Читаем без скачивания Алмазная королева - Фридрих Незнанский

Ни одна из них не сделала попытки не только припарковаться вслед за его джипом, но даже не замедлила ход. Несмотря на близость светофора, пробок в этот час еще не было, и за то время, пока водитель бегал за решительно ненужной генералу пачкой «Парламента», ни одна из скользивших мимо машин не показалась Березину подозрительной.

«Неужели сдают нервы? — Валерий Андреевич в последний раз оценивающе глянул в зеркало заднего вида. — Что ж, с учетом Юркиного шоу — ничего удивительного. Ну, засранец, погоди!»

Возле дома тоже все было, во всяком случае на первый взгляд, как обычно, но, хотя ничего необычного генерал не приметил, вопреки обыкновению, прежде чем выйти из машины, послал вперед себя охранника. Удивленный необычным поведением шефа, тот тем не менее шустро выскочил из джипа, подчеркнуто старательно просканировал пространство перед подъездом, затем вошел в подъезд. Березину показалось, что находился он там слишком долго, однако объявившись наконец снаружи, тот, открыв дверцу и объявив с важным видом, что «все чисто», пояснил, что, не удовлетворившись вопросами к консьержу, поднимался в квартиру генерала.

Спустя несколько минут Березин уже стоял перед своей дверью, нервно набирая дополнительный электронный код входа.

Вера Гавриловна, едва муж переступил порог, моментально поняла, что Валерий Андреевич взвинчен как никогда, еще раз порадовалась, что с телефонным мастером вышло так удачно.

— Где Юрка?!

Против обыкновения, супруг, не проходя в кабинет, объявился на кухне, где Вера Гавриловна нарезала овощи для салата — его любимого, из красного перца, помидоров и маринованных шампиньонов, который сама терпеть не могла.

— Как — где? — Она растерянно посмотрела на мужа. — На работе, должно быть. Обед подавать? У меня все готово.

— Пошла ты со своим обедом! — рявкнул генерал, — Как только объявится, пусть сразу идет ко мне, сукин сын!

— О Господи… — Вера Гавриловна почувствовала моментальную слабость, автоматически опустилась на табурет. — Что случилось? С ним что-то случилось?

— Не твоего ума дело! — Но, глянув на побелевшее лицо жены, слегка смягчился: — Да жив твой Юрочка и здоров. Даже слишком здоров!

Что означала последняя фраза, Березин и сам не мог бы ответить, однако Веру Гавриловну она неожиданно успокоила. Юрочка жив-здоров, а все остальное ее и впрямь не касалось. Пока. Наверное, как это часто случалось в последнее время, сделал что-то наперекор отцу, вот тот и злится.

«Господи, спаси, сохрани и помилуй мое чадо!» — привычно взмолилась она мысленно, возвращаясь к тоже привычному состоянию тихой тревоги, в которой и жила все последние годы.

Тамара слегка потянула носом воздух и невольно поморщилась: в кабинете отца навязчиво и, как ей казалось, отвратительно пахло одеколоном «Эгоист», которым он начал пользоваться не так давно, — видимо, с подачи этой твари. Между тем Владимир Александрович прекратил наконец метаться по собственному кабинету и упал в кресло напротив своей дочери, терпеливо выслушивающей его жалобы в течение последних десяти минут.

— Такие вот дела, — выдохся наконец Кропотин. — Как видишь, худшего времени, чем в данный момент, когда грядет эта треклятая проверка налоговой, наша Нинель, чтобы загреметь в больницу, выбрать не могла!

— Успокойся, папа. — Тамара постаралась придать своему голосу ласковые интонации. — Я и пришла, как раз чтобы тебе помочь. Нинель, перед тем как ее увезла «Скорая», успела мне позвонить.

— Тебе? — На физиономии Кропотина мелькнуло удивление.

— Ни до тебя, ни до Юрия она просто не дозвонилась. Привела я тебе бухгалтера, успокойся!

— Ты — мне? — продолжал удивляться Владимир Александрович. До сих пор дочь не то что участвовать в делах фирмы — вообще старалась держаться в стороне от нее. И не только из-за Юрия, так было всегда.

— Ну и что тут особенного? — Тамара пожала плечами. — Просто совпало: у тебя внезапно заболевает бухгалтер, а у меня подруга, классный экономист, ищет приличную работу. Она, кстати, у тебя в приемной сидит ждет.

