Читаем без скачивания Ночь любви в противогазе - Дарья Калинина

И кажется, Мариша догадывалась, в чем была эта причина. Такой болтушки, как эта Натка, еще белый свет не видывал! И конечно, Ибрагиму совсем не хотелось, чтобы трещотка молола направо и налево языком о том, что произошло в его доме. Но уволив девушку, он крупно просчитался. Натка не перестала болтать. И даже, уязвленная поступком хозяина, стала болтать еще больше.

— Я ведь тебе говорила, что Танька не племяшка Ибрагиму Исмаиловичу?

— Да. Говорила.

— Вот! А между прочим, она и Татьяне Львовне тоже никакая не родня!

— Что?

Мариша была искренне поражена словами Натки. Ведь это уже второй человек говорит ей о том, что Таня Рябова не была родней влиятельному господину Ибрагиму и его семье.

— Да, да! — энергично закивала головой Натка, подтверждая свои слова. — Пока я у Ибрагима служила, я много чего услышала, что моим ушам совсем и не предназначалось.

Ага! Значит, Натка не только болтушка, она еще и любопытна сверх меры. И любит подслушивать под дверями, о чем идет разговор у хозяев. Теперь понятно, почему Ибрагим решил избавиться от служанки. Напрасно только он столько времени ждал. Нужно было гнать любопытную болтушку еще в самый первый день.

— Никакая Танька им не родня, — воодушевленно болтала языком Натка. — Врала она все! Она, если хочешь знать, к нам в город вообще откуда-то из Саратовской области приехала. Спортсменка! Что у нее там была за спортивная школа, я себе даже и не представляю. Но Ибрагим ей сразу же заявил, что если Таня хочет в городе зацепиться, то должна во всем его слушаться.

— Что? Так прямо и сказал?

— Сказал, что сведет Таню с нужными людьми. И когда она выполнит его задание, ее судьба тоже будет устроена!

— В каком же это смысле?

— Танька о театральной карьере мечтала. Надо сказать, голос у нее в самом деле красивый был. Одно время она у нас жила, а потом эта история с Леопольдом случилась. Ну, Ибрагим Исмаилович ее от греха подальше от нас и отселил.

— А кто такой Леопольд?

— Знакомый Ибрагима. Ну, скажу я тебе, и фрукт! Старый! Лысый! На носу и щеках бородавки! Только глянешь, жуть берет! И главное дело, богатющий! Я как его видела, всегда думала, чего он при своих деньжищах морду себе слегка не подправит? Ведь есть же пластические хирурги. Почему он к ним не обратится за помощью? Жадный, наверное, до ужаса! На самого себя денег жалеет.

Но Маришу заинтересовало другое.

— И что этот Леопольд? — спросила она. — Что у него за история получилась с Рябовой?

— А! Да! Он в нее влюбился!

— Влюбился?

— Ага! Прямо до жути! Аж трясся весь, когда Таньку видел! Женюсь, говорит. Или помру!

— И что? В самом деле, собирался жениться?

— Вряд ли. Он ведь женат.

— А ты откуда знаешь?

— Оттуда! — шутливо показала ей язык Натка. — Оттуда, что глаза и уши имею. А жена у этого Леопольда была подружкой жены господина Ибрагима. Правда, жену Леопольда я лично сама никогда не видывала, но думаю, что жена у него должна быть под стать ему самому. Такая же старая, уродливая и страшно богатая. Вот уж точно парочка! Когда вместе идут, издалека их только по одежде и можно различить. Она кривоногая, он хромой. Она с морщинами и подбородком до пупка, а он с бородавками и весь какой-то помятый. И главное, толстые оба. И воняют!

Судя по описанию, Леопольдом был тот самый противный старикашка, которого Мариша с Алиной вчера видели на фотографии, выпавшей из джинсов Вики. Выходит, эту фотографию Вике дала сама Таня Рябова. А зачем? Что она хотела этим сказать? Указывала на своего возможного убийцу?

Но все эти вопросы Мариша пока что запихала подальше. И вслух спросила у Натки:

— И что дальше было?

— Дальше? Дальше Леопольд втюрился в нашу Танечку. И начал ей предложения каждый день делать.

— А Таня?

— Отказала ему, не раздумывая! Да оно и понятно. С Леопольдом дела даже самые законченные шлюхи не желали иметь. Противный очень.

— А кто он вообще такой?

— Продюсер, — не задумываясь, выпалила Натка. — Звезд на нашей эстраде зажигает. Он и Тане предлагал зажечься, только она отказалась.

— Почему?

— Ну, с других-то Леопольд только деньги стриг, а с Тани, так и сказал, ничего не возьму. Все гонорары твои будут. Только ты — моей стань!

Мариша с сомнением покосилась на Натку. Похоже, девушка снова изрядно привирает, следуя за полетом своей неумолимой кипучей фантазией. Бывают такие люди, которые слова не скажут, чтобы не приврать для пущей красочности.

