Читаем без скачивания Черняев 1987 - Неизвестно

С какими целями такие выступления? Дискредитировать Лигачева? Он же весь на виду. Да, идут всякие разговоры, радио заполнено слухами. Вон Арбатов рассказывает, как на Западе стараются столкнуть Горбачева с Лигачевым, а столкновения Лигачева с Рыжковым держат в резерве. И т.д.

Нелегко работать в Политбюро и мне. Политбюро должно быть коллективным политическим органом, заниматься принципиальными вопросами. А ты опять лапшу вешаешь на уши.

Ничего в твоем выступлении нет конструктивного. И это в то время, когда нужны конструктивные идеи, когда всем надо напрягать силы. Просто ты выдал себя здесь. Я вот что хотел сказать еще: отчего это происходит? Теоретически и политически слабым оказался человек на таком посту, и понятно, что ему трудно. Мог бы сладить, если бы захотел. Но что сейчас говорить! Я лично в трудном положении.

Завершить хотел бы так: сгоряча не решать. Вношу предложения:

1) Пленум признает выступление Ельцина политически ошибочным,

2) поручить Политбюро и МГК рассмотреть сделанные на Пленуме ЦК замечания и решать с учетом обстановки.

Что еще хочу сказать?

У нас очень важный Пленум... Давайте вернемся к докладу. Это главная наша тема. Доклад - принципиальный. События показывают, насколько он принципиален. Он выстрадан за эти месяцу. Сделан с учетом перспектив страны и мира. Как вы относитесь к докладу?

Если поправки содержат идеи, то на слух их воспринимать трудно. Пришлите, обратитесь с ними к Яковлеву, Лигачеву, ко мне. Многое войдет, часть не войдет - это понятно. Доклад будет дорабатываться.

Теперь опять о Ельцине.

Борис Николаевич прислал мне письмо в Крым, когда я был в отпуске. Мысль та же, что и сейчас. И просил решить вопрос о его кандидатстве в Политбюро и его пребывании в должности секретаря МГК. Я ему ответил, что сейчас такая бешеная работа, часа нет, минуты нет для отдыха. Много нерешенных вопросов. Сейчас надо работать и работать. Мы условились, что после праздников (7 ноября) встретимся и поговорим, тогда и будет ясно, что делать.

В письме он меня, в частности, предупредил: прошу, мол, не ставить меня в такое положение, чтобы я обратился с этим к Пленуму ЦК. Но я даже Политбюро не информировал, как товарищи знают. Я никак не ожидал, что он на этом Пленуме, который имеет для нас этапное значение в осознании нашей истории, проявит такую нелояльность. Это этично? Это помогает нам в подготовке к такому празднику? Поразительно, что на таком Пленуме мы столкнулись с такими амбициями. И насколько надо было потерять чувство ответственности перед ЦК, перед историей, чтобы это сделать? Мы же идем сейчас к мероприятиям, которых ждет страна, за которыми будет следит весь мир. Что мы принесем тогда? Мы ведь должны принести туда мысль партии о прошлом и будущем своем.

Очень важно у классиков: уметь видеть переходы от одного этапа к другому. И разве мы за два года хотели перестройку осуществить? У нас есть долгосрочная позиция, среднесрочная и есть неотложные дела. Есть этап, когда политика трансформируется в толщу народа. Вот о каких годах идет речь. Оседлаем - от этого будет зависеть дальнейшее движение перестройки. Это и есть вопрос о темпах. Летом целый день на Политбюро обсуждали эту проблему.

О роли партии. Это то, о чем говорим и что делаем. А он нас зовет перетрясти аппарат. Но, во-первых, партия - это не аппарат. Но чтобы партия не отставала, нужна активная деятельность Секретариата и Политбюро. А она что, этим не занималась? Шесть членов Политбюро состоят в Секретариате. Мы можем говорить о недостатках в работе Политбюро и Секретариата. И лично у каждого они есть, и надо всем прибавлять в работе. Но не действовать так, что сегодня поправили человека, а завтра сняли.

За два с половиной года мы прошли правильный путь. И главное, то, что мы продумали и предложили проверенную стратегию, в этом смысле мы не потеряли зря эти два года. А ведь вот что сказал Ельцин - что после апрельского Пленума народ реально ничего не получил.

Насколько надо быть безответственным, чтобы заявлять такое? Теперь ЦК должен разобраться с этой ситуацией. Может быть, Ельцин замышлял что-то? Ему не терпится, не сидится? В то время, когда нужна революционная выдержка, такая огромная ответственность на нас лежит, а тут игра с его стороны.

