Читаем без скачивания И снова через фронт… - Иван Василевич

— Более энергично, круглосуточно бомбить леса с воздуха, — требовали те, кто боялся ступить ногой в таинственные и грозные леса Белоруссии.

— Срочно вызвать регулярные войска и прочесать все леса! — вставил представитель жандармерии.

Встав с массивного кресла, шеф СД сказал:

— В создавшихся условиях требую от вас самых решительных и активных мер. Не забывайте наших давно оправдавших себя испытанных методов! — Шеф сделал многозначительную паузу, внимательно обвел суровым взглядом собравшихся. — Прежде всего усилить контроль за эфиром! Это очень важно. Пеленгаторы СД и люфтваффе, сеть которых необходимо значительно расширить, обязаны контролировать эфир круглосуточно!

— Да, это верно! Выявив все партизанские радиостанции, мы уничтожим их огневой мощью артиллерии, бомбежками с воздуха.

— Да, но… — шеф СД изобразил на своем продолговатом лице улыбку, — не забывайте, что нам нужно фактическое уничтожение партизан. Ваши сводки, господа… Если им верить, то вы истребили уже все население Белоруссии. Кто же в таком случае взрывает наши поезда, бьет из засад по нашим автоколоннам, громит наши гарнизоны?..

Участники совещания склонили головы.

Шеф СД продолжал:

— Внедряйте активнейшим образом своих агентов к партизанам! — Он сел в кресло, перенес взгляд на портрет фюрера. — Подбирайте надежные кадры из числа пленных, местных жителей и готовьте их для внедрения… Но со всей серьезностью отнеситесь к подбору кандидатов!.. Их следует искать только среди идейно близких нам людей. Находите обиженных Советами. Не забывайте, наконец, уголовных преступников.

— Трудная задача, — пробормотал представитель жандармерии. — Все они тут большевики.

— Да, задача трудная, но ее надо решать! Займитесь всерьез лагерем военнопленных. Направьте туда под видом пленного проверенного агента, дайте ему верных помощников. Организуйте фиктивный побег группы в десять — двадцать человек… Пусть наши агенты возглавят эти группы. В лесу они должны найти партизан и присоединиться к ним. Ну, а затем наш человек должен будет войти в доверие к партизанам и приступить к выполнению заданий…

— Опробованная делом идея! — оживился представитель жандармерии.

— Операция «Троянский конь».

— Вот именно, — сухо проговорил шеф СД. — А сейчас, господа, еще об одной нашей возможности… — Он достал сигарету из золотого портсигара, постучал ею по массивному перстню на левой руке, обвел всех холодным взглядом. — В моем распоряжении есть около тридцати— сорока так называемых бывших русских. Мы их разыскали в Европе. Они окончили разведшколу. Нам необходимо эффективно использовать этот бесценный капитал. Предлагаю из указанных лиц создать несколько групп численностью по десять — пятнадцать человек, одеть их в обмундирование солдат и офицеров Красной Армии, вооружить русскими винтовками, пистолетами, автоматами и направить в выбранные нами районы лесов. Они должны будут в лесу искать контакты с местными партизанскими отрядами, а затем доносить нам о дислокации, численности и вооружении этих отрядов. По нашему приказу они смогут нанести по руководству партизан смертельный удар. Все остальное беру на себя я сам. Понятно ли вам направление работы?

— Да, понятно!

— Имейте в виду, что мы заинтересованы прежде всего в выявлении крупных партизанских отрядов в районе наших основных железнодорожных и шоссейных магистралей. Особое внимание надо обратить на те отряды и разведгруппы Красной Армии, которые имеют радиостанции для связи с Москвой. При разгроме партизан при всех обстоятельствах вы должны брать в плен командиров, комиссаров и радистов. Они нам нужны живыми. Не давайте им возможности уничтожить радиостанции и шифры…

Отдых Астангова, предоставленный ему после выхода из тыла, окончился. Теперь он с утра до поздней ночи занимался подготовкой к выполнению очередного задания. На этот раз его подключили помощником к офицеру штаба фронта подполковнику Николаю Александровичу Леонтьеву. В первой декаде мая им и еще двум разведчикам предстоит десантироваться в оперативный тыл гитлеровской группы армий «Центр» и вести боевую работу в районе Минска и в других районах Белоруссии, расположенных на важном направлении будущего наступления советских войск. Группа Леонтьева, наделенная большими правами, должна тщательно проанализировать обстановку в западной части республики.

Овидию предстояло забыть навсегда, что он был Александром Васильевичем Астанговым, теперь он стал Евгением Александровичем Кульчицким, который в любой момент мог принять снова имя «Спартака» или Войцеха Прокопюка.

В конце апреля Леонтьева срочно вызвал заместитель начальника штаба фронта генерал-майор Чекмазов.

