Джеймс не просто задержался в Эшингтоне, он еще и вышел встречать Адриана и Сьюзен.
— Приветствую молодую чету! — воскликнул он.
— Джим, не паясничай, — нахмурился Адриан. — А вообще здравствуй.
— Привет! — помахала рукой Сьюзен.
— Я же просил не называть меня Джимом при дамах, — прошипел Джеймс.
— Извини, забылся. Джей. А где тетя?
— В гостиной, — бросил Джеймс через плечо.
Сьюзен не успела напомнить Адриану про чемоданы, которые ранее перекочевали из ее машины в его и теперь занимали багажник и заднее сиденье, и потому пришлось обратиться за помощью к Джеймсу.
Джеймс всегда был не прочь оказать услугу даме.
Тетя Маргарет сидела на диване и листала глянцевый журнал — это означало, что она в добром расположении духа.
— Тетя, здравствуй! — Адриан поцеловал ее и сел рядом.
— О, милый, привет! Как ты?
— Все хорошо, спасибо. А как ты себя чувствуешь?
— Сносно.
— Рад видеть вас с Джеймсом в добром здравии. Боялся, как бы тут не произошло кровопролития.
— Напрасно. Мы вполне мило пообщались. По деловым вопросам. Но сегодня он не в духе, будь осторожнее.
— Спасибо, что предупредила. Кстати, что за интриги вы со Сьюзен плетете за моей спиной? — улыбнулся Адриан.
— Со Сьюзен? — Тетя Маргарет удивленно приподняла брови. — Ну что ты, какие интриги… Ах, Сьюзен, дорогая, здравствуй!
— Здравствуйте, миссис Хиггинс. — Сьюзен светилась, как тысячеваттная лампочка. — Тут так красиво — и снаружи, и изнутри… Изумительная атмосфера!
— Я знала, что тебе понравится. А вот мой племянник обвинил нас с тобой в каких-то интригах…
— Ну, он с утра сам не свой.
— Ваши проблемы решились?
— Да. Эйд — настоящий светлый рыцарь. Приехал и спас меня, — гордо объявила Сьюзен.
— Что ж, я в нем не сомневалась. — Тетя Маргарет позвала Эмили, чтобы та проводила Сьюзен в комнату для гостей.
Адриан пошел к себе в надежде хоть немного расслабиться за закрытой дверью.
А вот вылезать через окно, чтобы сбежать к Анне, — унизительно и мужчины не достойно. Он же не романтичная школьница…
В коридоре на втором этаже ему встретился Джеймс.
— Ну что, братик, поболтаем? — осведомился он.
— Слушай, давай потом, а? Я сейчас немного не в настроении перекидываться с тобой колкостями.
— А я не собираюсь тебя подкалывать. Наоборот, хотел выразить тебе свое восхищение.
— Да что ты говоришь?! — притворно изумился Адриан.
Он не любил таких прелюдий. Джеймс, для которого отношения между ними были гораздо больше соперничеством, чем братской любовью, наверняка сейчас влепит какую-нибудь гадость. В последний раз они тепло общались на Рождество, когда Джеймс приезжал домой на каникулы и родители были еще живы.
— Я совершенно серьезно. Я наивно полагал, что ты ничего не понимаешь в женщинах. Что ж, признаю свою ошибку. — Бесстыжие глаза Джеймса смеялись.
— Лучше поздно, чем никогда, — прокомментировал Адриан его последнюю фразу. Ему даже знать не хотелось, что конкретно Джеймс имеет в виду.
— А еще лучше — быстро и темпераментно.
— Ты о чем? — Вопрос все-таки не удержался на губах.
— Об Анне.
Адриан ощутил, как сжимаются челюсти и виски прокалывает тоненькой иголочкой боль.
— Так вот, я всегда почему-то думал, что ты выбираешь женщин холодных и недоступных. Исключительно за эстетическую ценность. Но Анна, Анна… — Джеймс выразительно возвел очи горе.
— Джим, если ты еще что-нибудь хочешь сказать на эту тему, то подумай хорошенько и промолчи, — посоветовал Адриан.
— Знаешь, я сначала гадал, — Джеймс проигнорировал его слова, — а не сыграет ли против меня то, что я твой брат. Я, как человек честный, скрывать этого не стал… В общем, я поражен. Приятно поражен. Люблю, когда женщины кричат.
До Адриана медленно, словно по капле — яд, доходил смысл сказанного Джеймсом. Он сделал над собой усилие и разжал стиснутые до боли кулаки.
— Так ты с ней?.. — Голос не слушался и был хриплым. Но на окончание вопроса сил все равно не хватило. Воздух царапал горло, как песок. Земля стремительно вывинчивалась из-под ног.
— Ага. Остался страшно доволен. Ты же не против? Мы с тобой оба люди приезжие, обязательств никаких, даме — одно только удовольствие…
— Циник. — Это было самое нежное, что Адриан мог сказать сейчас обожаемому брату. Ну надо же быть таким чудовищем…
Он хлопнул дверью своей спальни, да так, что Сьюзен высунулась в коридор, чтобы проверить, все ли в порядке.
Адриан прижался лбом к косяку. Невозможно. Или все-таки возможно? Он же так мало о ней знает. Да и, собственно, с чего бы ей себя сдерживать? С ним, Адрианом, ее ничто не связывает, кроме ненавязчивого, приятного общения. А Джеймс… Джеймс — мачо. Самец. Рядом с ним любой синий чулок расцветет и почувствует себя суперзвездой, не то что нормальная, здоровая, красивая женщина…
Отчего же тогда так хочется выть? Или кого-нибудь убить?
Может, лучше порадоваться за Анну и ее пылкое женское счастье в лице любвеобильного Джеймса?
Ну уж нет, увольте… Это было бы чересчур. Он еще не настолько силен духом.
Хотя какое он право имеет вот так беситься и ревновать? Она давала ему обет верности? Или он давал ей понять, что между ними что-то может быть? Нет, нет и еще раз нет… Как глупо!
Вот если бы Сьюзен внезапно влюбилась и стала с кем-то встречаться, кипятился бы он так?
Да плевать, если честно, на личную жизнь Сьюзен, лишь бы она была довольна и ее никто не обижал!
Анна — другое дело. Она на самом деле никогда не была просто другом — она была женщиной, которой он, как мальчишка, как идиот, не решался коснуться! И кто теперь виноват? Джеймс, который не вовремя приехал? Сьюзен, которой он не вовремя понадобился в другом городе? Анна, которая не стала дожидаться от него того, чего он не обещал?
Виноваты либо все, либо никто. Но так как Адриан в первую очередь чувствовал вину за собой, то к данному случаю больше подходил вариант номер один.
Только от осознания собственной ошибки не легче. Мерзко на душе, как ни крути. Его брат переспал… с его женщиной. Да, черт подери, он именно так ее и воспринимал — как свою женщину, и незачем было пудрить мозги — и себе, и ей, и всем окружающим!
Анна…
А что для нее я? Кто? Друг или мужчина? Адриан усмехнулся. Был бы мужчиной — не легла бы с моим братом…
То, что они с Анной две недели наслаждались духовной близостью, а с Джеймсом у нее все произошло за два дня, только добавляло огня ему в кровь и полынной горечи в мысли.
Выходит, что правы циники, которые отрицают дружбу между мужчиной и женщиной. Но ведь они со Сьюзен… Ай, не время обмозговывать свои отношения со Сью!
