золоту и меди
вторит ржавое железо,
где роскоши сопутствует
аскеза,
где роли скрытых знаков
контролирует
Перун,
инакомыслящих и лоялистов
жребий одинаков –
прислушиваться к шепоту травы,
она теперь — пристанище
для листьев,
отныне перед нею все равны,
отныне только, если свиснет
на горе всем усатый сом,
какие-то сомнения возникнут,
что оглушительно верны
узоры буковок, увы,
подобных тем,
что под кормой «Арго»
успел буквально
выдохнуть
Ясон…
30.09.21
Истоки страсти
раскаты грома — словно в горле
у задохнувшегося Зевса
застряла неба северного кость,
и кто его так плохо кормит?
Подобный кулинар
ни уважения, ни веса,
конечно, не имеет ни на горсть,
но продолжает пичкать громовержца
властью,
а тут еще и мстительная Гера
исходит черной ревностью на нет,
вполне возможно, это след,
если отважится хоть кто-то
расследовать истоки страсти,
а также путь ее исхода,
примерит шкуру Одиссея
в поэме горестной
Гомера!
03.10.21
Арес
эти клены непреклонны
перед бурею и вьюгой,
потерять листву на время –
лишь извечный почерк жертвы,
принесенной друг для друга
Небесами и Землею
словно в качестве оферты
в роли жара несваренья
желудевой лжи в желудке
Эриманфской хищной твари
после подвига Геракла!
Грош цена слепым полетам
злобно-кляузных эриний,
тех, что выдумал оракул,
в его чреве зелье варят
вместе боги-олимпийцы!
Мифы Греции-царицы
не починит и Гудини,
проиграв кровавой сваре!
Арес мстительно ярится!
18.10.21
Пепел
кристаллы множились
и множились
деленьем
подобно головам Лернейской гидры,
которые Геракл отрубал,
ему было как будто невдомек,
что борется с бессмертной тенью
обратной стороны Луны,
устроившей снежинкам
трюком хитрым
очередной (какой уже по счету?)
бал,
тут меч лишь свист по воздуху
разносит,
не понимая блеска глубину,
что значат искры? –
возгорится пламя,
но пепел все равно,
бледнея на морозе,
вернет замах на градус
ядерной Зимы…
20.10.21
Тайна красоты (Фелиции, Винсенту)
линяли лилии как змеи,
меняли кожу на ходу,
и приближаться к ним
не смели
ни пилигрим, ни какаду,
причина? –
им невмоготу!
Попробуй-ка, решись
навскидку
постигнуть тайну красоты,
она отринет и агитку,
и теоремы, что
пусты,
склонится в реверансе
гибко
и тихо уползет в кусты!
23.11.21
Слепок
колеблемый дыханием
треножник
(покуда так, я знаю — он живой!)
молебны белых строчек множил,
переходя в ночи на черный вой,
пытаясь докричаться до небес,
он словно лез из кожи,
которой от рожденья не имел –
лишь связки, сухожилия и кости
держали плоть лицом к лицу
со Временем, на крест похожим,
ни уголь Африки, ни мел
доисторической Европы
оставить след на Ветре не сумел,
и табуны различных рас
его могущественной осью
превращены из гущи в мелкую пыльцу,
а после энного Потопа
Земле какого ждать окраса?
Боюсь, поисковик смертельно бел,
протопав миллиарды ярдов,
отыщет лишь одну
в поту холодном ссылку в топе –
пустот бельмо –
словно слепок с Tabula rasa!
07.11.21
Пуская в рост
берет Художник смело кисть,
чтобы холста пустоты
отступили
перед напором красок,
преисполненных величья,
способность воспарить над почвой
птичья
спасает от клубов тяжелой
пыли –
уж лучше по небу пройтись!
Оттуда открывается Картина
во всей своей детальной полноте –
от вспышек Света
и до тления протяжного теней,
чей шепот все шершавей
и темней
на фоне голоса атласного
лучей,
и эти линии, и те
уже пустились в рост
словно растения в порыве
расцвели едином!
14.11.21
В неволе грустно
не черный-черный нуар-кот
перебежал дорогу вдруг
прогрессу,
всего лишь по лбу QR-код
когтистой лапкой его треснул,
печать как пропуск в никуда,
ну, что же, даже интересно,
а сколько вложено труда
в организацию тотального
ареста?
А конвоирам, случаем, не тесно
в параграфах инструкций
от Прокруста?
И было бы, наверное, смешно
до колик, до упаду
(честно-честно),
вот только ложью Время
поросло,
не от того ль в неволе
грустно?
20.11.21
В пику бубнам
вороны каркают
так скорбно, безутешно,
как будто речи
бунтовать обречены
против мелодий
царственно-неспешных
на мраморной странице тишины,
слышны лишь камышей
шаги на месте
в попытках отстраниться
от мышей,
да черви в пику бубнам
крести
прикладывают к телу
все быстрей!
27.11.21
Себе мы не изменим!
колючих искорок поток
из колеи невидимого тракта
струит узлы, стяжая впрок
слепые всполохи бестактно –
куда уж больше –
все в огне
холодном белом до озноба,
не видно даже, что и где
горит,
хотя открыты оба
зрачка, обугленных
затменьем,
и тем не менее, их вид
сулит проблемы пустоте:
даже не пробуй –
себе мы не изменим!
11.12.21
Время связи рушит
что с пикселей возьмешь?
Песка скрипучий писк
в момент падения на псевдопирамиду?
Переверни часы –
все тот же мелкий дождь
сухой и безобидный с виду!
Так Василиск
струит свой взгляд с вершины
зеркальным отраженьем
дна,
смешав на полпути
пике с сопротивлением невинных
флюидов замешательства
в веках,
когда пересекаются грядущее
с минувшим,
внезапно осознав,
что их объединяет страх
больше не встретиться,
что Время связи
рушит…
24.11.21
Для небес поджарых
сугробы скрыли с глаз
долой
травы зеленые флюиды,
огромный белый аналой
снега воздвигли.
Крепко сбиты
кристаллы искр
в круглый стол,
земным прикинувшийся
шаром,
над ним уже и нимб взошел
подобно солнцу –
с пылу с жару,
на нем дома, людской
глагол
словно икона
для небес поджарых!
01.12.21
Репетиции боев
рептилий скользких
репетиции
боев
с Георгием Победоносцем
проходили
под грифом исключительно
Top secret,
кто группу сколотив,
а кто вдвоем
устраивали схватки на могиле,
в которой тихо тлел
почивший Зигфрид,
клубились змеи дымом едким,
почти что, превращаясь
в пламя,
вот-вот и языки его раздвоенные
вспыхнут,
шипя поспешное: «Ты, Кнут
и Ганс, и Гюнтер,
это шанс –
реванш еще возможен –
руны с вами,
уже заждались мести
наши поверженные предки!»
12.12.21
Воровским макаром
верлибр белый и свободный
от гнета черных властных рифм
летит метелью, перелистывая Небо,
пусты страницы — угодили в переплет –
все символы пернатые
уже давно на Юге,
лишь изредка заметки на
