Читаем без скачивания Термокварковый фюрер - Олег Рыбаченко

  Они были как на ладони. Их мог в любой момент накрыть залп плазмоизлучателя, его жадная. пылающая пасть. Впрочем, у неведомых противников, были весьма примитивные средства обзора - прожектора. Дарья почему-то удивилась, ведь даже в её время таким примитивным средством слежения: никто не пользуется!

  А так они пошлют противнику термоквазарного в ответ. Что он думает, будто у девичьего сердца не хватит, мужества и смелости.

  Воительницы бегут, наклонив вперед корпус и вот лучи прожекторов проскакивают мимо. Они кажутся исполинскими глазницами великанов или даже чудовищ мастью покруче!

  Дарья дотронулась до основания замка. Воспроизвела пару пассов, по камешкам, закрыла глаза и приложилась ухом к поверхности. Вспомнила казаков, которые вот так, могли на звук расслышать поступь конной орды, даже если она была за сотни верст.

  Девушка зашептала, словно молилась, только в её шёпоте было больше злобы, чем смирения.

  Напарница Мирабель, очень красивая с белыми как снег волосами девушка-эльф сняла с плеча арбалет, мимолетным, словно ускользающим жестом взвела тетиву и вложила в лунку стрелу:

  - Не беспокойся леди Сталь! Мой зоркий взгляд, способен уловить малейшее движение на стене.

  Дарья оскалила зубки и на распев шепнула:

  - Мы повторяем простые движения, мощный удар - опережение! Ну, а стрела - это лишь средство, меткость осталась от бати в наследство!

  Мирабель продолжила на распев:

  - Эльф это воин в боях закаленный! Как хорошо пахнут осенью клены! Хочешь еще? Может случиться! А в высоте пылает зарница!

   Дарья попробовала лезть наверх, но неуклюжие, армейские сапоги соскальзывали с сырых камней. Тогда она, недолго думая, сбросила с ножек стесняющие ее сапоги. Вот так теперь ей стало хорошо. С легкостью паучка девушка стала взбираться по камням. Пальчики босых ног, выискивали малейшую щелочку в камушках стены, и поэтому создавалось впечатление, что у воительницы не четыре конечности, а по крайней мере шесть. Она двигалась бесшумно, а темнота казалась еще гуще.

  Дарья шепнула сама себе:

  - Дайте мне лестницу до облаков! Я в небесах урою клопов! Тех на землю плескают град, и заряжу свой автомат!

  Воительница почти добралась до вершины, когда услышала шаги. Не вполне типичные, так шагает не человек, а громадный медведь, царапая каменную поверхность лапой. Вдобавок ко всему девчонка почувствовала боль и онемение в пальцах. Такое ощущение у нее было, когда она играла на древнем пианино желая развлечь сверстников. В итоге пальчики забастовали. И вместо гениальной композиции Бетховена стала изливаться пьяная какофония...

  Девчонка промедлила, трупный запах вурдалака пугал воительницу, заставляя висеть между жизнью и смертью.

  Камни еще не успели отдать тепло и поэтому казались живыми, а может и были такими.

  Босые ступни ощущали зуд и колючую шероховатость поверхности. Девчонка подтянулась, дернула ножкой и ушибла мизинчик об острый угол. Неприятная ноющая боль и стынущие пальчики.

  Вурдалак пропыхтел мимо, и Дарья спряталась за зубцом и стала ждать. Она была словно пантера в засаде. Осмотрелась по сторонам, согнув ноги в коленях, вытянув шейку. Куда делся ублюдок? Это в принципе не важно. Рука нащупала рукоять кинжала. Удобная, пластиковая, только вот ладони гудят, словно по ним били линейкой. Девочка испытала не привычное волнение, участилось дыхание, чтобы его выровнять она старалась вспомнить что-то приятное. Как, например её первый учитель поставил пятерку, хотя школьница и применяла шпору. Никогда она не испытывала до этого, большего удовольствия. Дыхание успокоилось и вот новый вурдалак.

  Воительница соскользнула со стены, ее не смущало что тварь намного её больше.

  Пальцы Дарьи ударили вурдалаку в ноздри, чтобы обрубить голос, а другая рука всадила кинжалом под лопатку. Монстр попробовал обернуться, но девчонка, используя его движение, всадила клинок еще глубже, повернув таким образом, чтобы прошить сердце.

  По телу вурдалака пробежала судорога, воительница помогла ему удержать, навороченное подобие винтовки. Тварь прогнулась, на губах выступила пена, потом хлынул фонтанчик крови. Дарья, чтобы не испачкаться, отстранилась, лишь слегка придержав падения монстра. Тело вурдалака обмякло и даже стало меньше, зато крови... Но лужица не смогла вырасти и быстро обмелела, камни как губка впитывали вишнево-фиолетовую жидкость.