— Товарищ генерал, подполковник Леонтьев по вашему приказанию прибыл! — доложил подтянутый, плотный, невысокого роста офицер с аккуратно зачесанными назад прямыми русыми волосами.

— Николай Александрович, вы знакомы с обстановкой в районе действия партизанской бригады под командованием Каплуна?

— Да, знаком, товарищ генерал.

— Вам известно, что Каплун в течение последних дней ведет тяжелые оборонительные бои с карателями, блокировавшими бригаду в Михеровском лесу?

— Донесения подполковника Каплуна читал… Знаю, что положение бригады тяжелое.

— Каратели зажали Каплуна в небольшом лесу, окруженном болотами, недалеко от местечка Малорита. Маневр затруднен… Вот, взгляните на карту. Бригада Каплуна действует недалеко от Буга, близ государственной границы СССР.

Генерал показал Леонтьеву район дислокации бригады. После небольшой паузы добавил:

— В марте — начале апреля противник усилил свои войска на ковальском направлении десятью дивизиями. Танковая дивизия СС «Викинг» тоже переброшена сюда.

Иными словами, совсем рядом, в десятке километров, а то и того меньше, гитлеровцы держат резервы, которые в любую минуту могут быть использованы против Каплуна.

— Вы имеете в виду и гарнизон в Малорите?

— Да. Но это не все. При необходимости фашисты могут вызвать подкрепление из Бреста. Каких-нибудь сорок — сорок пять километров до него. А там у них многочисленный гарнизон. И Ковель рядом.

— Надо полагать, товарищ генерал, гитлеровцы будут принимать меры для разгрома партизанской бригады. Поэтому мы продумаем мероприятия по оказанию ей необходимой помощи.

Генерал оторвал взгляд от карты и внимательно посмотрел на Леонтьева. По этому прямому и требовательному взгляду, выработанному у генерала многолетней военной службой, подполковник понял, что разговор еще не окончен. Генерал поглощен какими-то серьезными думами.

Заместитель начальника штаба ознакомил Леонтьева с последними донесениями Каплуна об обстановке в районе действия бригады и ориентировал о возможных изменениях ее в ближайшее время.

— Ну, Николай Александрович, теперь вы знаете, в каких условиях находится бригада Каплуна. Обстановка, как видите, чрезвычайно серьезная: непрекращающиеся изнурительные бои…

Генерал протянул руку к «Казбеку», предложил Леонтьеву закурить и взял папиросу сам.

— Нам необходимо срочно направить к Каплуну кого-нибудь из ответственных работников штаба для выполнения одного очень важного поручения командования. Скажу больше. Это — задание Москвы. Кого бы вы порекомендовали?

— Товарищ генерал, прошу доверить мне. Я хорошо знаю подполковника Каплуна по документам, мне будет легко работать с ним.

— Ну что же, я ожидал такой реакции. Хотя мы собирались послать вас на другое большое дело, но это задание у нас сейчас самое важное.

— Когда прикажете лететь?

— Вы еще не знаете задачи, ради которой направляетесь в тыл. — Генерал доброжелательно улыбнулся и, прикурив папиросу, не спеша начал рассказ: — В Варшаве, по инициативе Польской рабочей партии создана Крайова Рада Народова, являющаяся временным органом демократических сил Польши, антифашистского национального фронта страны. На первом же заседании Крайовой Рады Народовой, состоявшемся в ночь с тридцать первого декабря сорок третьего года на первое января сорок четвертого года, был принят временный устав этого органа, декрет о принципах организации Армии Людовой и декларация с призывами к польскому народу вести борьбу в союзе с СССР за изгнание гитлеровских оккупантов, создание демократической Польши. Как стало известно в Москве, этот орган стремится поскорее установить деловую связь с правительством Советского Союза. Для ведения переговоров Крайова Рада Народова назначила специальную делегацию в составе четырех человек, которая с шестнадцатого марта сорок четвертого года пробирается в нашу страну. Делегация уже достигла линии фронта, но никак не может перейти через нее. Поляки преодолели неимоверно трудный путь по территории оккупированной Польши, используя помощь местных патриотов, и последние три недели находятся в партизанской бригаде Каплуна. Восьмого апреля польские товарищи, сопровождаемые специально сформированной Каплуном группой партизан, отправились в дальнейший путь в надежде перейти линию фронта. Две недели они шли по лесам и болотам в прифронтовой полосе, насыщенной гитлеровскими войсками, но вырваться из немецкого тыла так и не смогли. Делегаты вернулись в бригаду Каплуна как раз в разгар карательных операций фашистов, нахлынувших из Малориты. Их нужно срочно и любыми средствами выхватить из-под носа у немцев и переправить на советскую территорию. Выполнение этой важной и, не скрою, сложной операции поручается разведчикам. Лучшим из них.