нее Хлыстов. — Мы об этом никому… Да и Сильнягин навряд ли тебе отчеты пишет… Неужели Кирюха проболтался?
— Тю, секрет нашел! — усмехнулась коммерсантка. — Нет, тот молчит, как партизан, боится, что Митрофаныч его каким-нибудь боком к этой расчлененке припишет. Следачка городская у меня сейчас квартирует, — раскрыла она секрет своей осведомленности, — вот и рассказала…
— Ой, Катюха, ну чего ты чешешь? — Не повелся Валек. — Не того поля ягода та следачка, чтобы первой встречной-поперечной все тайны следствия раскрывать.
— Да не мне она рассказала, — поправилась Катерина, — а начальству своему, только с моего домашнего телефона. А кто мне запретит параллельную трубочку снять?
— Ох, и лиса ты, Катерина! — Искренне восхитился пронырливостью женщины Иваныч. — Умеешь информацию добывать!
— Мужики, вы бы лясы не точили, а поехали, посмотрели, как там… — с умоляющими нотками в голосе попросила Катя. — Можем, парням помощь нужна?
— Дело говоришь, — согласился с ней Хлыстов, — уже едем!
— Здрасьте, Махмуд Ибрагимыч! — Заметила девушка старика сквозь раскрытое окно. — Как здоровье?
— Твоими молитвами, красавица! — улыбнувшись, ответил старикан, при виде Катерины старающийся выглядеть бодрячком.
— Стволы-то имеются? — поинтересовалась Катя, когда друзья уже вновь залезли в автомобиль. — Могу подкинуть пару карабинов…
— Свои имеются, — ответил крестный, выдергивая «Сайгу» из чехла и проверяя наполнение магазина.
— Но за предложение спасибо! — поблагодарил Валек. — Да не волнуйся ты, все будет пучком! — произнес он на прощание. — Думаю, что наша помощь и не понадобится — пацаны у тебя боевые, дело крепко знают! — После чего Хлыстов направил пикап на грунтовку, по которой совсем недавно уехали городские бандиты.
Внедорожник бодро скакал по разбитой лесовозами колее, не причиняя пассажирам особых неудобств. Да и сами пассажиры были, в общем-то, не избалованные современными скоростными трассами. В их захолустье таковые просто отсутствовали, как класс. Поэтому, особо переживать по поводу тряски, никому из них и в голову не пришло.
На приметном повороте Валек едва успел притормозить, чтобы со всего маху не впечататься в багажник «Мерседеса», въехавшего в зад черному «Крузаку». Благо, что задний бампер «Мерина» слегка выглядывал из-за поворота, что позволило водителю пикапа вовремя нажать на тормоз. Пикап слегка занесло на сыпучем грунте, а его пассажиров, развалившихся на заднем сидении, бросило вперед по инерции.
И секунды не прошло, как остановившийся внедорожник окружили неулыбчивые мужики с волынами наперевес.
— Вау-вау, ребятки! — закричал из открытого окошка Иваныч, понимая руки. — Спокуха, мужики! Свои мы!
— Борян! — крикнул Серега, опуская ствол. — Свои! Ибрагимыч с Вальком и Иванычем прикатили!
Нелюдимые лесорубы, закинув ружья за спину, вернулись к своему предыдущему занятию — запихивать расстрелянных городских уголовников в багажники их навороченных тачек.
— А я гляжу, у вас все в ажуре? — поинтересовался вылезший из пикапа Иваныч у подошедшего Бориса.
— Вообще, как по маслу прошло! — сообщил довольный бригадир. — В девяностых куда как проблематичнее было столько рыл сразу завалить. А здесь — словно конфетку у ребенка отобрать. Такое ощущение, что они там, в городе, вообще бояться перестали. Просто сборище каких-то непуганых идиотов.
— Так оно и хорошо! — Иваныч, поглядев на развороченную грудь одного из мертвецов, с торчащими во все стороны ошметками белых ребер, даже не поморщился. — Это из чего его так разбарабанило?
— Да это Петруха из своего дробовичка почти в упор лупанул, — пояснил Борис. — Убойная штука! В дыру почти два кулака просунул можно. Воть только теперь трупак погрузить — проблема. С головы до ног в крови вывозишься, — недовольно заявил он. — Брал бы лучше с Палыча пример, тот аккуратненько, как белку в глаз двоих положил.
— Помощь нужна? — спросил Валек.
— Сами справимся, — мотнул головой Борис. — Ща погрузим, да в Гать свезем. Трясина там глубокая — все поместятся. Ибрагимыч, кстати, а что с бедолагой, которого я с утра к тебе отвез? — заметив в салоне старика, поинтересовался бригадир.
— Зажмурился бедолага, ничего нового не сказав, — ответил таджик. — Что это шестерки Бульдозера мы и без того знали. Для чего их на поиски Бурята послали — он не в курсе. Мелкая сошка. Сказал у рыжего поспрошать.
— У рыжего? — Почесал стриженый затылок Борис. — С ним незадача произошла…
— Нихрена себе, назадача! — удивленно воскликнул Иваныч, остановившись у тела рыжего бандита, разваленного одним «молодецким» ударом топора от промежности почти до самой грудины. — Ты что ль постарался, Борька? — Тут же вычислил он виновника сей неприглядной картины. — Это за что ему такое счастье привалило?
— Да они словно из одного инкубатора с тем узкоглазым бугаем вылезли — тоже к Катюхе яйца попытался подкатить! — пояснил Иванычу один из лесорубов.
— Я ему честно пояснил, что у Катюхи мужик лютый, — усмехнулся Борис. — И ведь не поверил, утырок!
— А ты страшный человек, Борька! — хохотнул Иваныч, крепко хлопнув бригадира лесорубов по плечу.
— Да я мягкий, белый и пушистый, Иваныч! — Рассмеялся следом за крестным и лесоруб. — Только не нужно на меня наезжать понапрасну, а то я от этого жутко пугаюсь и могу кого-нибудь ненароком пришибить!
— Ага, — Иваныч скосил глаза на почти располовиненный труп Ржавого, — это ты называешь ненароком?
— Руки от страха вспотели, — пожал плечами Борис, — вот топор и вывернулся. Не поверишь, самому неловко…
— Угу-угу, — покачал головой крестный, возвращаясь к «Тундре».
— Борь, ну мы тогда обратно поедем, — предупредил бригадира Валек, — Катьку твою успокоим — чего-то разнервничалась баба. Раньше, вроде, за ней такого не наблюдалось…
— Не молодеем мы, Валек, — философски заметил лесоруб, — сам таким сентиментальным в последнее время стал, едва сдерживаюсь, чтобы слезу не пустить.
— Оно и заметно, — вставил свои пять копеек крестный. — Бывайте, мужики, нам еще своего жмура куда-то пристроить нужно.
— Ну, а мы своих, как обычно, в Гнилой Гати затопим, — сообщил Борис. — Трясины там еще на десяток таких бригад хватит, если не больше. Вы как со своим разберетесь, найдете меня — обсудим, что дальше.
Распрощавшись с мужиками, Валек кое-как развернул свой здоровенный пикап на узкой дороге и помчался в обратную сторону. Успокоив Катерину, что у парней все хорошо, Валек
