и азиатские группы. Одно из возможных объяснений такой картины заключается в том, что фермеры являются потомками людей, населявших 100 тысяч – 120 тысяч лет назад поселения в Израиле и на Аравийском полуострове.
Многие исследователи предполагали, что эти люди представляют следы неудачных миграций из Африки, потому что по ряду других доказанных данных предполагается, что люди покинули Африку менее чем 100 тысяч лет назад.
Впрочем, сами исследователи в последнем сами сомневаются. «Это очень интересно – если это правильно», – цитирует издание Эске Виллерслева, палеонтолога из университета в Копенгагене.
И, наконец, третья группа фактов – генетически-социальная, если можно так сказать. Это факты, тоже зафиксированные на солидном научном фундаменте, что и отражено в солидной научной прессе.
Итак, генетики, взявшиеся за исследование ДНК женщины, названной Gök4, из неолитического захоронения в Швеции, обнаружили, что геном её имеет впечатляющее сходство с геномом современных обитателей Кипра и Сардинии.
Погребению Gök4 5000 лет. После получения характеристик генома этой женщины, явно из земледельческого поселения на территории нынешнего округа Йокхем (Gökhem) в Южной Швеции, его сравнили с геномами скелетных остатков трёх охотников-собирателей того же периода, захоронение которых находилось меньше чем в 400 километрах от Вестерйотланда (Västergötland) – на острове Готланд.
Оказалось, что геном охотников-собирателей показал большое сходство с современными финнами. Как объявили сами учёные, они «были поражены, фермеры и охотники-собиратели были настолько различны». При этом подчёркивается: «Неолитические шведские охотники-собиратели имели ДНК, как у современных скандинавов, – но фермеры, чей геном был секвенирован, пришли откуда-то ещё».
Иными словами, выяснилось, что охотники жили себе как жили, то есть оставались сугубо местным населением с давних веков. А вот земледелие в их земли приходило не в качестве, как ныне говорят, интеллектуальной собственности, а виде технологий, приносимых новыми поселенцами.
Если бы сельское хозяйство распространялось исключительно как культурный процесс, мы не встретили на севере фермера с такой генетической близостью к южным поселениям, —
– отметил по этому поводу эволюционный генетик из Уппсальского университета Понтус Скоглунд.
Этот эпизодик я хотел бы специально помаркировать, ибо понимание процессов взаимодействия фермеров и охотников нам вскоре понадобится, чтобы выяснить, каким именно образом культура энтебёлле заменилась на культуру воронковидных кубков. А главное – отчего охотники-собиратели оказались, как мы уже видели, на разных краях Европы. То есть почему дедушки мои Хёгни-I, коим принадлежала Европа, уступили её пришельцам.
А причина достаточно проста и для своего понимания вновь зовёт вспомнить технологию освоения Северной Америки белыми поселенцами. То есть жили себе индейцы мирно, охотились на зверя, величаясь, когда удавалось завалить мишку-гризли и лишить его лапок – уж больно, говорят, вкусное мясо с лап медведя-гризли. Охотились и друг на друга, ибо как ещё мужественность продемонстрировать, удачу воинскую, как не демонстрацией скальпа на поясе, без коего тебя и в мужчины-то не примут и с прекрасной скво размножиться не дадут! Земля беспредельная, леса бесконечны, прерии безграничны – и под голубыми небесами места хватит всем. Ну, кто уцелел до получения права на размножение. И жили все – и леса, и охотники, и даже мишки-гризли – в счастливом биоценозе, никого не трогая и не задевая.
Пока однажды в этот мирок –
Нет, не гусь, не цапля это,
Не нырок, не Птица-баба
По воде плывёт, мелькает
В лёгком утреннем тумане:
То берёзовая лодка,
Опускаясь, подымаясь,
В брызгах искрится на солнце,
И плывут в той лодке люди
Из далёких стран Востока…
И, простёрши к небу руки,
В знак сердечного привета,
С торжествующей улыбкой
Ждал их славный Гайавата…
И радушный Гайавата
Ввёл гостей в своё жилище,
Посадил их там на шкурах
Горностаев и бизонов,
А Нокомис подала им
Пищу в мисках из берёзы,
Воду в ковшиках из липы
И зажгла им Трубку Мира…
Тесным кругом у порога
На земле они сидели
И курили трубки молча,
А когда к ним из вигвама
Вышли гости, так сказали:
«Всех нас радует, о братья,
Что пришли вы навестить нас
Из далёких стран Востока!»…
На прибрежье Гайавата
Обернулся на прощанье,
На сверкающие волны
Сдвинул лёгкую пирогу,
От кремнистого прибрежья
Оттолкнул ее на волны, –
«На закат!» – сказал ей тихо
И пустился в путь далёкий…
И народ с прибрежья долго
Провожал его глазами,
Видел, как его пирога
Поднялась высоко к небу
В море солнечного блеска –
И сокрылася в тумане,
Точно бледный полумесяц,
Потонувший тихо-тихо
В полумгле, в дали багряной.
Так в пурпурной мгле вечерней,
В славе гаснущего солнца,
Удалился Гайавата
В край Кивайдина родимый.
Отошёл в Страну Понима,
К Островам Блаженных, – в царство
Бесконечной, вечной жизни!
Но… это поэзия. На деле как было – мы помним: время уже было письменное. Приходили земледельцы, совершенно не беря в голову, что эти земли – чьи-то охотничьи угодья. А хозяева не понимали, зачем пришельцам копаться в земле, когда вон мишки-гризли прямо-таки зовут на развлечение побороться с ними за их лапы. И когда приходили поинтересоваться новичками – или просто оказывалось, что те нарезали себе землю, где всегда паслись знакомые бизоны, и бизонов постреляли, – те встречали хозяев огнём. И где теперь индейцы? Верно – в резервациях на тех неудобьях, где нет смысла заниматься сельским хозяйством.
Точно так же, разве что без применения ещё не изобретённого огнестрельного оружия, наверняка происходило и сельскохозяйственное освоение земель в древности. Сам приход земледельцев, сам захват ими земли обязан был приводить к конфликтам. А если учесть ещё и кардинальную разницу в менталитетах, то…
Вот так и возникли «бутылочные горлышки». Вот отсюда и примечательное совпадение, когда в одно и то же время кардинально падает численность и носителей I1a, и первичных носителей R1a, в то время как давно ассимилированные и сами ставшие земледельцами носители I2a вполне себе мирно размножаются в своих сельскохозяйственных поселениях. Которые неумолимо наползают на охотничий север…
И вот теперь соберём все факты вместе, для чего воспользуемся заметками очень интересного исследователя и блогера Вадима Веренича ака verenich. А заодно вернёмся к оставленной нами на время
