Читаем без скачивания Город Эмбер. Предсказание - Джин Дюпро

Она уже знала, что ей не достичь цели номер один — поселиться в «Зеленой гавани» с родителями. Никки по-прежнему любила этот дом и Йонвуд, но уже не хотела жить в том месте, где миссис Бисон и пророчица отдавали приказы от имени Бога.

ГЛАВА 24

Браслет

В пятницу утром, когда Гровер шел в школу, двое мужчин загородили ему дорогу, выскочив из-за гаража. Они схватили его, надели ему на руку браслет и нажали кнопку на пульте дистанционного управления, активируя его.

Гровер вырвался и убежал, но было уже поздно. Браслет гудел на его запястье. Мальчик тряс рукой, словно хотел скинуть вцепившегося в нее скорпиона или отмахивался от роя пчел, но гудение продолжалось. Гровер не мог придумать ничего другого, как убежать из города. Он помчался по Лесной дороге, по которой редко ходили люди. Прочь из города, прочь! Гровер, сопровождаемый мерзким гудением, пробежал мимо школы, потом по краю игрового поля и добрался наконец до тропы, уходящей в лес.

Пробежав минут десять, он остановился. Браслет гудел, словно огромный комар около уха. С этим следовало что-то сделать, решил Гровер. Утро выдалось холодным, но от бега ему стало жарко. Он снял с себя куртку и свитер, снова надел куртку, а свитер обмотал вокруг руки, чтобы приглушить гудение, но любой человек, оказавшийся поблизости, мог его услышать. Гровер снял с себя футболку и обмотал ею руку. В результате его кисть стала как футбольный мяч, а вся рука напоминала гигантский леденец на палочке или булаву. Гровер с удовольствием треснул бы ею по голове Тедди Крейна и Билла Уилларда, попадись они ему на пути.

Двойная защита почти заглушила гудение. Гровер решил, что с этим уже можно жить, и двинулся дальше.

Он не знал, что ему делать. Он хотел только одного — исчезнуть из города, не видеть устремленных на него глаз. Нет, он должен найти способ избавиться от этой штуковины и не пойдет домой до тех пор, пока не освободится от нее.

Гровер поднимался все выше по склону, кипя от ярости, и вскоре вышел к ручью, где недавно добывал обед для краснобрю-хого. Он решил отдохнуть, обдумать ситуацию, к тому же ему хотелось пить.

Опустившись на колени, он зачерпнул ладошкой воду и вдруг вспомнил движущееся белое пятно, которое увидел почти на этом месте. Гровер поднял голову и прислушался. Вокруг — ни шуршания опавшей листвы под ногами, ни хруста веточек, лишь слабое гудение браслета, доносящееся сквозь «повязку», словно далекая сирена.

Гровер вытер руку о штаны и пошел дальше. Он подумал, не начать ли ему петь, чтобы окончательно заглушить этот противный звук, но решил, что, если в лесу действительно скрывается террорист, пение привлечет его внимание. И Гровер попытался настроиться на пение птиц.

Тропинка поднималась все выше в гору. Иногда деревья редели, и тогда мальчик видел лежащий внизу городок. Школьные занятия уже начались, и его отсутствие наверняка не осталось незамеченным. Билл и Тедди, конечно, зашли к нему домой, сказали родителям, и, может быть, кто-нибудь уже ищет его…

К полудню Гровер почувствовал голод. В кармане его куртки оказалось печенье, но его было мало, а в лесу в это время года — почти ничего съестного. Ягоды отошли, грибы, правда, были, но Гровер в них не разбирался. Он понял, что какое-то время ему придется поголодать. К счастью, в это утро он плотно позавтракал.

Увидев небольшую поляну, он решил остановиться и попытаться снять браслет. Он сел на камень и развязал свитер и футболку.

Браслет представлял собой плоское кольцо тусклого серебряного цвета. Гровер не понимал, как добраться до источника звука — не было ни выключателя, ни сдвижной панели.

Он попробовал стянуть браслет, но кисть в него не пролезала. Гровер попытался сломать шарнир, но добился только того, что кромка браслета впилась в кожу. В раздражении он стукнул браслетом по камню, но лишь поцарапал его. Гудение продолжалось, сводя мальчика с ума.

И тогда Гровер предпринял еще одну попытку избавиться от ненавистного браслета. Он нашел небольшой камень и принялся бить им по браслету. Пять минут отчаянных усилий привели к маленькой вмятине на поверхности браслета и большой ссадине на руке. Гровер в отчаянии отбросил камень и снова завернул руку.

Он лег на нагретый солнцем камень и посмотрел в небо, где в вышине кружил ястреб. Что, думал Гровер, он сделал плохого? Ничего. Кому причинил вред? Никому. Так за что его так мучили? Алтия Тауэр набормотала, что змеи — это зло? Гровер не знал, что ему делать.