  Воительница одним махом вытерла кинжал о шерсть твари и почувствовала гордость: она все-таки прикончила ублюдка, несмотря на все его габариты.

  Зависла над трупом как львица, готовая растерзать каждого, кто осмелиться отнять у нее трофей!

  Дарья прошептала:

  - А вдоль дороги мертвые с косами стоят и тишина! И тут видно, что-то замогильное, явно ублюдочное!

  Девчонка бесшумно прошла на носочках дюжину метров, почему-то джентельменски поклонилась трупу и нырнула за зубья. Большой палец левой ноги, прилипал к поверхности, видимо она все же умудрилась, макнуть его в противную, клейку кровь монстра. Что же видимо придется пальчик помыть, но сначала... Вот еще один ублюдок приближается!

  Когда воительница отделилась от стены, вурдалак видимо подумал, что это призраки ранее замученных и растерзанных ими в повалах замка людей. Так ведь бывает, когда покойники мстят. Дарья успела прочитать в свиных глазах вурдалака животный ужас, а вуаль полусна оказалась разорванной.

  Быстрое словно вспышка молнии во время грозы движение кинжала, прикосновение к горлу кажется ласковым, как поцелуй гадюки...

  Монстр-часовой видимо хотел рявкнуть, но звуки не выходили из распахнутой пасти, они вместе с кровью вытекали через широченный порез в горле. Грязно-фиолетовая жидкость противно булькала и вместе с ней улетучивалась душа твари.

  В глазах вурдалака не было ни боли, ни гнева лишь удивление. Туша стала медленно оседать, а ловкая Дарья подхватила оружие противника, опасаясь, что при падении оно взорвется.

  Воительница разогнулась как пружина, заодно прикончив паскудный гибрид комара и черешни с тремя хоботками.

  - Будешь кусаться - будешь в гробу!

  Дарья ощутила себя волчицей, тем более что стразу четыре луны вырвались из плена облаков. Причем у каждой было свое, неповторимое в уродстве рыло!

  Вместе с нем они давали и свет, четыре цвет перемешивались, превращаясь в бьющее по глазам пламя, которое заливало и замок, и дорогу, и смахивающий на монгольскую орду лес, обложивший твердыню.

  Девчонка оскалила зубы, ее лицо горело как атлас, а глаза сверкали алмазами. Вот и третий вурдалак, лапами топ-топ. Дарья упала на камни, перебирая руками и ножками как букашка, а друг прыгнула, долбанув вурдалака в пах...

  Если поразить самое чувствительное у самцов место, то девятый вал боли, моментально смывает сознание. Чудовище пару секунд просто, стояла, пасть раскрылась не в силах, ни вдохнуть, ни выдохнуть. Дарья легонько толкнула тушу, и отскочила, чтобы не пачкаться в кровь, полившуюся столь обильно, словно лопнула плотина.

  Девчонка тихо пропела:

  - Мой ласковый и нежный зверь! Тебя убью, ты мне поверь! Вонючий с автоматом зверь!

  Дарья отвязала от пояса моток веревки, закрепила и бросила вниз. Она устремилась в бездну как змейка. Юная Воительница пошутила:

  - Закинул Леопольд удочку, хотел словить золотую рыбку! А вместо наживки решил использовать кошачий намордник! И вместо золотой рыбки, попал к мышиный карповник! Вот и я кое-кого сейчас вытяну!

  Веревка натянулась как гитарная стрела, по ней карабкались красотки.

  Первой показалась огнезарная воительница Рафаила. Её волосы пожар, а глаза - лучи лазера! Она легко перемахнула через стену, мелькнув обнаженными по колено ножками.

  Рафаила отскочила в сторонку, пробежалась, голые, девичьи пятки, красиво отливали перламутром при свете четырех лун. Воительница окунула кинжал в исчезающую лужу крови и поспеши её слизнуть. Оскалила жемчуг зубов:

  - Квазарно! Я чую вкус победы!

  Девушки-штурмовики взобрались быстро, почти все они были светловолосые или огненно-рыжие, и все без исключения очень фигуристые и красивые. Избавившись от неуклюжих сапог, они с непередаваемой грацией перебегали на босых ножках. Последней забралась эльфийка Мирабель, со своим арбалетом, голыми ножками, и полуобнаженной грудью она выглядела воплощение воинственной сексуальности.

  Убитые вурдалаки практически исчезли, оставив лишь едва различимые пятна крови, видимо стены замка питались трупами!

  Рафаила подбрасывая вверх пальчиками голеньких ножек камушки, пропела:

  - Еще не наступит рассвет, а пройдет много лет! Останется стынущий труп! Жизни свет потух!

  Мирабель приложила палец к губам: