- Ой! – раздаётся громкое сверху с болью в голосе.
Развернуться и посмотреть, что случилось с рыжей не успеваю, так как Камилла довольно резко оборачивается на вопль Светланы, а дальше каждый удар сердца, ударом грома отражается в груди.
Нога жены брата соскальзывает со ступени, пальцы руки, которой она держалась за перила разжимаются, всё это словно в замедленной перемотке кадра. Вторая рука тянется вперёд, чтобы схватиться за что-нибудь, но только пронзает воздух растопыренными пальцами. Дикий страх в голубых глазах родственницы, и тихое, но в тоже время, оглушающее «ах», переворачивает все внутренности.
Рвусь вперёд всем телом, буквально перепрыгиваю пролёт, выкидываю руку, и поймав пальцами капюшон пуховика Камиллы, сжимаю ткань в кулак, дёргаю на себя. Я не пятнадцатилетний пацан, уже довольно взрослый, сильный мужчина, и, казалось бы, легко могу удержать от падения девушку, но что-то пошло не так. Я стал заваливаться вперёд, меня за собой потащила падающая Камилла. Следующие пару секунд не понимаю, что происходит, и как я оказываюсь впереди девушке, но удар головой о бетонный пол лестничного пролёта мне запомниться на всё жизнь.
- Дьявол! – мой рык и сдавленный выдох девушки в мою грудь прозвучали одновременно.
Глава 16
КАМИЛЛА
Не ожидала я от Светы таких слов. Не думала, что станет так больно и неприятно. Да, она сказала правду, таким мужчинам, как Савелий и его брат, нужны другие женщины, такие, как Света. Но зачем такое говорить? Она же знает, как мне больно от всего случившегося!
Стояла, смотрела, как быстро и ловко Света завела разговор с Антоном, как стала стелиться перед ним грациозной пантерой. Вот только мне стало стыдно за неё. Словно в хищном звере проснулась уличная, блудливая кошка.
Оставаться в квартире после слов бывшей однокласснице я собиралась, поэтому и ушла пока эта парочка поедали друг друга глазами. Наблюдать за ними было не приятно, я сама не поняла почему. Что-то кольнуло в груди, да так сильно, что вновь почувствовала чувство предательства. Возможно, это из-за того, что Антон является копией моего мужа, и мозг сыграл злую шутку, подкинув секундную мысль, что на месте брата Савелия он сам.
Тихо вышла из квартиры, кинула взгляд на лифт, и скривив губы, направилась к лестнице. Последнее время меня начинает мутит от еды на лифтах, наверное, так влияет беременность. Спускаться придётся долго, седьмой этаж, да я поднималась сюда больше пятнадцати минут. На каждом пролёте останавливалась, чтобы перевести дыхание и чуть-чуть отдохнуть, выслушивала бурчание Светы.
Но спускаться не подниматься, успокаивала себя. Медленно спускаясь по ступеням, дошла до четвёртого этажа, сверху раздался какой-то шум, но сильного внимание на него не обратила. Я была сосредоточена на ступенях лестницы, которые с трудом видела из-за живота. Поясница начала ныть, а ноги стали тяжёлыми. Такое состояние пугало. Спустившись на ещё один пролёт вниз, услышала громкое цоканье каблуков, и тяжёлый топот, который стремительно приближался.
Прижалась ближе к перилам лестницы, чтобы меня не сбили торопливые жители дома, спустилась ещё на пару ступеней, когда раздалось громкое «ОЙ!».
Знакомый голос ударил по ушным перепонкам. Резко развернувшись, взглядом наткнулась на фигуру Антона. Не успела и подумать «почему он спускается пешком», потому, как мои мысли улетучились, и всё тело сковал страх. Моя нога соскользнула со ступени, пошатнувшись, не удержала равновесия, ещё и пальцы руки, которой я держалась за перила разжались.
Боже помоги! Взмолилась мысленно, и затуманенным от страха взглядом видела, как Антон с перепуганным выражением лица рванул в мою сторону.
Рывок, треск ткани пуховика, кажется, меня схватили за капюшон, но падения это не остановило. Ещё один рывок, и я дёргаюсь вперёд, но в следующую секунду вновь лечу назад.
Не понимая, что произошло, падаю на тело Антона, бьюсь лицом об его твёрдую, широкую грудь. Сильная боль в коленях выбивает слёзы из глаз, и в тоже время радует. Я не ударилась животом, не знаю как, но я успела сгруппироваться, и защитить малыша.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Антон что-то выкрикнул, но я не поняла его слов.
