Тихон не ожидал, что вместо Бешеного появится незнакомый парень. Но как только голова того появилась в пределах досягаемости Коростылева, притаившегося за дверью, Шрам одной рукой схватил его за волосы, а другой нанес рубящий удар по шее. Боевик отключился и грохнулся на пол. - Не стрелять! - Рявкнул Савелий, увидев, что парни полезли за оружием:
- Брать только живым! И, если получится, невредимым! Боевики переглянулись, быстрым шагом преодолели путь до гостиной и разом впрыгнули в комнату. Тихон уже был готов к нападению. Он услышал приказ Бешеного и на мгновение обрадовался. Сам он оружия с собой не взял. Но праздновать пока было рано, и как только показалось тело следующего боевика, Коростылев срубил его в полете, попав каблуком по носу нападавшего. Кость хрустнула, националист издал рев, напоминающий паровозный гудок, и свалился без чувств.
Краем глаза Шрам засек движение сбоку и едва успел уклониться от кованого башмака третьего каратэка, летевшего Тихону прямо в ухо. Пропустив ногу мимо, Тихон обеими руками подтолкнул её, придавая нападающему дополнительный импульс. Тот не ожидал такого пассажа и потерял равновесие, повернувшись при этом спиной к Коростылеву. Этим Тихон не замедлил воспользоваться и нанес прямой удар ногой по копчику каратиста. Тот пролетел полтора метра и застрял головой в мебели.
Наблюдая за его движением, Коростылев упустил из вида остальных участников схватки. Внезапно кто-то с силой врезал Шраму сзади под коленки. Это пришел в себя первый оглушенный Тихоном и немедленно вступил в драку. Шрам покачнулся, и этим воспользовался Бешеный, только и ждавший удобного момента. Говорков, успевший вооружиться первым, что попалось под руку, бутылкой с остатками шампанского, опустил её на макушку Коростылева.
Одного раза оказалось достаточно, и Тихон повалился прямо на привязанную к стулу девушку, которая все это время безмолвно наблюдала за потасовкой.
Пришел в себя Коростылев от истошного женского крика:
- Я не дам его мочить на моей хате!
- Дура! - Раздался голос Бешеного:
- Пока никто мочить его не собирается! Ясно?! А теперь пошла вон!
Проинспектировав, не меняя расслабленной позы и не открывая глаз, свое положение, Коростылев обнаружил, что теперь он сидит привязанный к стулу, наверное, тому же самому, к которому он прикручивал Клаву. Руки были связаны за спиной, голова болела и слегка кружилась. Два незнакомых голоса что-то обсуждали:
- Говорю тебе, наркоша он! Вишь, раскумарку с собой таскает.
Шрам чуть было не вздохнул облегченно. Если они думают, что он наркоман, то не составит особого труда разыграть ломки и, дождавшись, когда охранники потеряют бдительность - вырваться из ловушки, в которою сам себя загнал.
Тихон пошевелился и застонал. Тут же его голову приподняли за волосы и плеснули в лицо холодной водой. Коростылев зафыркал и открыл глаза. Перед ним стоял Бешеный. - Очухался, Карась? Шрам с ненавистью посмотрел в лицо бандита и не ответил. - Какой злой! - Удивился Говорков. - Кто это тебя разукрасил? - Савелий кивнул, указывая на пересекающий лоб Тихона косой шрам.
Коростылев не отводил глаз и молчал. - А скажи-ка ты мне, - Продолжил Бешеный, - Зачем ты за мной хвостом ходишь? Машину, вон, мою разбил. Двоих моих парней ранил. Вон, твоему сегодняшнему крестнику новый нос придется делать. Так что же ты, сука?! И
Савелий наотмашь несколько раз ударил Тихона по щекам. Шрам сразу же почувствовал во рту кисловатый вкус крови. - Будешь говорить?
- Хы! - Глупо ухмыльнулся Тихон. - Бешеный, он же под дозой! - Встрял один из боевиков:
- Один хрен не чувствует ни фига. Смотри, зраки в точку!
- Так ты теперь на игле сидишь? - Наклонил голову Савелий, крутя в пальцах шприц-тюбик с сывороткой правды. Теперь Тихону требовалось не переиграть, чтобы ему на самом деле на вкололи этот препарат. Он дернулся всем телом, словно пытаясь отнять вожделенный наркотик. Говорков рассмеялся и покрутил пластиковой емкостью перед носом Шрама:
- Это ты получишь, когда расскажешь, на кого ты работаешь и почему за мной охотишься!
- Ничего я тебе не скажу! - Выплюнул Тихон. - Давай подождем? Предложил Савелий:
- Отходняк долбить начнет - все как на тарелочке выложишь!..
Коростылев, почти не напрягаясь, запрыгал на стуле. - Посмотрим, какой ты будешь шустрый через несколько часов. Ты тут сиди пока, а у меня дел много.