Вот и Таня у нее отказала богатому продюсеру. А где это видано, чтобы мечтающая о сцене и сценической славе девушка отказывала продюсеру в любви и ласке? Да что с того, что этот Леопольд старый и плохо пахнет? Тане ведь с ним было не жить! У Леопольда для этого законная жена имелась. Нет, Марише что-то слабо верилось в то, что Танечка отказалась от славы и успеха лишь потому, что Леопольд как-то не так пахнет и весь украшен бородавками.

Но сказать об этом Натке она не успела. Началась траурная церемония. И даже говорливая Натка примолкла, подавленная величием момента. Правда, молчала она недолго. Едва только огненные врата захлопнулись, приняв к себе тело Рябовой, Натка снова начала трещать. Но на этот раз Мариша ее уже больше не слышала.

Ее внимание своим простым открытым лицом привлекла пожилая женщина. Одета она была очень бедно. И похоже, была единственной, кто испытывал искреннюю скорбь на церемонии прощания с Таней Рябовой.

Но не только это привлекло в ней внимание Мариши. Лицо и руки женщины были густо покрыты веснушками. И Мариша готова была поклясться, что до того, как поседеть, волосы у женщины также были того самого неистребимого рыжего оттенка, каким щеголяла бедная покойница. Да и вообще, сходство было поразительным.

— Посмотри, — толкнула Мариша стоящую рядом с ней Алину. — Видишь ту конопатую женщину?

— Вижу. И что?

— Тебе не кажется, что это-то и есть настоящая родня нашей Рябовой?

— А что! — оценила Алина. — Похожа! Даже очень.

— Вот и я о том же. Слушай, она уходит! Надо нам как-нибудь ее перехватить!

Конопатая женщина в самом деле начала пробираться к выходу. На голову она накинула черный платок, и Мариша с трудом различала ее среди других присутствующих. Она двигалась быстро. Но конопатая женщина скользила еще быстрей, словно привидение продвигаясь через толпу. Так они добрались до выхода и выскочили в фойе.

— Постойте! — догнала наконец Мариша странную незнакомку. — Мне нужно поговорить с вами о Тане!

Женщина остановилась, окинув девушку настороженным и даже отчасти неприязненным взглядом.

— Да? — произнесла она. — А в чем дело?

— Простите, но вы так похожи на Таню… Вот я и подумала, может быть, вы ее родня?

— Тетка, — сухо произнесла женщина.

— Родная тетя?! — воскликнула Мариша, не веря в такую удачу. — А как же та… другая?

Она не знала имени супруги Ибрагима Исмаиловича, спешно отбывшей на воды в Чехию. Но женщина и так поняла Маришу.

— А та другая никакая Танюше была не тетя!

— А кто?

— Так! Самозванка!

— Самозванка? — сделала вид, что ахает Мариша. — Да как же это так?

— А так. Я, дорогая девушка, никаких подробностей и сама не знаю. Только после того, как моя сестра умерла, девчонка ее словно с цепи сорвалась. Не хочу, говорит, жить в глуши! В столицу хочу! На сцене выступать хочу! У меня талант, не намерена зарывать его в землю.

И неожиданно скривившись, женщина жалобно заплакала:

— Вот, талант в землю не зарыла, ее саму в землю зарыли! Ой, лишенько! Да за что же такое горе-то! Сначала Ленка долго болела, всех нас измучила и сама измучилась. Потом Ленка — сестра-то моя померла, я хоть вздохнула посвободнее. Хоть и страшно это звучит, а правда. Сестра моя перед смертью так мучилась от болезни своей, что смерть ждала, как избавления. Ну, и мы все вместе с ней. Ну, да ладно. Померла она. Отскорбели мы по ней, отплакали, а тут Танька наша вдруг зачудила!

И женщина, вытирая глаза, принялась рассказывать эту грустную и печальную историю. Племянница явилась к ней домой на следующий после похорон матери день. С совершенно сухими глазами Таня сказала своей тетке:

— Я уезжаю! Хочешь ты этого или нет, а я еду!

— Как? — всполошилась Людмила Павловна. — Куда?

— В Питер!

— А почему туда?

— Там у меня есть один человек, — уклончиво ответила Таня. — Он мне поможет на первых порах.

Людмила Павловна кинулась было расспрашивать племянницу, это кто же такой за добрый самаритянин выискался, да вдруг осеклась. На память ей пришло одно воспоминание, когда несколько лет назад, еще до болезни Лены они всей семьей ездили в Саратов и ходили там на праздничный эстрадный концерт.

— Втроем мы туда ездили. Я, Ленка и Танюшка с нами. Это мой муж нам презент на Восьмое марта сделал. Купил нам троим билеты и отправил развлекаться. Сам-то он не большой охотник до развлечений и до концертов разных. Да и цены, что и говорить, кусаются. Так что муж с сыном дома остались, футбол по телеку весь вечер смотрели. Тоже не слабо оторвались. Ну, а мы с девочками на концерте отдохнули.