Когда на раннем этапе Нового времени складывались национальные государства в Западной Европе, строительство нации считалось священной обязанностью государства. У антропологов в ходу поговорка: «не нации порождают национализм, а национализм нации». Только тогда, как пишет антрополог Геллнер, «понятие “человек без национальности” стало почти невообразимым, противоречит общепризнанным категориям и провоцирует отвращение».103
Взглянем на близкую нам историю. Народы (нации) большинства нынешних великих держав появились совсем недавно, хотя некоторые из них и носят древние имена и унаследовали многое из своих древних культур (унаследовали то, что для них отобрали из этих культур «строители народа»). Вождь объединительного движения в Италии К. Кавур, став в 1861 г. главой первого правительства, сказал: «Мы создали Италию, давайте создавать итальянцев».
В собирании народа государственная власть выполняет не только политическую, но и культурную миссию. Чтобы властвовать, она должна завоевать «культурную гегемонию», т. е. авторитет среди граждан, обеспечить их единство. Эта задача особенно серьезна для стран имперского типа. Так, в четырех исторических провинциях Великобритании (Англии, Шотландии, Уэльсе и Северной Ирландии) существуют четыре разных национальных культуры и языка; в заморских территориях Великобритании, соответственно, существуют карибская (Антилья, Британские Виргинские острова, острова Теркс и Кайкос), латиноамериканская (Каймановы острова), африканская (Кокосовые острова), полинезийская (Ниуэ, острова Кука, Токелау), китайская (остров Рождества) культуры.
Власть (особенно в подобных случаях) должна прилагать большие усилия, чтобы сформировалось культурное ядро общности и сосредоточенные в нем ценности «автоматически» поддерживали достаточный уровень «благожелательного согласия» с властью. Это культурное ядро необходимо охранять от разрушительного воздействия внутренних политических противников и разного рода «информационно-психологических войн» со стороны внешних врагов. Иными словами, государство обязано охранять и границу информационного пространства своего народа, а это требует интенсивной культурной деятельности.
Только государство может обеспечить достаточно длительную политическую стабильность, необходимую для созревания большой этнической общности. А. Леруа-Гуран писал: «Чтобы конституироваться как чистый народ с полным параллелизмом всех его элементов, требуется длительная политическая стабильность, тем более продолжительная, чем более велик сам народ».104 Государство выступает и той организующей силой, которая мобилизует общность на преодоление угроз.
Государство устанавливает нормы национального общежития, что особенно важно в странах, переживших серьезные этнические конфликты. Так, расовая пропаганда запрещена конституциями Мавритании и ЮАР; в Руанде запрещены политические объединения по расовому, этническому и клановому признакам; в Конституции Индии запрещена дискриминация по расовому и кастовому признаку; уголовные кодексы балканских республик (Черногории, Сербии, Македонии) запрещают оскорбления этнических групп и насмешки над ними.
Государство также ставит заслон объединениям и группам, которые, как показала история, могут быть опасны для национального согласия. Так, в Австрии, Германии, Италии запрещены фашистские партии и использование фашистской символики, в Испании запрещены все объединения, созданные в целях расовой дискриминации.
Одним из важнейших типов связей, собирающих людей в народ, являются связи информационные. В создании единой информационной системы государство играет главную роль. Оно организует информационное пространство этнической общности, создает регулярные потоки информации (например, через централизованный государственный аппарат), «сгустки» информационной активности. Такими средоточиями обмена информацией бывают, например, большие общественные работы — строительство оросительных систем или укреплений вроде Великой Китайской стены (поистине «всенародная стройка»), мобилизация большого войска или ополчения и пр.
Когда организация информационного пространства становится неадекватной потребностям общества, это выражается в политических конфликтах и часто представляется как проблема гражданских прав («свободы слова»). За этими конфликтами может стоять более глубокое противоречие — народ «болеет» из-за деформации соединяющих общность связей.
