прийти к согласию, кого отнести к тем, кому дано, а кого к тем, кому не дано.
Ник Паумгартен. Дни и ночи в галерее Лео Кенинга (The New Yorker)
Британец Дэмиен Хёрст, создатель «таксидермической скульптуры» из туши акулы – произведения современного искусства, оцененного в 12 миллионов долларов, – принадлежит к тем немногим, кто имеет полное право заявить: после них представление о том, что такое искусство, и о том, какой может быть карьера художника, уже никогда не будет прежним. Список богатейших людей Британии от Sunday Times сообщает нам, что состояние сорокадвухлетнего Хёрста оценивается в 130 миллионов фунтов стерлингов. Это означает, что по части благосостояния он обошел Пикассо, Энди Уорхола и Сальвадора Дали в том же возрасте, вместе взятых, – а эта троица неизменно на первых позициях в любом рейтинг-листе художников, чей успех можно измерить деньгами. Фрэнсис Бэкон, которому некоторое время принадлежал аукционный рекорд для современного британского художника, в 1992 году скончался в возрасте восьмидесяти двух лет, оставив после себя состояние, оцененное в 11 миллионов фунтов. Трудно представить себе два более контрастных примера творческой карьеры, чем Бэкон и Хёрст.
Так что же, дает ли нам материальная успешность Хёрста основания поставить его в один ряд с Пикассо или Уорхолом? История Дэмиена Хёрста – история его искусства и стоимости его искусства, история его акулы и его взаимоотношений с легендарным Чарльзом Саатчи, клиентом художника, – все это будет для нас отличным предисловием к последующему рассказу о некоторых объектах, в наши дни безоговорочно признанных явлениями концептуального искусства, а также о роли художника в маркетинге и фантастическом взвинчивании цен на это искусство.
Хёрст родился в Бристоле и вырос в Лидсе. Его отец – автомеханик и продавец автомобилей, мать – непрофессиональная художница. В Лидсе Дэмиен ходил в художественную школу, затем, пару лет поработав на стройках в Лондоне, он решил поступать в колледж. Хёрст не прошел ни в Центральный колледж искусства и дизайна Святого Мартина в Лондоне, ни в колледж в Уэльсе, но зато был принят в лондонский Голдсмитский колледж.
В Британии много арт-школ, роль которых – служить пристанищем для студентов, отвергнутых настоящим колледжем. Про Голдсмитский колледж образца 1980-х годов такого не скажешь: подающие надежды студенты и талантливые преподаватели там были не редкостью, а образовательная программа поистине новаторской – при поступлении от студента не требовалось умения рисовать и писать красками. Надо сказать, что эта система затем получила широкое распространение.
В рамках обучения в колледже Хёрст посещал морг, что, по его словам, стало источником тем многих его произведений. В 1988 году Хёрст курирует знаменитую выставку «Freeze» («Заморозка»), устроенную в пустом здании администрации лондонского порта в Доклендсе из работ семнадцати однокашников по Голдсмитскому колледжу. Работа, которую выставил сам Хёрст, представляла собой композицию, составленную из раскрашенных малярными латексными красками картонных коробок. Но и вся «Freeze» стала плодом его творчества. Он сам отобрал каждую работу, заказал каталог и придумал открывающее шоу. Деньги на организацию выставки он раздобыл у канадской компании Olympia & York, которая в то время строила неподалеку бизнес-центр Canary Wharf. Когда Норман Розенталь из Королевской академии искусств сказал, что не имеет представления, как добраться до Доклендса, Хёрст заехал за ним и сам привез его на выставку. «Freeze» стала настоящим трамплином для нескольких молодых британских художников, а для самого Хёрста оказалась особенно значимой потому, что привлекла к нему внимание коллекционера и мецената Чарльза Саатчи. Выпускной класс Голдсмитского колледжа, работы которого продемонстрировала «Freeze», в составе: Хёрст, Мэтт Коллишоу, Гэри Хьюм, Майкл Лэнди, Сара Лукас и Фиона Рэй, – стал, пожалуй, самым успешным в истории Великобритании с точки зрения развития дальнейшей карьеры в искусстве.
Хёрст окончил колледж в 1989 году. В 1990 году вместе с другом Карлом Фридманом они организовали новую выставку под названием «Игрок», расположившуюся в помещении заброшенной фабрики в Бермондси. В числе посетителей выставки был и Чарльз Саатчи. Фридман утверждает, что видел, как Саатчи стоял, будто завороженный, перед инсталляцией Хёрста «Тысяча лет» – наглядной репрезентацией взаимодействия жизни и смерти: в стеклянном аквариуме мухи вылупляются из личинок и в поисках пищи направляются в соседнее отделение, где помещена разлагающаяся коровья голова, однако по пути некоторые из них гибнут на проводах, по которым проведен ток, электрической «мухобойки». Посетитель мог наблюдать «Тысячу лет» в динамике и, зайдя на выставку через несколько дней, увидеть, насколько уменьшился размер коровьей головы и насколько выросла куча мертвых мух. В итоге Саатчи приобрел работу и предложил профинансировать следующие.
Итак, в 1991 году благодаря спонсорской поддержке Саатчи Хёрст явил миру новую работу – «Физическая невозможность смерти в сознании живущего». В первом номере журнала Frieze художник так объясняет идею своего произведения: «Мне нравится идея вещи, транслирующей некое чувство, ощущение. Акула пугает, она больше вас размером, вы не знаете, в какой субстанции она плавает. Она выглядит для вас как живая, хотя она мертвая, а значит, и мертвая, она жива».
Названия работ Хёрста – значимая часть маркетинга его произведений и источник трактовок их смысла. Назови он свою работу «Акула», зритель, увидев ее, откликнулся бы чем-то вроде: «И точно, акула» – и пошел дальше. А вот название «Физическая невозможность смерти в сознании живущего» предлагает ему обширное поле для интерпретаций и поисков скрытых смыслов. Неудивительно, что название спровоцировало не меньше разговоров, чем сам экспонат.
В январе 2005 года скульптуру приобрел Стивен Коэн; арт-мир был взбудоражен сделкой. Чуть позже в том же 2005 году Хёрст согласился заменить утратившую свежесть тушу акулы. Он позвонил Вику Хислопу – тому самому рыбаку, у которого он приобрел первую акулу в 1991 году, и заказал еще трех тигровых и одну большую белую акулу тех же размеров и с тем же свирепым выражением морды, что и оригинал. Вместо четырех Хислоп выслал пять акул – одну в качестве бесплатного бонуса. Замороженные туши были доставлены в самолетный ангар в Глостершире. Экземпляр, выбранный для замены, был теперь уже от души накачан формальдегидом: всего на «новенькую» ушло 850 литров – в десять раз больше, чем на оригинальную, и в более высокой концентрации. Новая акула впервые появилась перед публикой на «Re-Object», выставке реди-мейда и поп-культуры в музее Кунстхаус в Брегенце (Австрия); в числе экспонатов присутствовали также работы Марселя Дюшана и Джеффа Кунса. В сентябре 2007 года новая акула была доставлена в Метрополитен-музей, чтобы на три года занять почетное место при входе на экспозицию современного искусства.
У акулы Хёрста были предшественницы. В 1989 году человек по имени Эдди Сондерс выставил в своем магазине электротехники в лондонском районе Шордич чучело золотистой рыбы-молота. В 2003 году акула
