— Что-то серьёзное?
— Нет, так пустяки. Тамила Генадьевна, Талия сегодня тоже не придёт домой ночевать.
— Маркус…
— Не волнуйтесь, хочу устроить ей сюрприз. Поцелуйте девочек и Деймона.
Через минуту мне звонит Игнатьев и сообщает, что Талия с самоубийцей зашли в ресторан "Дикая орхидея." Заклеил пластырем раны, одеваюсь в тёмные джинсы, белую футболку и кроссовки. Быстрым шагом выхожу из дома, сажусь в май бах и еду к пункту назначения.
****
Сижу уже десять минут в машине и все раздумываю, как мне поступить правильно. В прошлом я бы не задумываясь закинул её на плечи и отвёл в своё логово. А того ушлепка лично бы отметелил.
А сейчас такой подход не прокатит. Скуриваю третью сигарету подряд. Беру в руки сотовый, немного подумав написал:
20.34 Колдунья
Выйди на улицу.
Вижу, что она просмотрела сообщение. Но ответа не последовало. Дьявол, ну до чего же упрямая.
20.36 Колдунья
Если через минуту ты не выйдешь ко мне, я расквашу этому чмошнику его уродливую морду.
Буквально через тридцать секунд моя малышка выходит из дверей ресторана. Найдя взглядом мою машину, направилась в мою сторону. Меня током шибануло от того насколько она красива и охрененно сексуальна. Красный брючный комбинезон, чёрные лодочки, строго уложены волосы в высокий хвост. Как можно быть такой совершенной? Смотрю на неё и вся злость испаряется. Определённо, кольцо она сегодня оденет на безымянный палец. Пишу смс начальнику безопасности:
20.38 Николай
Чтобы этого уебка я больше не видел. Только не переусердствуйте.
Садится в машину, злость и негодование исходит от малышки.
— Маркус, что все это значит. Почему ты…..
Не даю ей договорить до конца, остервенело накидываюсь на её сладкие губы, о которых так давно мечтал. Подминаю под себя. В меня летят маленькие кулачки да это, как мёртвому припарка. Хватаю верхнюю губу и оттягиваю. Языком провожу по зубам и деснам. Стону ей в рот. Она сжимает челюсть, думает это как-то её спасёт. Прикусываю нижнюю губу, беру волосы и наматываю их на кулак. Пиздец какой-то, сам себе не верю. Она стонет мне в губы, ей не хватает воздуха. Я пользуюсь моментом и вторгаюсь жадно в ее влажные, дурманящие уста. Только так девочка моя, я не оставлю тебе выбора. Мой язык клеймит ее небо и десна. Корпусом чувствую как стучится в области груди ее сердце. Сдвигает сильнее ножки. Я пью дыхание моей женщины и каждая клетка тела во мне словно рождается. Да и трясёт меня не хуже, чем наркомана. Она тщетно пытается отпихнуть меня, и наконец мой разум включается. Обхватываю её сочные губы ещё раз и с неохотой отрываю от себя. Талия прячет блестящий взгляд зелёных глаз, раскрасневшие щеки и припухшие губы. Мать троих детей, а стесняется, как школьница. Меня всегда штормило от этого диссонанса. Насколько она была скромной, настолько в постели была страстной и отзывчивой. Беру её лицо в свои руки и не отводя взгляда, говорю ей:
— Прошу прощения у тебя, Талия! Не сдержался.
Сталкиваю наши лбы друг с другом.
— Дай мне еще один шанс, прошу тебя. Я знаю, что страшно виноват перед тобой. Но, клянусь, это в последний раз! Пусть эта ночь будет нашей. Дай нам возможность поговорить друг с другом. Мы ведь ничего плохого не делаем. Просто выкинь всё из головы и расслабься.
— А как же твои женщины, Марк? — тихо шепчет она мне.
— Никого нет кроме тебя. Я тебе больше скажу, с того дня как мы с тобой были вместе, в моей постели никого больше не было.
Она смотрит на меня, пытается найти подвоха. Но его нет, хотя…
— Хотя нет, я вру. Была только моя правая рука.
Мне показалось или она слегка улыбнулась. И это чистейшая правда. Мое сердце и тело принадлежат ей без остатка. Хочу только ее, а остальные давно не существуют для меня.
— Маркус…
Кладу палец на её истерзанные мной губы.
— Тшшш, хочу тебе кое-что показать. Доверься мне. Дорога займёт не больше часа, по дороге можешь задать все интересующие вопросы.