Словно загнанный в угол, мальчик закрыл глаза. Под лучами солнца его разморило, и он заснул.

Проснулся Гровер уже к вечеру. В лесу заметно похолодало. Гровер приуныл. Что ему делать, когда наступит ночь? И что делать завтра? Ему хотелось есть, и он начал замерзать, потому что остался только в байковой рубашке и куртке. Так что лучше — тепло и сводящее с ума гудение браслета или холод и едва слышное жужжание? Гровер решил, что лучше терпеть холод.

Впервые он осознал, что ему предстоит провести ночь в лесу. Темнота наступила бы раньше, чем он успел бы спуститься в город, да он и не хотел туда возвращаться.

Гровер стал готовиться к ночи. Первым делом нужно было соорудить спальное место и поискать какую-нибудь пищу.

Гровер решил устроиться на ночь под деревьями, а не на открытом месте. Он пересек поляну и начал пробираться через кусты. Ветки царапали ему ноги и руки, под ногами была каменистая, усыпанная листьями, влажная земля. Нет, не лучшее место для ночлега.

Обследовав окрестности, Гровер нашел ложбинку, окруженную соснами. Дно ее было устлано толстым слоем иголок, из которых мальчик соорудил что-то вроде матраса. Получилось неплохо. Теперь пришло время подумать о еде.

Последние лучи солнца, опускавшегося за гору, освещали деревья на другой стороне поляны. Гровер пробирался через кусты к опушке и вдруг заметил, что кто-то шевелится среди деревьев. Гровер остановился и скрылся в кустах. Если б он захватил с собой бинокль! Неужели это террорист, услышавший гудение браслета?

Медленно двигаясь, белая фигура выбиралась на поляну. Гровер затаил дыхание. Наконец террорист вышел из укрытия.

Гровера как гром поразил: он увидел перед собой медведя, белого медведя! Он и не знал, что такие водятся в здешних лесах.

Медведь прихрамывал, вероятно, повредил лапу. Он шел, опустив морду и покачивая головой из стороны в сторону. Теперь Гровер разглядел, что медведь был не чисто белый, а грязно-кремовый.

Зверь приближался. Мальчик затаил дыхание, но не думал, что медведь нападет на него. Ему и раньше приходилось видеть в лесу медведей, и он помнил: главное — не напугать медведя своим внезапным появлением. Надо заранее дать ему знать о себе, и тогда он просто уйдет.

И все-таки Гровер нервничал: близилась ночь, он один в лесу, и этот звук, который зверь скоро услышит.

Едва он об этом подумал, как медведь поднял голову, остановился и посмотрел на Гровера.

Гровер поступил так, как посчитал правильным. Он вышел из кустов на поляну, поднял правую руку, на которой жужжащий шар напоминал знак «Стоп», и крикнул, насколько мог, твердым голосом: «Медведь! Здесь я, твой друг, а не твой обед!»

Они смотрели друг на друга. Гровер успел разглядеть светло-коричневый нос медведя и глаза, блестевшие в солнечном свете, как маленькие рубины. Размахивая правой рукой, Гровер кричал: «Ты должен уйти! Тебе грозит опасность!»

Медведь повернулся и, не торопясь, стал уходить с поляны. Через несколько минут он скрылся в лесу.

Гровер провел ночь на сосновых иголках. Вместо подушки он подложил под голову свою обмотанную футболкой и свитером правую руку. Браслет жужжал ему в ухо, отчего во сне Гровер видел пикирующий на него боевой самолет. Проснувшись утром, замерзший и очень голодный, он понял, что ему не остается ничего другого, как идти домой. По крайней мере, сегодня суббота, и никто не отправит его в школу.

ГЛАВА 25

Показ дома

В субботу утром дом выглядел прекрасно. Отполированный пол, свежая краска, нигде ни пылинки. Среди антикварной мебели стояли большие вазы.

Кристал порхала по комнатам первого этажа, выискивая последние недочеты, которые могли отпугнуть покупателя. Трещина в штукатурке? Прикроем портретом в золоченой раме. Царапина на полу? Положим персидский ковер! Она ни минуты не стояла на месте и все время говорила: «Лампа от Тиффани — вот здесь ей самое место! Диванные подушки… Никки, принеси зеленые из спальни. Да, так лучше. Действительно, отлично смотрятся. Хотя… секундочку… А почему бы нам не поставить столик для игры в карты вот сюда? Никки, помоги передвинуть его».

Так пролетел час с небольшим. Никки думала об Отисе, который сидел наверху без еды, невыгулянный, и мог в любой момент заскулить или залаять. Но Кристал впервые за многие дни никуда не собиралась уезжать.