Пока он не без подозрения разглядывал девушку, та смело протянула ему руку.
- Ты, наверное, меня не помнишь, мы с тобой играли в одном школьном спектакле в прошлом году. Я Агата, только сразу предупреждаю: никаких сокращений вроде Аги, Ата, или Аг, - девушка выдохнула дым через ноздри и поморщилась. - Терпеть это не могу. Ну что, так и не вспомнил меня? Я на год младше, мы редко пересекались, но всё же.
- Нет, извини. Не помню.
Сам Билл подумал, что такой экземпляр вообще-то трудно не заметить в их небольшой школе, пусть даже и учится она в другом корпусе.
- Да ладно, ничего страшного, - Агата хитро прищурилась, с улыбкой наблюдая за подростком. - Чего это ты так уставился?
- Твой макияж, - смущённо проговорил парень, наверняка краснея до кончиков ушей, не зная, что ещё сказать. Ему было неловко, что он так бесстыдно пялился на девушку посреди общественного парка. Но та лишь задорно подмигнула и рассмеялась.
- Что, нравится?
- Вообще-то, да, необычно.
- В этом мы схожи.
- В чём? – заинтересовался Билл. Однако она решила пропустить этот вопрос мимо ушей.
- У тебя вроде брат есть? Вы с ним похожи, но не так, чтобы очень, - девушка сделала очередную затяжку и пошла дальше по тропинке, махнув рукой, приглашая за собой. - Только давно его что-то не видела. Он ничё так, симпатичный вроде.
- Том.
- Что?
- Его зовут Том. Мы близнецы.
Агата развернулась и замерла, о чём-то задумавшись, но потом кивнула чему-то своему и пошла дальше.
- А, ну ясно, - она пнула валявшийся рядом камешек, потом ещё раз. - Странно, да? Я тебя помню. А ты меня - нет. Почему?
Они гуляли по парку ещё минут двадцать, болтая о всяких пустяках. Хотя Билл в основном слушал Агату, а если та что-нибудь спрашивала, отвечал односложными предложениями. Дорожка привела их к маленькому искусственному пруду. Рядом стояла скамейка, но садиться на неё никто из них не пожелал.
- Чё-то я хавать захотела. Ты как? – спросила девушка, доставая и прикуривая ещё одну сигарету.
Судя по слегка дёрнувшемуся изображению, Билл пожал плечами.
- Прикольно. А ты всегда такой разговорчивый?
Неожиданно откуда-то со стороны раздался крик «Берегись!», и в воду, прямо у их ног, плюхнулся огромный булыжник, щедро забрызгав штаны и обувь подростков. Один из компании резвящихся детишек, видимо, не рассчитал силы и закинул слишком далеко. Когда Агата, не совсем нецензурно выражаясь и отряхиваясь, огляделась по сторонам в поисках проказников, тех уже и след простыл.
- Маленькие засранцы! И как теперь в таком виде в кафе идти?! Билл?
Он не ответил.
Объектив направлен на прозрачную гладь воды, в которой мы чётко видим оператора. Мальчишка не шевелится, он просто снимает сам себя, заворожено глядя на лёгкую рябь. Чуть выше его макушки отражается заходящее ярко-оранжевое солнце, которое придаёт этой и без того волшебной картине ещё более сказочный вид.
- Наверно, везде таскаться с камерой и снимать всё подряд, это что-то типа хобби. Мне, конечно, нет никакого дела до всех этих твоих заморочек, но, может, выключишь её хотя бы ненадолго? Она меня пугает, - будто из-за стены слышится приглушенный голос Агаты.
Билл всматривался в своё отражение так долго и тщательно, что в какой-то момент ему показалось, будто он слился с ним в единое целое, потерял точку опоры, растворился в каплях и теперь течёт по течению. Тело словно потеряло границы, а глаза стали воспринимать окружающую реальность иначе, и уже невозможно было сказать наверняка, что человек по ту сторону экрана, отражавшийся в воде, и есть он сам. Кто-то до боли знакомый держал сейчас эту камеру, скрывая половину лица. Кто-то, чей блеск глаз нельзя было спутать ни с чьим другим. Тот, кто был так нужен, кого так не хватало всё это время.
Видение прорывается и к нам. Том счастливо улыбается и машет нам рукой. Его дреды свободно спадают на плечи и кажутся совсем светлыми в лучах солнца. На нём всё та же светло-голубая футболка и спортивные брюки. Его любимые. Билл улыбается в ответ, задыхаясь от чувств, и точно так же машет ладошкой до тех пор, пока ещё один камень не падает в воду, расплескивая слишком живое видение.
- Не обращай внимания. Это всего лишь камера.
Свет погас. Все звуки умерли.
Конец