XXVIII. ПОБЕГ.
Как только дверь за Бешеным захлопнулась, Тихон начал действовать. Сначала подготовка, со стороны она видна не была. Сперва Коростылев, по системе Вин-Дао-Ян, прогнал волну расслабления всех групп мышц, начиная с пальцев на ногах и кончая мышцами черепа. Посидев немного в таком состоянии, восстановив кровообращение в затекших руках и ногах, Шрам поочередно стал напрягать подвластные его воле мускулы. Ритм дыхания восстановился сам собой, тело налилось силой, пришла пора освобождаться. Двое боевиков, изредка поглядывая на недвижимого Тихона, резались в нарды. Кости падали с гулким стуком, щелкали переставляемые шашки. Из соседней комнаты доносились звуки от ударов по клавишам пишущей машинки. Шрам выжидал момент. Наконец, один из националистов выкинул куши, одинаковое количество очков на обоих кубиках. Боевик уже двинул первую фишку, и внезапно раздался треск. У Коростылева был только один шанс. Он должен был с первого раза, распрямившись, сломать стул, к которому был привязан. И, когда Тихон, не обращая внимания на боль от веревок, встал, ножки стула с хрустом вылетели из пазов. Петли, охватывающие запястья, ослабли, и Шрам высвободил руки.
Боевики, не ожидавшие такой прыти от, как они думали, наркомана на приближающихся ломках, на мгновение опешили, и этого времени Тихону оказалось достаточно для того, чтобы, подхватив ножки от распавшегося стула, сделать шаг вперед и обеими руками угостить бандитов дубинками по шеям. Один из боевиков сразу упал лицом на игровую доску, фишки полетели на пол и раскатились по ковру. Второй таки успел уйти от удара, и импровизированное оружие лишь задело его воротник. Бандит встал, пинком отбросив кресло, и принял боевую стойку.
Сделав обманный мах одной рукой, Коростылев заставил противника слегка приоткрыться и сделал выпад. Конец ножки попал точно в солнечное сплетение боевика, и тот согнулся пополам. В следующее мгновение обе дубинки опустились на плечи националиста, парализовав на время его руки. А удар палками по ушам лишил боевика остатков сознания. Пару секунд он, покачиваясь, стоял, опираясь одновременно на ноги и руки, а потом бесшумно повалился на бок. Наступила тишина. Шрам прислушался. Никаких звуков, кроме хриплого дыхания поверженных бандитов. Но должна работать машинка! В этот момент хлопнула входная дверь. Тихон быстро обыскал неподвижных наци.
Деньги, оружие, два пистолета, один из которых газовый, запасная обойма.
Никаких документов не было. Следовало как можно скорее убираться отсюда.
Сбежавшая Клава могла, и даже должна была позвонить боевикам. Шрам не знал, что для вызова подмоги ей не надо было даже выходить на улицу. В одной из соседних квартир, двумя этажами ниже, жил командир взвода боевиков РНИ. И именно к нему помчалась девушка. Засунув один из пистолетов за пояс, Тихон прихватил упавший на пол шприц-тюбик и опрометью кинулся из квартиры.
Не став дожидаться лифта, спускаться приходилось всего лишь с шестого этажа, Коростылев выбежал на черную лестницу и помчался вниз, перепрыгивая сразу через три ступеньки. Это его и спасло.
В тот момент, когда на площадке четвертого этажа открылась дверь и боевик, поторапливаемый Клавой, вышел на лестницу, держа наготове пистолет, в него, не успев вовремя затормозить, чуть не врезался Тихон. Он остановился буквально в нескольких сантиметрах от наци. Доли секунды Коростылеву хватило, чтобы разобраться в ситуации. Увидев Эльвиру, раскрывшую от неожиданности рот, оружие в руке мужика, Шрам моментально ударил мужика локтем в горло. Тот, захрипев, успел-таки нажать на курок, и прогремел выстрел. Пуля, не задев никого, срикошетила от лестничной ступеньки.
Боевик, вытаращив глаза и хватая ртом воздух, повис на Тихоне и тому пришлось успокаивать бедолагу, добавив ему ребром ладони по шее.
Увидев, что Шрам "выключил" её последнюю надежду, Клава, пока Тихон опускал неподвижное тело на лестничную площадку, и его обе руки оказались заняты, скользнула мимо них, вырвала из вялых пальцев потерявшего сознание бандита пистолет и, опустившись на несколько ступенек, направила оружие на Коростылева. - Руки вверх! - Приказала Клавдия Васильевна. Коростылев исполнил приказ и медленно повернулся к девушке. Она держала пистолет двумя руками, и на Тихона уставился черный глазок дула. Внешность Клавы настолько дисгармонировала с оружием, что Шрам невольно улыбнулся. - Кончай скалиться! - Скривила рот девушка:
- Жаль, что Бешеный запретил тебя мочить, а то бы валялся тут с лишними дырками в голове!
