в воздухе накаляется, я прям чувствую, как надо мной нависает злющая аура отца. От еле держит себя в руках, сжимая с силой ладони.
Интересно, а они всё это время сидели в этом зале ожидания?
Не удивлюсь если да. Отец ещё тот скупердяй. Да всю нашу восемнадцатилетнюю совместную жизнь, в ресторане мы были ровно три раза. Как не грустно, но я прекрасно помню о них всех. День рождение отца, мамин день рождение... И день рождения Кати.
Стоп... Ах, ты ж блин! Я только сейчас поняла, что мой праздник мы всегда встречали дома или на шашлыках. Ух ты, какое открытие! Почему я об этом раньше не думала? На меня они настолько тратится не хотели?
Да печально. Если бы не физическое сходство, я бы задумалась над нашим "родстве".
Странно. Хотя, уже и не важно. Я смотрю на двух хмурых созданий, стоящих позади спины "главного" мужчины дома. Мою маму и сестру. У них вид уставший, видать и правду пришлось здесь провести больше семи часов. Хорошо, что я в своё время додумалась отказать им в копии ключей. Теперь вот пришлось сидеть здесь, как "бедным родственникам", выражение, что мой отец так люто ненавидит. Какой кошмар, но это не может не вызвать у меня в груди отклик злорадства. Сами себе жизнь такую выбрали. Теперь получайте заслуженные плоды. И это они ещё не знают, что их содержание также заканчивается на пару с сестрой.
- Что усмехаешься, Аня? - Отец раздраженно повышает голос, - Веселишься над своей изнасилованной сестрой?
Что? О чем это он?
Я хмурю лоб и задаю этот вопрос.
- А ты не делай из себя дурочку, нам Катя всё рассказала. И про то как твой муж её изнасиловал. И про то как пришла к тебе, я ты её прогнала. И про то как ей не поверила, отобрала ключи от квартиры и отправила со своим муженьком на аборт.
Как ты могла? Катя еле сбежала! - Рычит на меня разъяренный «родитель», до сих пор свято верующий, что может безнаказанно здесь орать, а меня одолевает кратковременный шок.
Это что он такое говорит? Отец серьезно поверил в этот безумный бред? Да это же абсолютный абсурд!
Я перевожу скептический взгляд на Катю, а та стоит со скрещенными руками на груди и буравит меня ненавистным взглядом.
Как интересно. Почему-то сразу вспомнилась история про выпивку «на донышке».
0б этой «ситуации» русскоязычные по всему миру в своё время наслушались. Но вот там, в конечном счете, выяснилось что девочка была изнасилована, а здесь я в эту ересь хоть убейте, но не верю. Особенно после последнего визита Кати в мой дом.
- Значит Северина младшая так решила уйти от ответственности. - говорю я скорее себе, чем кому-либо из присутствующих. И сразу слышу ошеломленное оханье мамы.
- Аня! - выдыхает она ставя руку на грудь, твоя сестра! - говорит вроде бы искренно.
Как ты можешь такое говорить? Это же…
На что я улыбаюсь.
Сестра.
Одно только название.
- Так, - говорю серьезным тоном, рассматривая каждого из смотрящих на меня, когда-то родных, но теперь таких чужих людей, - Говорите быстрее, что вам нужно, у меня нет на эту белиберду времени.
- Ух ты! Да что ты говоришь, дрянь - отец первый не выдерживает и переходит на свой обычный нездоровый тембр разговора, - Уже на свою семью времени нет? Да как ты смеешь? Я тебя растил, кормил, обувал... И вот что в итоге получил? – я вижу, как он с каждым кинутым в мой адрес обведением делает мелкий, но уверенный шаг в мою сторону, - Неблагодарную дрянь, что отреклась от своих родных ради денег. Что, решила защищать своего насильника, лишь бы не лишиться кормушки? - Кричит, смотря на меня с такими знакомыми сумасшедшими глазами. - Ты отвернулась от своей крови ради ублюдка? Да как ты посмела?
Последнюю фразу он говорит, подойдя максимально близко, и я уже вижу как он, в привычной для него форме, замахивается своей огромной рукой.
УХ. Я этого лет с шестнадцати не видела. Ровно с тех пор как пригрозила обратиться в органы если ещё раз поднимет на меня руку. И ведь он тогда мне поверил, больше физическому насилию не подвергал. Только психологическому.
Знал, что я не блефую. Меня тогда они так достали, что я действительно была готова пойти на этот шаг. А в Португалии на избиения быстро реагируют, и довольно жестко. Не то что здесь, судя по постоянным рассказам на работе и в интернете.
Я уже готовлюсь увернуться от удара и уйти вправо, кода слышу жесткий крик сзади.
- Только попробуй!
Глава 14.2 Аня
«Неисповедимы пути Господни» крутится в моей голове. Да я скоро с ними со всеми и правда решу уйти в монастырь. Или на необитаемый остров. Куда-то подальше от всех этих «божьих» потрясений.
Угрожающий тембр голоса позади меня я узнала сразу, и оттого моё и без того хрупкое психологическое равновесие, грозит окончательно погрузится в отчаяние.
Ну вот что он тут забыл? Да ещё и в такой час? И как он прознал где я живу?
АХ, так много вопросов и так мало ответов!
Отец замирает с подвезшей в воздухе рукой и прищуривается, разглядывая того, кто решил вступиться за меня.
Я тоже оборачиваюсь, пытаясь понять, как так вышло что моя квартира превратилась в столицу Италии, раз уж все дороги, похоже, ведут теперь сюда.
На секунду в воздухе повисает угнетающее молчание, а для полного фатализма картине, как мне видеться, не хватает лишь растения перекати-поле.
Ну и револьверов, чтобы в кое то веки прекратить мои страдания.
- Ты ещё кто такой? - раздраженно спрашивает отец.
А мы одновременно отвечаем:
- Любовник! - после чего я весело ухмыляюсь.
Вот это у нас синхронность. Даже я удивилась, что уж говорить об отце с его малозначимой командой поддержки. А Михаил молодец, ни на секунду не опростоволосился, даже наоборот, - поддержал! Очень интересно. Этот человек мне непонятен, он ещё та «темная лошадка», но возник Ильин из неоткуда явно не вовремя, мне ведь сначала надо раз и навсегда завершить эту родственную «диаспору».
А потом уж разберусь и с ним.
- здравствуй Миша, - специально фамильярничаю и с облегчением замечаю, что несмотря на мою выходку, мужчина даже бровью не повёл. - У меня тут важный разговор с родней.