Главное в этом Пленуме - единство ЦК. Мы проходим через ответственный этап в нашей отечественной истории. Мы должны вывести общество из застоя, освободиться от консерватизма, от недостатков во всех институтах социализма. Единственный выход - на путях перестройки. Это время крутых, глубочайших перемен. Но здесь возникает и вопрос о темпах. Народ нас подталкивает. Мы должны пройти этот путь с достоинством, полагаясь на политическую мудрость партии, на ее способность к анализу. Видим, как наша политика нагружает наше общество, бывает - до предела. Преуменьшать тут нечего. Мы задели интересы миллионов людей. А это значит, что тут как раз самая большая политика.

Должны справиться, если приведем в действие все механизмы и если прежде всего сама партия будет действовать соответственно. Она должна показывать пример. Конечно, кто-то не выдерживает новизны, тяжести работы. Мы не можем уклониться от задачи, которую взвалили на себя, не должны накапливать проблем. Но - действовать с позиций демократии, открытости. Другой силы, помимо демократии, нет.

И в этом контексте выступление Ельцина, - если судить объективно и реагировать политически, - безответственное, непродуманное, незрелое. Но это и повод к тому, чтобы понять, что нам нужна революционная уверенность. Если начали, то надо идти, паника чужда нашей партии. По этим критериям и надо относиться к случаям подобного рода.

Разговор Горбачева с сотрудниками по подготовке его доклада к 70-летию Октября (сразу после Пленума), 21 октября 1987 года.

Во введение к докладу на Верховном Совете взять места из доклада Пленуму (отмечено).

- О Первой мировой войне - тоже перенести из доклада на Пленуме.

- То же - с характеристикой троцкизма.

- То же - о Сталине.

- Интересные формулировки в историческом анализе для Пленума использовать и в докладе на Верховном Совете, например, о Бухарине, но всю «эпопею» с Бухариным для Верховного Совета не давать.

- Цифры о числе расстрелянных не давать на Верховном Совете.

- Сильнее сказать о героизме в Отечественной войне.

- Пошире о Гражданской войне.

- Термин «плюрализм» не употреблять.После доработки в Завидово текста доклада Горбачева к 70-летию Октября вновь вынесен на Полтбюро.

Горбачев предваряет обсуждение фразой: Есть вещи, о которых ждут, что мы скажем о них больше. Но меньше говорить нельзя.

Демичев. А больше не надо.

Соломенцев. Убедительно!

Громыко. Хорошо проработан текст. Лучшие вычерчены этапы. В прошлом тексте оценка XX съезда была неполной, теперь очень хорошо и очень убедительно. Едва ли нужны более резкие формулировки. Трудности ведь были большие, не говоря уж о том, что их используют против нас. По существу ведь формулировки резкие, хотя и не по словам.

Впечатление - очень аргументированно все дано. «Водонепроницаемый» текст для внутренней борьбы против нас.

Теоретически тут та линия, которая оправдана обстановкой и которую надо приветствовать.

...Может быть, перечень лиц, боровшихся против троцкизма, дать не в том порядке, а по алфавиту? По сути, самую активную работу против Троцкого вели Сталин и Бухарин. Но теоретически Бухарин внес больше. Этот раздел надо обязательно сохранить. Он привлечет самое большое внимание.

Рыжков. Крепко сработано. Большая разница по сравнению с первым вариантом. Все отшлифовано, все расставлено как надо.

Я поддерживаю этот текст полностью. В том варианте мало было о народе. Теперь это сбалансировано. Критика была по поводу того, что ничего светлого не было в 30-х годах. Но народ-то ведь работал, выкладывался! Теперь все правильно.

Три замечания:

1. Об идейной борьбе Сталина. Названы люди, которые тогда его поддерживали. Но надо ли здесь снова раскручивать Бухарина? Тогда и других надо называть. Лучше же никого не упоминать.

2. Об индустриализации. Хорошо сказано. Но есть фраза, что не решались социальные вопросы в угоду производству. Может быть, не надо так. Решался вопрос: домны или хлеб. Диктовала необходимость... Конечно, можно и так оставить... Хотя, ядумаю, одновременно невозможно было в крупном плане осуществлять социальную политику.

3. Что заставило Сталина перейти к террору? В докладе говорится об отсутствии демократии. Меня не убеждает. До сих пор не понимаю - что же заставило?!

Личная власть? Она у него и так была... Может быть, еще подумать на эту тему? Какие причины толкнули на такой террор, когда, казалось, все уже пошло вперед?..

Воротников. Полностью согласен. Прекрасно звучит доклад.

...Есть фраза: Россия вышла по промышленному производству в 30-ые годы с такого-то места на такое-то. Лучше просто сказать, что «вышла на 2-ое место в Европе и в мире».