- О боже! Антон? Ты живой?! – визгливо кричит Света, откуда-то сверху.
Вот тебе и подруга! Проноситься в голове. Она обеспокоена мужчиной.
В ответ брат мужа что-то цедит сквозь зубы, и его руки неожиданно обхватывают моё лицо, приподнимая его вверх.
- Ты как? Где болит? На живот упала? – летят вопросы, а взгляд мужчины блуждает по моему лицу с открытой тревогой.
- Нет… не на живот, - выдыхаю с болью в голосе.
Колени горят огнём, руки что находиться на торсе мужчины дрожат.
Антон смотрит на меня пару секунд неотрывно, и следом морщится. Отнимает одну руку от моего лица, и дотрагивается за свой затылок. Секунда, и перед глазами появляется раскрытая ладонь мужчины, с окрашенными пальцами в кровь.
- Тебе надо в больницу, - шепчу, не могу отвести взгляд от его руки.
- Сейчас поедем, - глухо произносит брат мужа.
- Да поднимись ты с него! – визжит Света, про которую я забыла, увидев кровь, - угрохала мужика неуклюжая!
На секунду опешила от такого тона и слов одноклассницы. Но ответить я ей не успела, за меня это сделал Антон.
- Рот закрой! – прорычал родственник, - встать можешь? – а это уже мне, и совсем другим тонам.
Света замолчала, но её недовольное сопение было слышно хорошо.
Кивнула головой на вопрос, прикусила нижнюю губу. Чтобы встать, мне придётся сильно опереться о грудь мужчин.
- Что? Не можешь? – хмурит брови.
- Могу, но…
Дальше сказать не получалось, мне стало отчего-то не удобно.
- Но? – как-то зло произнёс мужчина.
- Мне нужно опереться на вас, - облизав пересохшие губы, продолжила, - но я боюсь, что причиню вам боль, - проговорила совсем тихо, кажется мыши и те громче пищат.
Кривая усмешка на губах Антона, сделала его совершенно не похожим на Савелия. Разве так бывает? Сава тоже усмехался, но как-то по другими, его лицо не изменяла черты.
- Опирайся, больно ты мне не сделаешь, - говоря это, мужчина поморщился, и вновь дотронулся до своего разбитого затылка.
Кивнув головой, стала подниматься, и как можно меньше давить на рёбра мужчины.
- Ммм, - сорвалось с губ, стоило только пошевелить ногами.
- Где болит? – раздалось взволнованное, и Антон резко принял сидячие положение, от такого его движения, я встала на разбитые колени.
По лестничной клетки разнёсся уже не стон, а несдержанный крик.
- Говори где? Камилла! – схватил меня за плечи, слегка встряхнул.
- Колени, я кажется их разбила, - ответила через боль.
- Ну ты и неженка, - фыркнула продолжающая стоять поблизости Света, - из-за тебя Антон вообще голову разбил, и…
- Довольно! - вновь рыкнул на девушку брат Савелия.
Если бы не боль в коленях, из-за которой мои глаза застелены слёзной пеленой, я бы ответила на выпад бывшей одноклассницы. В том, что Антон разбил голову я не виновата. Я и сама пострадала, пострадала из-за крика Светланы. Так что, кто и виноват, так это она.
- Сейчас я вызову Романа, и он донесёт тебя до машины, боясь я сам не смогу, - произнёс, смотря поверх моей головы не добрым взглядом.
Конечно, не сможет, голову разбил, его самого нужно нести, а вдруг упадёт?
- Не надо, я сама, - протестую, и пытаюсь подняться.
- Не двигайся! – рычит, и хватает меня за плечи, удерживает на месте, - точно безголовая, - произносит на грани слышимости, но я всё же слышу.
Очередное оскорбление в мой адрес, ещё большей обидой отзывается в груди. Да что же это такое? Неужели я заслуживаю к себе такого отношения? Вот так просто брать и оскорблять?
- Отпустите, - веду плечом.
Голос тихий и… совершенно лишённый эмоций.
Мужчина медленным взглядом прошёлся по моему лицу, задержался на глазах. Он смотрел прямо, словно в душу заглядывал.
- Сиди спокойно, Камилла, сейчас придёт Роман, и отнесёт тебя в машину, - уже спокойным голосом произнёс Антон.
