на работу с улыбкой, если ты не испытываешь прилива энергии от того, что делаешь, если думаешь только о результате, если сам путь не доставляет тебе радости, то стоит задуматься, а своим ли путем ты идешь? Вселенная постоянно подает нам знаки, только мы не принимаем их всерьез, не верим, что в тридцать, сорок или шестьдесят лет можно и нужно начинать все с начала, начинать любить себя и совершать глупые поступки: начать рисовать, петь, писать стихи, путешествовать и многое другое. А ведь это, возможно, именно то время и те действия, ради которых мы все здесь собрались.
Мое подсознание не просто так подталкивало меня в кафе, не зря рисовало волшебные картинки. Меня туда влекло со страшной силой, но я этого так боялась, не решалась открыть дверь и заглянуть внутрь, видимо потому, что понимала, этот шаг полностью изменит мою жизнь. А для того, чтобы впустить совершенно новое, придется разрушить все старое, совсем без остатка. И вот именно к этому я была не готова, именно поэтому мне было страшно. Неизвестность пугает, это как шаг через пропасть, шаг в пустоту. Но рано или поздно, мы получаем волшебный пинок, получаем шанс, как бы ему не сопротивлялись. И вот тогда выбор уже за нами.
Я сделала свой выбор. И я выбрала начать писать новую главу своей жизни, не имея ничего за душой, не имея никакого опыта. Единственное, что у меня было на тот момент – это верное плечо моего единомышленника, моего сказочного принца. Именно благодаря ему я решилась на перемены. И поверьте, как только мы открываем нужную дверь, рядом непременно будут оказываться волшебники, нужные нам проводники.
Мы с Мишей вернулись домой. Наше путешествие подошло к концу. Но мы были настроены очень оптимистично, мы жили нашей мечтой о собственном кафе. Так много идей и планов крутилось в наших головах, так много воодушевления и сил у нас было. Но не всегда все идет именно так, как мы задумывали. И вот тут важно быть готовым к переменам, изменениям планов, непредсказуемым обстоятельствам и чужим вмешательствам.
Первое, что нам предстояло сделать – это решить проблему с деньгами. А именно – распланировать свои финансы. Так как прибыли у нас сейчас никакой не было, и, возможно, не скоро еще будет, надо было понять, на что и где нам жить? Я говорю нам, так как эта проблема касалась нас обоих. Моя квартира была съемная, и за нее приходилось платить, а Миша жил в квартире брата, и хоть сам за нее не платил, но чувствовал зависимость от Станислава, чувствовал тяготение от этой ситуации. Но за нас этот выбор сделала судьба, хотя она применила для этого не самый приятный способ, так сказать.
Из аэропорта мы отправились к Мише домой, потому что у него сегодня был День Рождения, и он предложил отметить его скромно дома, посидеть вдвоем, приготовить ужин, посмотреть фильм. Я согласилась, не раздумывая, так как тоже соскучилась по тихой уютной обстановке. Забросив чемодан в квартиру, он сразу отправился в магазин за продуктами, так как холодильник был пустой. А я осталась немного прибраться и отдохнуть с дороги.
Не успела я перевести дух, как раздался звонок в дверь. Я подумала, что это Миша забыл ключи, и открыла, даже не заглянув в глазок.
– Ты так быстро вернулся? – сказала я с улыбкой на лице, отворяя дверь.
Но, мое выражение лица сразу изменилось, потому что я увидела перед собой незнакомую женщину, лет шестидесяти.
– Ты кто? – спросила она у меня. По ней было тоже заметно, что она ожидала увидеть совсем другого человека.
– А вы к кому? – ответила я вопросом на вопрос.
– Это квартира моего сына, Михаила. Он дама?
Тут меня охватила легкая паника. Я была совсем не готова к такой встрече с его матерью. И что-то мне подсказывало, что она меня сразу невзлюбила.
– Он вышел в магазин, скоро будет, – попыталась ответить я более приветливым голосом, – проходите, пожалуйста.
Она вошла в квартиру. Увидела на моих ногах свои тапочки и недовольно покосилась на меня.
– Вот возьмите, – сразу догадавшись о ее мыслях, я сняла тапочки и подвинула ей, оставшись босиком.
Она опять с недовольством покосилась на меня, затем на тапочки. Но, все-таки, посчитала нужным надеть их, показывая тем самым свое превосходство.
Затем она прошла в гостиную и села в кресло.
– Дома почти ничего нет, я могу предложить вам только стакан воды. Желаете?
– Дома? Ты живешь здесь?
– Нет, что вы. У Миши дома, я хотела сказать.
– Кто ты? И почему находишься в квартире моего сына. Он не боится оставлять тебя здесь одну?
– А почему он должен боятся? Я же не воровка.
– Кто знает, сейчас никому нельзя доверять.
– Меня зовут Вера, я подруга вашего сына.
– Подруга? Давно дружите? Не помню, чтобы он о тебе рассказывал.
Я решила, все-таки, принести ей водички, а то как-то совсем неловко проходило наше общение. Я начала мысленно просить Мишу вернуться поскорее, чтобы как-то облегчить мое положение.
Затем его мама увидела два наших чемодана, стоящих рядом и ее настроение еще больше ухудшилось.
– Вы вместе были в Париже?
– Да, – тихо ответила я. Почему я чувствовала себя виноватой?
– Интересно. Об этом он тоже не говорил. А за чей счет, можно спросить? Ты сама оплатила свое путешествие?
– Нет.
– Я так и думала.
– А ты знаешь, кто оплачивает все Мишины расходы, эту квартиру, его поездку в Париж?
– Знаю.
– И кто же? Думаешь, он сам? Думаешь, нашла богатенького дурачка? Сколько тебе лет, не поздновато ли перед мальчиками молоденькими хвостом крутить?
Я начинала злиться. Этот разговор совсем перестал быть любезным и доброжелательным.
– И на какой вопрос вы хотите, чтобы я ответила первым? Может, вам стоит дождаться сына и послушать его рассказ, прежде чем обвинять меня в чем-то?
– Может, я хочу послушать твою версию.
– Как пожелаете.
Я перестала быть любезной и позволять к себе такой тон, с которым она говорила. Подошла ближе и спокойно сказала:
– Во-первых, попрошу вас не произносить слова, которые могут обидеть других, не думаю, что Миша был бы рад услышать все это.
– С ним я сама поговорю, посмотрим, на чьей стороне он будет.
– Это ваш выбор.
– Надеюсь, ты не будешь мне свои права предъявлять?
– Вы сами задали мне вопросы и попросили на них ответить.
– Я тебя внимательно слушаю.
– Во-вторых, я ни перед кем хвостом не кручу, как вы выразились. Я не считаю себя виноватой в чем-то, и не
