– Господин! Раз уж вы меня гоните, то исполните хоть последнюю мою просьбу: откушайте на прощание пиалу шербета из моих рук.
И как же сильны женские чары! Не смог падишах отказать бегуме. Она налила полную пиалу самого лучшего вина и своими руками поднесла ее ко рту падишаха. Он выпил вино, опьянел и вскоре задремал.
Бегума наперед научила своего слугу, и тот отнес спящего падишаха в паланкин. Села в паланкин и бегума, и их обоих понесли в дом ее родителей.
Наутро падишах проснулся, хмель у него прошел. Стал он оглядываться и никак комнату не узнает. Взяло его сомнение: «Уж не сон ли я вижу?» А бегума рядом стоит и панкхой [63] над ним машет.
– Скажи мне: сплю я или это явь? – спросил падишах.
– Господин мой! Раньше вы спали, но теперь изволили проснуться. Соблаговолите встать, умыться и совершить намаз.
– Сперва объясни: чей это дворец и как мы сюда попали?
Бегума смиренно сложила руки и ответила:
– Господин мой! Это дом вашего тестя, моего отца. Я приехала к родителям по вашему приказанию.
– Ну, а я как сюда попал? – допытывался падишах.
– Господин! Вы приказали: забирай, что тебе всего дороже, и уходи. Ну, бог свидетель, в целом мире нет для меня ничего и никого дороже вас. Вот я и привезла вас с собой.
Увидев такую любовь бегумы, падишах смилостивился и простил ее. Потом он повидался с тестем и с тещей, поговорил с ними ласково и в тот же день вернулся с бегумой к себе во дворец.
Минуло время. Падишах и бегума опять жили в любви и согласии, и как-то раз он спросил:
– Милая! Признайся, кто это тебе присоветовал увезти меня к родителям?
– Господин мой! Этот совет дал мне ваш мудрый вазир Бирбал. Только по его милости снова взошло мое солнце, вернула я вашу любовь.
Падишах был очень доволен Бирбалом и от всей души благодарил его.
Как Бирбал Тансена перехитрил
Однажды зашел спор у Бирбала с Тансеном: кто из них умнее. Слушал их, слушал падишах, да и говорит:
– Этак вашему спору конца не будет. Вы найдите кого-нибудь, чтоб был промеж вас посредником, он и рассудит, кто прав.
– Владыка мира! Ваше слово для нас – закон. Оба мы готовы исполнить ваш совет, но не придумаем, кого бы взять в посредники. Сделайте милость, решите сами и это дело.
– Просите махарану [64] Пратапа Синха, – сказал Акбар и послал с ними письмо махаране.
Бирбал и Тансен вместе отправились к Пратапу Синху. Тансен был знаменитый певец и великий мастер в своем искусстве. Пришли они к махаране, и он начал петь. А Бирбал сидел, молчал, ждал удобного случая. Видит он, что Тансен своим пением и игрой совсем Пратапа Синха заворожил и, как видно, думает, что уже выиграл спор. Тогда Бирбал сказал:
– Государь! Мы вместе вышли из шахского дворца. По дороге мы оба дали обеты. Я зашел в храм и, сотворивши молитву, обещал: коли вернусь от вас с почетом, то раздам брахманам подаяния – сто коров. А миян [65] Тансен вошел в мечеть и принес такой обет: «Если я вернусь от махараны Пратапа Синха с почетом, то устрою жертвоприношение – пожалую для этого муллам сто коров». Теперь, государь, жизнь ста коров в ваших руках. Хотите – даруйте им жизнь, хотите – отдайте на убой.
Пратап Синх – индус – никак не мог допустить, чтобы коров принесли в жертву [66]. Он виду не подал, какое принял решение, но тотчас написал письмо Акбару:
«Бирбал необыкновенно сообразительный, умнейший человек, его сколько ни хвали – все мало».
А Тансен в душе уже радовался: «Вот нажаловался на меня Бирбал, а махарана на его слова и внимания не обратил».
Воротились они к падишаху и подали письмо Пратапа Синха. Падишах его вслух прочитал. Тансен от удивления рот раскрыл. Не того он ждал! Акбар расспросил Бирбала, и тот рассказал, как все было.
Не хотел падишах, чтобы его любимые сановники враждовали между собой, и стал уговаривать Тансена:
– Чего ты горюешь? Нет тебе равного в пении и музыке, всех превзошел, против этого никто и спорить не будет. И махарана это признал, он заслушался тебя, но похвалил Бирбала за его мудрость в делах, знание жизни. Смешно, что вы решили состязаться, поприща-то у вас совсем разные.
Устыдился Тансен и больше не думал с Бирбалом умом тягаться.
Дочь бедняка в доме вешьи
Жил-был в городе Дели один бедняк-горемыка. Жил он впроголодь, ходил полунагой, а уж когда тратился на какую одежонку, то и вовсе голодал. Была у бедняка дочка, собой красавица, станом гибкая да ладная.