Для формирования больших современных наций, уже в XVIII-XIX вв. огромное значение имело появление газет, распространение которых могло организовать только государство с его почтовыми и транспортными ведомствами. В то же время, дальнейшее развитие СМИ создало для государства трудности в охране границ национального информационного пространства. Дж. Комарофф пишет: «Бенедикт Андерсон придает большое значение тому факту, что средства массовой информации дали важнейший механизм для формирования представлений о национальной общности и тем самым создали “глубинное горизонтальное чувство товарищества”. Действительно, Андерсон связывает подъем наций с рождением так называемого “печатного капитализма”. Если он прав, то из этого следует, что развитие транснациональных средств массовой информации должно создавать важнейшую угрозу национальному государству».105
Конструктивная роль государства выражается в организации и содержании систем и институтов, которые непосредственно воспроизводят народ. К ним относятся, например, армия и народное образование (школа). Так, превращение народов и народностей традиционного общества средневековой Европы в современные «буржуазные» нации потребовало создания школы совершенно нового типа, с новой организацией учебного процесса, новым типом программ и учебников.
Именно государство обеспечивает включенность национальных меньшинств в такие системы: например, в Новой Зеландии в 2004 г. разработаны Новозеландская стратегия ассимиляции и Национальный план действий в области ассимиляции. Благодаря усилиям властей, снижен уровень социального и экономического неравенства между титульным народом маори и жителями тихоокеанских островов — с одной стороны, и остальным населением — с другой, в особенности в областях трудоустройства и образования, и повысилось число взрослых, не принадлежащих к маори, которые могут понимать, читать и говорить на языке титульного народа.
Государство собирает и сохраняет народ и как человеческую популяцию — осуществляет над ней, как теперь говорят, биовласть. Оно с самого начала вело учет населения, осуществляло ту или иную демографическую политику. До того, как на Западе возникло представление о человеке как индивиде, имеющем тело в своей собственности, тела подданных (и их здоровье) были, в определенном смысле, достоянием государства. Так же и в советское время убийство было преступлением против государственного порядка.
Очень велика роль государства — даже в рыночном обществе — в организации здравоохранения. Изменения в отношении государства к здоровью граждан имеет огромный мировоззренческий смысл. Например, попытка радикального отказа государства от охраны народного здоровья в РФ в начале 1990-х гг. воспринималась именно как знак того, что народ рассыпается, что здоровье человека теперь никому не нужно.
Большое значение в характере соединения людей в народ имеет политика государства в отношении семьи и брака. Драматические столкновения на этой почве, которые происходили в процессе становления советского народа в 1920-1930-е гг., были вызваны принципиальными различиями в доктринах строительства новой нации. Очевидно, например, значение быстрого увеличения в СССР числа межэтнических браков. Ведь смешанные браки — один из главных инструментов сборки больших наций.
В 1925 г. русские мужчины в Европейской части РСФСР заключили 99,1% однонациональных браков, мужчины-белорусы в БССР — 90%, украинцы в УССР — 96,9, татары и башкиры в РСФСР — 97,9%. А уже в 1959 г. семьи с супругами разной национальности составляли в СССР 10,2%, а в 1970 г. — 14% (в Латвии, Казахстане и на Украине — 18-20%).106
Государство «собирает» нацию, регулируя, часто жестким образом, отношения между разными входящими в нее этносами, что наглядно проявляется, например, в действиях государства США по конструированию «иммиграционной» нации. Эта работа по «сплавлению» иммигрантов с самого начала считалась одной из главных задач государства. Для этого государство стремится преодолеть социальное отчуждение меньшинств. Так, в Великобритании создана Группа по проблемам социального отчуждения, призванная содействовать созданию надлежащих условий в старых городских районах, где проживает значительная доля людей, принадлежащих к этническим меньшинствам. Действует план «Новый курс», предусматривающий активное осуществление стратегии по стимулированию интеграции молодежи из числа этнических и национальных меньшинств на рынке труда.
