изящные длинные пальцы Миры обхватывают кожаный руль, а затем…
Ловлю взгляд решительных шоколадных глаз в зеркале заднего вида. Выруливаю с подъездной площадки дома, быстро преодолевая улочки коттеджного посёла, вскоре выезжая на трассу, где не так много машин, учитывая позднее время в самый разгар рабочей недели.
Но Мира не доезжает до города, за пару километров сворачивая на просёлочную дорогу, затем и вовсе останавливаясь среди деревьев на небольшой выжженной полянке. Покидает салон, стремительно углубляясь в самые дебри, только огибая ветки и поваленные деревья на пути. Ещё пару шагов, и девушка оказывается на небольшом поле, покрытом потрескавшейся землёй, словно после долгой засухи. Нет ни травинки, что выглядит крайне странно.
Сестра садится на колени по середине импровизированного круга, закрывая глаза и кладя руки ладонями вверх себе на колени. Медленно выдыхает, начиная произносить текст на незнакомом мне языке, и я скорее кожей ощущаю лёгкое покалывание на кончиках пальцев. Стоит открыть глаза, вижу, как из ладоней плавно вырывается чёрный густой дым, укрывая землю вокруг, расползаясь щупальцами до краёв засушенной земли. Мира абсолютно спокойна, делает глубокий вдох и резкий выдох. Вместе с этим дым чуть поднимается выше, вскоре впитываясь в землю, а сестра, покачнувшись, упирает руки перед собой, словно силясь удержать равновесие.
— Я не жалею о своих поступках, Кира. Это тебя не коснётся, — тихо выдыхает, глядя уверенно перед собой.
Прихожу в себя словно от толчка, хватаясь за грудь, дёргаясь вперёд.
Я в кресле самолёта, за окном всё ещё ночь, значит, заснула ненадолго. И тут же вспоминаю, что незадолго до нашего двадцатилетия, разговор из сна между мной и сестрой действительно был, но в этот раз я находилась в её шкуре.
Нахмурившись, вновь откинулась на спинку кресла, обнимая себя руками, вмиг ощущая необъяснимый холод. Он проникал глубоко, касаясь сердца, пуская по телу странные импульсы, пропитывая…тьмой. Да, определённо. Я ощущала, как внутри меня что-то надламывается, нашёптывает познать вкус крови…в очередной раз. Напрягаюсь ещё больше, ведь никому никогда не причиняла физической боли, и тем более не пробовала кровь…
«Стоп! Я же кусала Карима во время секса. Но всего лишь глоток …».
Замираю, бросая взгляд на Гретосс, сидящего за столом у дальних кресел. Мужчина вновь погружён в свою работу, то смотрит на бумаги, то на экран ноутбука. Но, ощущая моё любопытство, переводит внимательный взгляд на меня.
Поднимаюсь, пересаживаясь в кресло напротив мужчины, и прошу принести мне поесть. Ничего не говоря, оборотень поднимается и оставляет меня буквально на пару минут, возвращаясь с подносом, полным изобилия пищи.
Карим вновь углубляется в работу, а я съедаю сочный мясной стейк, затем киноа с овощами, вкуснейший десерт, запивая всё зелёным чаем, но…чувство насыщения отсутствует.
Хмурюсь, вновь бросая взгляд на Гретосс.
Что-то постороннее, не принадлежащее мне «прошлой», продолжает настойчиво требовать крови, вызывая головную боль, заглушая все прочие мысли. Пытаясь отвлечься, поднимаюсь, относя поднос с грязной посудой на мини кухню с баром. Наливаю в бокал апельсиновый сок, залпом выпивая, то же самое делаю с обычной холодной водой. Но жажда только усиливается. Холод ощутимо колит каждую клеточку тела, и контролировать себя становится сложнее. Проще всё рассказать Кариму.
Возвращаюсь к мужчине, на этот раз присаживаясь в кресло рядом с ним, хватая его за руку, тут же закрывая глаза. На миг становится легче. Кожу ладони обдаёт теплом, и чётко понимаю, что всё дело в оборотне.
— Кира? — слышу близко настороженный мужской голос с хрипотцой.
Надо что-то сказать, но мне жутко стыдно признаться в позывах своего тела. Но с другой стороны…
— Со мной что-то происходит, — только выдыхаю, не в силах открыть глаза, так, словно проще концентрироваться.
Секунда. Горячие руки обхватывают мои запястья. Чувствую, что теперь мужчина повернулся ко мне всем корпусом, поднимая разделяющий нас подлокотник.
— Что конкретно ты чувствуешь? — собрано спрашивает, но сталь в голосе слышится явственно.
— Холод. Ледяной, неестественный. И жажда, затмевающая все мысли. Я не могу её заглушить, — с каким-то отчаянием выдыхаю, оказываясь в объятиях волка.
Мужчина крепко обнимает за плечи, поглаживая по спине, словно силясь успокоить, но это не особо помогает. В каком-то бреду чуть выше запрокидываю голову, носом утыкаясь практически в мужскую шею, жадно вдыхая запах. Яркий импульс ударяет по нервным окончаниям, и в испуге распахиваю глаза. В голове быстро складывается пазл, и, кладя ладонь на мужскую грудь, чуть отстраняюсь, увеличивая между нами расстояние. Карим сканирует тяжёлым взглядом, и в его глазах читается вопрос вместе с незнанием ситуации. Видимо, он сам с подобным никогда не сталкивался, и от этого не легче.
— Мне нужна кровь, — выпаливаю на одном дыхании.
Альфа напрягается, суживает глаза, усиливая захват на талии.
— С чего ты так решила?
Сумбурно делаюсь своими ощущениями, наблюдениями и догадками. Мужчина всё больше мрачнеет, дёргая нервно губой, обнажая удлинившиеся клыки, бросая взгляд на кабину пилота.
— Будет тебе кровь, — недовольно рычит, начиная вставать, но я его вынуждаю остаться в кресле, отрицательно мотнув головой.
— Нет. Ты не понял. Мне нужна «твоя» кровь, — уверенно произношу, гипнотизируя взглядом смуглую мощную шею.
— Что?
— Я не знаю, что произошло, Карим. Но после того раза, когда ты приказал укусить себя, что-то изменилось. Еда не даёт мне насыщения, и до этого дня я контролировала жажду, даже не понимая, что конкретно со мной происходит. Но сейчас всё встало на место. Твоя кровь, словно…пробудила что-то во мне, создала привязку. Я пыталась сопротивляться, честно, но чувствую, что ещё немного и просто сойду с ума.
Гретосс внимательно слушал, не перебивал, а после резко поднял, пересаживая к себе на колени и крепко прижимая к себе.
— Жажда крови присуща вампирам, но ты точно не из их числа, — мрачно произнёс, кладя одно ладонь на щёку.
— Уверен?
— Абсолютно. Сейчас я могу через надрез наполнить бокал своей кровью, но предпочту, если ты сама укусишь меня.
Напряглась, бросая нервный взгляд на область мощной мужской шеи. Пусть один раз уже и кусала, но находилась в иной ситуации, и, если честно, совершенно не помню, почему получилось прокусить кожу, у меня ведь нет острых клыков.
— Я не смогу… — мотнула головой, чуть отклоняясь назад.
— Просто попробуй. Ты — не человек, Кира. А у всех сверхъестественных существ физическая сила усилена, да и зубки острые даже у ведьм.
Нахмурилась, не понимая оборотня, точнее не в силах принять, что существует «иной мир», который, по сути, существовал бок о бок со мной всю жизнь. Но тогда я ничего не знала, и было проще, а сейчас мозг еле усваивает