Однажды пришел к бедняку в дом злой человек и стал его дочку сманивать, всякими посулами искушать. Польстилась девчонка-несмышленыш на его посулы и ушла из отцова дома. А злодей возьми да и продай ее вешье.
Легкой жизнью зажила девчонка в ее доме: яства вкусные – ешь до отвалу, сладостей – сколько душа пожелает. Попала она на такое бездельное, сладкое житье и совсем отца забыла.
Вешья научила девочку петь, плясать, и стала она большой искусницей. Мало-помалу пошла о ней слава по всему городу.
Как-то раз плясала девушка в одном доме – там справляли праздник. Собрались люди поглядеть на танцы, и среди них был и ее отец. Пригляделся он к плясунье и узнал свою дочку любимую. Беднягу словно громом поразило, но не стал он затевать ссору при всем честном народе, себя позорить. Промолчал, хотя в душе помирал со стыда. Разузнал он все про ту вешью и пошел к падишаху.
Вышел падишах в дарбар, и тут бедняк подал ему свое прошение. Падишах велел Бирбалу прочесть бумагу. Тот прочел и коротко рассказал суть дела. Приказал падишах вызвать вешью вместе с девушкой. На другой день обе явились во дворец. С позволения падишаха Бирбал начал допрашивать вешью:
– Где ты взяла эту девушку? Кто ее отец?
Блудница, ясное дело, за словом в карман не полезет. Да и девочку она еще дома подучила, что и как отвечать.
– Владыка мира! Она – дочь факира, он ее продал мне, когда она была совсем маленькой, не больше двух-трех лет. Она тогда и говорить-то как следует не умела. Я ее вырастила, воспитала да еще на учение потратилась. Она у меня образованная.
Тогда Бирбал спросил у девушки:
– Отвечай ты, девушка! Знаешь ли ты своих родителей? Где ты родилась?
– Нет, господин! Я и в лицо-то своих родителей не знаю. С тех пор как себя помню, я всегда вот с нею живу. Ее и мамой зову.
– Как зовут эту девушку? – спросил тогда Бирбал у вешьи.
– Я зову ее Каши, – ответила блудница.
– Ладно, сейчас ступай домой, а завтра снова приходи с ней в дарбар.
На другой день Бирбал спозаранку послал за бедняком. Когда он пришел во дворец, Бирбал спросил:
– Скажи, как зовут твою дочь?
– Господин, я звал ее Субхадра. Про то все мои соседи знают, можете у нихспросить.
Дело это получило большую огласку, и во дворец собралось много народу – послушать решение.
Тогда Бирбал дал одному стражнику тайный приказ:
– Стань в толпу и крикни несколько раз: «Субхадра! Субхадра!» Если какая женщина хоть немного смутится – хватай ее и веди ко мне.
В указанное время во дворец пришла вешья с девушкой. Тут стражник закричал:
– Субхадра! Субхадра!
Девушка стала оглядываться по сторонам. Стражник сделал, как Бирбал велел: схватил ее за руки и подвел к нему. Вешья подошла следом.
– Слушай, девушка! – промолвил Бирбал. – Ведь тебя зовут Каши, почему же ты оглянулась, когда позвали Суб-хадру?
– Господин! Этим именем меня называл отец, – ответила девушка.
– Вот как ты заговорила! А ведь только вчера ты сказала, что не помнишь и не знаешь отца!
Смешалась девушка и с перепугу задрожала. Вешья хотела было вставить слово, но Бирбал не дал ей и рта открыть.
– Выходит, ты лгунья, – сказал он грозно. – За ложь я тебя сейчас накажу.
И он подал знак. Стражник с плетью в руке вышел вперед. Увидела его вешья, испугалась и тотчас все рассказала.
– Владыка мира! Четыре года назад я купила эту девочку у одного человека. Он обманул меня, сплутовал, заграбастал за нее кучу денег. Смилуйтесь, простите меня.
По знаку Бирбала к девушке подошел ее отец.
– Узнаешь ты этого человека? – спрашивает Бирбал. – Не похож ли он на твоего отца?
«Если совру, – подумала девушка, – то меня велят высечь при всем народе. Уж лучше сказать правду».
– Да, да, это мой батюшка! – И она кинулась отцу в ноги.
Отец поднял ее и прижал к груди.
– Вешья, – сказал Бирбал, – довольно оправдываться. Я арестую тебя за три преступления: первое – ты заманила несмышленую девчонку, второе – пособничала в работорговле, третье – давала ложные показания. За все это тебе присуждается семь лет тюрьмы.
Вешью сразу же взяли под стражу и увели в темницу.
– Отдаю тебе твою дочь, но мой тебе совет: сыщи поскорее хорошего жениха и выдай девушку замуж, иначе не будет блага в твоем доме ни для тебя, ни для нее.
Бедняк пообещал исполнить мудрый совет вазира, поклонился и, счастливый, пошел с дочкой домой.
Два мошенника
