пытались поднять, он сказал: «Положите, положите», — видимо, было ему плохо. Некоторые говорили, что отец Андроник, который по милости не давал на исповеди епитимьи, теперь сам несет епитимью за чужие грехи.
Письма он писать не мог: писали отец Вениамин и отец Филарет под его диктовку или от себя, пересказывая состояние и слова дедушки. Писали с его слов: «Четвертый месяц лежу на спинке»; «У меня ножки стали отходить, появились сильные боли, особенно когда к ним бывает прикосновение. Левая рука немного чувствует проявление боли, но такая же, в таком состоянии, вялая как плеть. После 25 дней болезни появился аппетит, но все по-прежнему: так же лежу на спине. Очень надоело быть в таком положении. На все воля Божия!»
Отец Андроник переносил болезнь без ропота. Чувствуя, что не поправится, он отказался от врачебной помощи, но часто прибегал к Таинству елеосвящения и почти ежедневно причащался Святых Христовых Таин. Его продолжали посещать духовные дети, он принимал всех так же радостно, как и прежде.
С наступлением Великого поста батюшке стало немного легче. На первой седмице он пел ирмосы Великого покаянного канона: «Помощник и Покровитель», часто говорил: «Христос Воскресе!» Теперь никто не думал, что это его последняя песнь. Он часто просил отца Филарета и отца Вениамина читать ему что-нибудь из Священного Писания, святоотеческих книг и петь Божественные песни: «Царице моя преблагая» и другие. Однако старец чувствовал близость кончины. Он пригласил к себе владыку Зиновия и сказал ему: «Отхожу от вас к отцам нашим. Прошу вас, владыко, оберегайте иноков обители нашей, не оставляйте их, и вас Матерь Божия не оставит». Владыка заплакал, заплакал и батюшка. Затем он уснул.
Однажды, ухаживая за отцом Андроником, отец Филарет подумал: «Как же ты, батюшка… И сам мучаешься, и нам тяжело…» Отец Андроник ответил на его мысли: «Не беспокойся, отец Филарет, я долго не проживу». Незадолго до смерти он сказал: «Все, синодик мой кончается». У него было огромное количество записок с именами людей, которых он регулярно поминал на проскомидии. После его смерти эти записки перешли к отцу Филарету.
На третьей седмице ему вновь стало хуже, он отказался от пищи. 17 марта, в воскресенье, он целый день был в забытьи. Его не беспокоили. К десяти часам он открыл глаза и сказал: «Милость Божия все покроет». После, улыбаясь, он кого-то благословлял и опять погружался в крепкий сон. 19 марта он тихо сказал окружающим: «Я буду умирать». Вечером он уснул, пульс стал слабеть, дыхание утихать, на лице выразилось ясное и полное спокойствие. В шестом часу утра 21 марта 1974 года отец Андроник предал дух свой Господу. Лицо батюшки было светлым, как у живого. Дежуривший около него отец Вениамин разбудил отца Филарета и сказал: «Отец Андроник умер». Иноки, опрятав его тело в схимнические одежды, надели на него епитрахиль и старенькие поручи, которые он много лет хранил для своего погребения; затем в келье отслужили панихиду о новопреставленном и стали читать Евангелие.
21 марта гроб с телом почившего был поставлен в соборе Святого Александра Невского, где митрополит Зиновий совершил панихиду. Тело старца находилось в соборе до 26 марта. У гроба совершались панихиды и читалось Евангелие местными и приезжими священниками. На погребение съехалось духовенство со всех концов России, духовные дети старца. 26 марта митрополит Зиновий с собором духовенства совершил отпевание старца по монашескому чину. В нем участвовали около тридцати священников, присутствовал грузинский иерарх епископ Цилканский Гайоз, ректор Мцхетской духовной семинарии. Бывший насельник Глинской пустыни игумен Иларион (Приходько) сказал сердечное прощальное слово, в котором подчеркнул, что отец Андроник был человеком широкой души, глубокой веры и большим тружеником. Его сердце было исполнено любовью к каждому человеку, он жил не для себя, но для народа, поэтому к нему вполне приложимо наименование печальника душ человеческих. Затем гроб с телом старца был обнесен священнослужителями вокруг престола и процессия направилась к месту погребения — городскому Грмагельскому кладбищу. После литии тело старца при пении «Вечная память» было предано земле.
Просьба отца Андроника ко всем молиться о упокоении его души не была забыта. Многочисленные почитатели, духовные дети приезжали на могилу служить панихиды или просто помолиться о нем. Молящиеся приносили цветы, сажали розы на могиле, исполняя его просьбу. Батюшка многих просил приносить цветы ему на могилу, говоря, что они напоминают нам райские красоты.
К сороковому дню митрополит Зиновий устроил на могиле батюшки оградку и памятник с надписью на мраморе, а в самый сороковой день совершил заупокойную литургию и панихиду в сослужении духовенства, съехавшегося почтить память почившего. В этот день могилу старца посетил Святейший и Блаженнейший Католикос-Патриарх всея Грузии Давид V, который отслужил панихиду, затем положил на могилу красное яйцо и сказал: «Отец Андроник! Христос Воскрес! Мы знаем, что ты теперь в Царстве Небесном. Что отличало тебя в этой жизни? Ты не имел врагов, всех любил, и все любили тебя. Ко всем было открыто твое любящее сердце. Молись за нас, чтобы и нам получить небесную радость». Патриарх поблагодарил митрополита Зиновия за заботы по уходу за могилой, сказал, что отец Андроник отблагодарит его, утешил его и других скорбящих своих почитателей; даровал сан архимандрита двум глинским инокам.
После этого могилу отца Андроника посещали митрополит Рижский и всея Латвии Леонид (Поляков), архиепископ Крымский и Симферопольский Леонтий (Гудимов), многие священнослужители, монахи, миряне: они служили панихиды или просто молились о упокоении души старца и просили его молитв; некоторые брали землю с его могилы, которая приносила им утешение и исцеление.
Посмертное почитание и чудеса
Все, кто хорошо знал старца, не сомневались в его посмертной блаженной участи и дерзновении пред Богом. Кто мог, часто приходил к нему на могилу, чтобы молитвенно встретиться с ним, рассказать о своих нуждах, скорбях. Кто не мог, просил других зайти на кладбище и помолиться старцу. Владыка Зиновий часто посещал его могилу и приготовил место своего погребения рядом с ним (хотя погребен был по решению Синода Грузинской Церкви в храме Святого Александра Невского). Незадолго до смерти он говорил: «Скоро пойду к отцу Андронику». Схиархимандрит Иоанн (Маслов), находясь в скорбных обстоятельствах, просил отца Филарета и отца Вениамина: «Возлюбленные мои отцы, если будете на могилочке старчика нашего отца Андроника, то попросите его святых молитв и благословения для меня, в чем я весьма нуждаюсь».
Господь прославил Своего угодника: как при жизни, так и после смерти через него совершались явные чудеса.
Духовная дочь батюшки Мария Добродеева страдала от сильной боли в