— Н-но… Томочка, ты понимаешь…

— Все я отлично понимаю, и давным-давно! — зло бросила, не сдержавшись, Тамара. — Двойная бухгалтерия и все такое. Успокойся, папуля, у Галки отец бизнесмен, правда не в Москве, а в Краснодаре, но, в отличие от меня, она чуть ли не с шестнадцати лет у него на подхвате была. Галка вполне надежный человек и, что такое коммерческая тайна, знает не понаслышке. К тому же ей жутко нужна работа, поскольку с папашей она поцапалась и жаждет самостоятельности. Не думаю, что ее хватит надолго, но ведь и Нинель не навечно улеглась в больницу! Да и твой главбух вряд ли доверит ей что-то существенное.

— Ну не знаю. Надо бы с Юрой посоветоваться.

— При чем тут Юра?! — Тамара вспыхнула до ушей и вскочила из кресла. — Может быть, ты еще и у своей новой супруги испросишь разрешения?!

— Тома, как ты со мной разговариваешь? — Владимир Александрович обиженно нахмурил брови.

— Как с хозяином фирмы я с тобой разговариваю! — отрезала Тамара, переходя в наступление: тактику, с помощью которой от отца можно было добиться желаемого результата, она в свое время прекрасно усвоила от мамы. — Или ты здесь уже не хозяин? И кто тогда здесь я?!

Обнаружив, что на глазах дочери уже закипают злые слезы, Владимир Александрович, более всего на свете боявшийся женских истерик, сдался моментально, замахав на дочь руками:

— Ты с ума сошла, что это ты себе вообразила? Давай сюда твою подружку! Как, говоришь, ее зовут?

— Галя. Галя Романова.

Тамара резво вскочила со своего места и, распахнув дверь в приемную, махнула рукой:

— Галчонок, иди сюда!

Владимир Александрович встретил вошедшую в его кабинет девушку настороженно, но буквально через секунду взгляд бизнесмена смягчился: подружка дочери оказалась очаровательным существом с сияющими синими глазами, белозубой улыбкой и круглым личиком, отмеченным печатью наивной невинности.

Спустя час Тамара покинула отцовскую фирму, а Галя Романова с копией приказа, подписанного лично Кропотиным, в соответствии с которым она принималась на работу в качестве помощника главного бухгалтера с испытательным сроком месяц, спокойно двигалась по длинному, устланному золотистым ковролином коридору фирмы в сторону бухгалтерии, внимательно вглядываясь в таблички на дверях, попадавшихся ей по пути.

Ничего особенного в этом не было, если охранники, довольно часто встречающиеся ей по пути, спросят, почему она так внимательно вчитывается, Галя скажет, что забыла номер нужной ей комнаты, и даже попросит проводить ее туда. Но никто ни о чем девушку не спросил, хотя идущие ей навстречу люди — в основном это были мужчины — оглядывали Галю с заметным интересом. Никому из них и в голову не пришло, что синеглазая пышечка, шествующая по коридору с едва заметной наивной улыбкой на пухлых губах, обладает хорошо тренированной памятью. И пока добралась до нужного ей кабинета, успела запомнить не только все попавшиеся ей на глаза фамилии с их должностями, но и порядок, в котором шли по мере удаления от кабинета хозяина фирмы. Особо отметив, что кабинет заместителя гендиректора по безопасности Юрия Валерьевича Березина находится сразу рядом с приемной Кропотина.

— Как ты посмел, щенок сопливый, за моей — моей! — спиной попытаться обделать такое дело?! Ты что, совсем спятил от этой дешевой проститутки, а? Я тебя спрашиваю: совсем спятил?!

Никогда в жизни Вера Гавриловна, замершая возле кабинета мужа, кажется, вовсе потерявшая всякую возможность двигаться, не слышала, чтобы генерал так орал на сына, а Юрий при этом молчал… Господи, да что же такое сделал Юрочка, что?!

Ответ на свой вопрос несчастная женщина получила сразу.

— А если б этот твой…ный киллер попался, а?! Ты хоть понимаешь, идиот проклятый, что было бы, если б провал оказался полный?!

— Виктор никогда не попался бы, отец, — хрипло возразил Юрий. — Он профессионал, ты же знаешь.

— Ах, профессионал?! А что ж этот твой…ный профессионал в таком разе не углядел, пока бабу твою выслеживал, что за ней филеры таскаются?! А?! Выходит, филеры точно профессионалы, а этот твой отморозок…

С этого момента Вера Гавриловна уже ничего не слышала. Липкий туман, неведомо откуда вдруг взявшийся в гостиной, начал заволакивать комнату, мебель, дверь мужнина кабинета, одновременно словно ватой закладывая ей уши.

Каким-то чудом она оказалась на кухне, упала на уголок, занимавший место между холодильником и окном, потом туман начал понемногу рассеиваться, и сквозь него Вера Гавриловна расслышала перепуганный голос Галины Петровны — своей помощницы по хозяйству, уже собравшейся было идти домой: она сама сказала Петровне, что та ей сегодня больше не понадобится.