышался приглушенный разговор по телефону. — В соседнюю квартиру нельзя? — я случайно услышала, как он это сказал.
Пожалуйста, боже, пусть он съедет в соседнюю квартиру.
Может быть, Райан забыла упомянуть, что мы будем соседями по квартире, а не по комнате. Так было бы лучше. Он был бы прямо за дверью, и я могла бы позвать на помощь, если бы что-то случилось. Черт, я бы даже разрешила поставить одну из этих камер для собак, лишь бы у меня было хоть какое-то пространство. Напряжение в шее заставило меня закрыть глаза и мотать головой из стороны в сторону. Потом я начала массировать плечи сама себе.
Нужно присесть.
Я огляделась еще раз, как будто шкаф волшебным образом превратится в спальню, потом пошла в гостиную. Возможно, мебель я и не выбирала, но диван был чертовски удобным.
Танцы были тяжелым испытанием для организма, и весь дополнительный стресс последних нескольких месяцев все усугублял. Я плохо спала, плохо ела и отчаянно нуждалась в массаже. Тихо застонала, когда задела особенно чувствительное место, но облегчение было недолгим, я услышала, как кто-то прочищает горло.
Когда открыла глаза, Декс смотрел на меня сверху вниз с выражением, которое я не могла понять, но которое быстро превратилось в нечто знакомое. Он был зол.
— Что ж, злючка, оказывается, мы делим одну спальню и одну ванную.
Я таращилась на него, когда он плюхнулся рядом. Надеялась, что он шутит.
— В какое время ты какаешь? А то возникнут проблемы, если мы будем ходить утром в туалет в одно и то же время, — сказал он.
Я ущипнула себя за переносицу. Все, кто говорил, что, подышав до десяти, станет полегче, были чертовыми лжецами, потому что мне нихрена не помогает избежать нервного срыва.
— Ты об этом беспокоишься? А не о том, где, черт возьми, мы будем спать? — я помахала рукой между нами, чтобы подчеркнуть тот факт, что здесь два человека с одной кроватью, поскольку Декс, похоже, не понял этой части.
Его лицо сморщилось в замешательстве.
— А че такого? Кровать двухспальная. Мы оба поместимся, — сказал он, откидываясь на спинку дивана и закидывая ноги на потертый кофейный столик. Можно подумать, что картель мог позволить себе иметь несколько гребаных квартир получше, но нищим выбирать не приходится, и, честно говоря, с тех пор, как я сбежала, я жила в гораздо худших условиях.
В первую ночь спала на скамейке в парке и проснулась оттого, что кто-то рылся в моем рюкзаке. К счастью, они забрали только те несколько долларов, которые у меня оставались, и не нашли поддельное удостоверение личности. Раньше мне никогда не приходилось думать о том, чтобы прятаться или присматривать за своими вещами. Мой отец был грозной фигурой в Братве. Никому и в голову не пришло бы украсть что-либо из его вещей — или вещей его дочери.
— Земля вызывает Никки. Эй, Никки, — позвал Декс, помахав рукой перед моим лицом. Я задумалась и даже не заметила, как Декс подвинулся. Он сидел лицом ко мне, его рука лежала на спинке дивана, наши тела были в нескольких дюймах от соприкосновения. — Послушай, не волнуйся насчет кровати. Я буду спать на диване, хорошо?
Мое сердце сжалось от искреннего выражения его лица.
— Ты уверен? — спросила я, разглядывая его и диван, пытаясь понять, поместится ли он.
— Да, не беспокойся, — сказал он, убирая мою руку с шеи и заменяя ее своей. — Вот, повернись в сторону. Ты не почувствуешь облегчения, массажируя сама.
Конечно, мой мозг мгновенно придал его словам сексуальный оттенок, подумав обо всех других способах, которыми он мог бы помочь мне найти облегчение. Мы уже заключили какой-то негласный договор, что не будем переходить эту черту.
Но мы можем сблизиться, верно?
Слава богу, я сидела спиной к Дексу, поэтому он не видел, как закатились мои глаза, когда он схватил меня за бедра и притянул ближе, но стон было не остановить, когда его сильные пальцы сотворили свое волшебство с болящими местами на моей шее. Я изо всех сил сопротивлялась желанию прильнуть к нему ближе.
Его мрачный смешок раздался вокруг, отдаваясь прямо между ног.
— Тебе нравится? — спросил он, его дыхание коснулось моего уха. — Скажи, чего ты хочешь, злючка. Сильнее? Глубже? Быстрее?
Он издевался, но мне было все равно, потому что ощущение его умелых рук, разминающих напряженные мышцы, посылало мурашки по спине — успокаивающие и возбуждающие. Я пыталась сохранять самообладание, но с каждым движением становилось все труднее сопротивляться тому, чтобы раствориться в его теле.
— Черт возьми, — выдохнула я, мои соски затвердели, когда он запустил руку в мои волосы. Сочетание подушечек пальцев, впивающихся в кожу головы, и легкого потягивания прядей было… оргазмическим. Я отчаянно пыталась составить в уме список всех причин, по которым запрыгивать на его член — плохая идея, но ничего не получалось.
Затем, так же внезапно, как и началось, все прекратилось.
— А теперь пойдем заберем остальное твое барахло, — сказал он, похлопав меня по ноге, прежде чем встать и выйти из квартиры. Его длинные пальцы коснулись внутренней стороны моего бедра, поскольку шорты почти ничего не прикрывали. Прикосновение было похоже на клеймо на коже.
Волосы разлетелись по лицу, когда я пыталась стряхнуть с себя возбуждение, бушующее внутри, а затем Декс разрушил все мои усилия, когда вернулся со коробками и обнаженной грудью.
— Отнести в твою комнату? — спросил он, совершенно не подозревая о том, что я была в нескольких секундах от того, чтобы взобраться на него, как коала на дерево. К счастью, коробки скрывали большую часть его мускулистого тела.
Все, что я могла сделать, это кивнуть.
Я застонала, когда он повернулся и пошел по коридору. Почему у него такая сексуальная спина? Мускулистая, покрытая татуировками. Я закрыла лицо руками, но подглядела между пальцами, заметив, как хорошо джинсы облегают его задницу. Боже, это будет мучение.
Мне нужно трахнуться с кем-нибудь, пока я не изнасиловала своего соседа по комнате.
ГЛАВА 17
ДЕКС
БЛЯ. МЫ ОБЛАЖАЛИСЬ, ДА?
— Никки, какого хрена ты так долго? — крикнул я громко, чтобы она услышала в коридоре через закрытую дверь.
Я открыл шкафчик над холодильником, надеясь найти что-то съедобное.
А что, если я сегодня набухаюсь текилой? Я невесело усмехнулся. Райан надерет мне задницу, если я напьюсь на своей новой работе, а Никки… сбежит. Решительный взгляд ее прекрасных голубых глаз сказал мне все, что нужно было знать. Эта дамочка выжидает своего часа, она не собирается сидеть взаперти. Нужно быть начеку, она либо сама уйдет, либо ее кто-нибудь похитит.
— Черт возьми, — пробормотал я, когда в шкафчиках не оказалось ничего, кроме пыли.
Даже не было времени купить продукты. После встречи у Райан в кабинете мне пришлось сообщить новости президенту. Члены клуба единогласно проголосовали за то, чтобы я был на охране, но они не беспокоились за Никки. Ну, может быть, голоса Ганнера и Торка были по этой причине, но все остальные? Нет, они хотели, чтобы кто-то из нашего клуба был поближе к Никки, поскольку она казалась желанным призом.