ГЛАВА 30
МАРКУС
Когда ты ходишь по грани мучений и все твои чувства навыворот тебе остаётся только одно, принять это. И я принял. Лучше так, лучше чувствовать себя истерзанным любовью и страдать от режущей грудную клетку боли. Лучше знать, что у тебя есть крохотная надежда и ждать. Боже, как скучаю по детям, по любимой женщине, мечтаю иметь возможность всё исправить и быть рядом с теми кто для тебя дороже жизни — это и есть наверное счастье. Я готов перевернуть мир за них и для них. Ничего нет невозможного. Так и в этот раз. Моя девочка и не догадывается куда я её везу. Стараюсь много не курить, чтобы она не дышала сигаретным дымом. Да и бросать похоже нужно. Волнуюсь как пацан, а вдруг не понравится сюрприз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В салоне автомобиля очень тихо, воздух наэлектризован. Кажется если кто-то из нас заговорит, мнимое спокойствие треснет по швам. Аромат кофе и шоколада обволакивает всю машину. Вдыхаю поглубже в себя до невозможности любимый запах. Талия так и не задала никаких вопросов. Напряжена и скована.
— Долго ещё ехать? — тихо спрашивает моя принцесса.
— Почти приехали.
Начинаю наблюдать за реакцией малышки. Ворота открываются. Талия всматривается вдаль. Спина ее выпрямляется, затем в неверие смотрит большими глазами на меня. Поворачивает голову заново в правую сторону. Вижу, как её зрачки расширяются. Приподнимается, прижимает руки к груди. Удивленный взгляд бегает от меня к пункту назначения.
— Не может быть. Как? — вот и всё, что она сказала.
Мы подъезжаем к грунтовой дороге и едем прямо. За счет фонарей по обеим сторонам дороги, прорисовывается силуэт огромного строения. Тут работы ещё очень много, но основная часть постройки готова.
Довольно улыбаюсь, такого примерно эффекта я и ожидал. И всё же, что не сделаешь ради любимого человека. Наконец доехав до дверей особняка, останавливаюсь и припарковываю автомобиль. Выхожу из машины, иду к двери со стороны Талии. Открываю её и протягиваю руку маленькой.
— Прошу, — приглашаю Тали в дом.
Маленькая ладошка ложится в мою ладонь и я беру на руки свою женщину.
— Маркус, отпусти. Совсем с ума сошёл? — пытается возмутиться крошка.
— Сошёл. Уже давно. И причина моего сумасшествия — это ты.
С лёгкостью поднимаюсь по лестнице, двустворчатые двери перед нами автоматически открываются. Заходим в дом и я не очень охотно отпускаю свою легкую ношу на пол.
— Добро пожаловать, любимая.
Талия вопросительно смотрит на меня, оглядывается по сторонам. Зелёные глаза лихорадочно блестят. Уголки губ приподнимаются.
— Зачем, Марк? — в недоумение произносит Тали.
Судя по всему она сейчас догадывается для чего я тут развернул строительство. Но боится озвучить свои предположения.
Я встаю к ней очень близко. Нагибаю голову, рукой приподнимаю подбородок, смотрю в красивое лицо. Меня внутри всё разрывает. Любовь, щемящее сердце нежность, желание овладеть своей женщиной.
— Именно здесь я решил, что ты будешь только моей. Тут я понял, что любым способом отобью тебя. — шепчу ей в губы.
— Именно здесь, спустя семь лет почувствовал себя живым.
— Марк…
— Тшшш, — прикладываю большой палец к соблазнительным губам. Они слегка приоткрываются, провожу подушками пальцев по ним.
— Талия, как бы эгоистично сейчас это не прозвучало, малышка, у тебя просто нет выбора. Ты моя навеки. Каждая клетка тела моя, каждый твой вздох, улыбка моя. Вся, без остатка ты моя, абсолютно вся. Слышишь? Умоляю, девочка моя дай нам шанс. — продолжаю шептать слегка касаясь уголков рта.
Пронзающая агония сжигает меня от и до кончиков пальцев. Наши тела разделяют миллиметры, окончательно дурею. Да я чёртов мазохист, потому что кайфую. Наслаждаюсь тем, что дышу с ней одним воздухом и могу слышать, как бешено колошматит ее сердце. Да и у самого нещадно стучит сердечная аритмия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зелёный взгляд темнеет, она громко сглатывает. Прикусывает нижнюю губу. А затем негромко говорит:
