- Знаю, - сказал доцент, - буду читать лекцию своим студентам на тему «Россия – цивилизационный тупик». Только вот пару яблок еще куплю.
- Ну-ну, - усмехнулся Карпуха. – Тогда в добрый путь.
Незнакомец вдруг рассмеялся.
- Что это вы на меня смотрите, как Воланд на Берлиоза? - спросил он. – Хотите сказать, что Ганнушка разлила подсолнечное масло?
- Ну что вы, - усмехнулся в ответ Карпуха. – Я в отличие от вас – будущего не знаю. Да и трамваи у нас возле парка не ходят. Просто солнце печет как-то не по-мартовски…
Доцент встал, приподнял шляпу и сказал: «Ну то до побачення!» «Якщо буде така нагода», - ответил Карпуха, провожая глазами преподавателя.
ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР
Карпуха собирался тоже идти, как вдруг вспомнил, что он так и не прочитал Васино сочинение, за которое тот получил самый низкий балл из всего класса. Сестра дала ему на память, чтоб брат увидел результат своего влияния. Карпуха расстегнул портфель и достал тетрадь. Забродов Василий. Тема: «Украина - европейская держава». Сочинение оказалось в стихах и при том - на русском. Ну Вася дает!
УКРАИНА – ЕВРОПЕЙСКАЯ ДЕРЖАВА
«Не домой и не на суп,А к любимой в гостиДве морковинки несуЗа зеленый хвостик…»
Свет горит, а газ - потух.Газ нам и не нужен.Включим старенький утюг –Приготовим ужин.
Спичку режем пополам –Сэкономить чтобы.Наступила попа намПрямо из Европы.
Кто кричал: Россия – враг,Запад нам поможет, –Завтра будет, как дурак –С изумленной рожей.
Кризис крепнет с каждым днем,Холод не проходит.Топим печку «Кобзарем» –Пригодился, вроде.
Догорает солнца луч,На столе горит свеча.Дом, построенный под ключ,Стоит по цене ключа.
Без России, как без крыльцев, –Кончились вопросы…А «свiдомi» украинцы –Таки малороссы.
Карпуха задорно рассмеялся – нет, дырку они от бублика получат, а не Васю Забродова! Потому что - мыслит против течения. А по языку, ничего, наймем ему репетитора – проведем ликбез. Не всё потеряно.
Настроение немного улучшилось. Карпуха достал солнцезащитные очки, надел их и посмотрел вдаль. Солнце кочегарило так, что на крышах стали появляться первые мартовские коты, аккуратно ступающие по растущим проталинам.
*****
А в это время преподаватель истории, завернув за угол, направился к лотку с фруктами. На тротуаре образовалась большая лужа, и прохожие, чтоб обойти ее, шли по-над самым домом, рискуя попасть под сосульки. И только некоторые, самые неаккуратные или не боящиеся промочить ноги - шли через нее. Преподаватель приблизился к этому месту в тот самый момент, когда от крыши вдруг оторвалась целая батарея массивных сосулек и стремительно понеслась вниз.
Доцент университета знал, что сухие ноги полезней для здоровья, и уверенно сделал свой выбор…
9. Покаянная вышиванка
Карпуха едва лишь проснулся – тут же прямо в трусах сел к компьютеру проверять почту. Он ждал ответное письмо по поводу своей конструкторской разработки новой парусной крейсерской яхты. Письмо пришло, но - от кого-то непонятного. Карпуха хотел было его убить как потенциальный вирус, но что-то остановило, и он открыл. Это оказалось письмо от его товарища детства.
«Добрые сутки, Карпуха!
Мы не общались с тобой так давно, что страшно сказать – аж с прошлого тысячелетия и даже - с прошлой страны. Ты меня, может, сразу и не вспомнишь. Но я, когда прочитал о тебе в Интернете, то практически не раздумывал - ты не ты? Сразу узнал тебя – ты всегда был поведен на справедливости. Ты тогда был в нашем дворе самым маленьким – и по росту и по возрасту. И ты, как и все мы, обожал футбол.
Но если мы хотели забивать голы или, как минимум, стоять на воротах, то ты всегда выбегал во двор со свистком и с набором желтых и красных карточек. Мы поражались, как пацаненку может нравиться бегать без мяча и следить за тем, чтобы игра была правильной. Как же ты мешал нам и раздражал нас! Что мы с тобой только ни делали: и били, и связывали, и даже закрывали в трансформаторной будке или на пыльном чердаке. Но не проходило и получаса, как ты выбирался и - снова появлялся на поле. И свистел, поднимая руку, требуя равных правил и честной игры.
И, в конце концов, мы смирились, - хрен с тобой! – бегай, а потом, со временем, и сами поняли, что играть по правилам лучше и удобнее, чем бесконечно собачиться друг с другом по любому спорному моменту. Тебя начали уважать. А потом вдруг ты с родителями куда-то переехал. Но еще много раз я вспоминал и удивлялся, как маленький Карпуха, смог совладать с матерой дворовой шпаной? Наверно потому, что сила, брат, она в справедливости.
А теперь я хочу кое-чем с тобой поделиться, а точнее, просто рассказать немного о себе и о своих предках. Надеюсь, ты поймешь меня и не посчитаешь это пустым спамом из прошлого.
Мой прадед - участвовал в бою под Крутами на стороне большевистской армии Муравьева и стрелял в защитников новорождённой Вильной Украины. В нашем семейном альбоме есть пожелтевшая фотография, где он стоит возле убитого им юнкера. Я старался на нее не смотреть - мне всегда было жаль его жертву.
Мой дед - после войны добивал прятавшихся в лесах бандеровцев-самостийников и получил за это пять наград. Я слушал его рассказы и невольно сочувствовал лесным братьям, сражавшимся на своей земле за свою свободу.
Мой отец - во время срочной службы стоял на вышке и охранял украинских диссидентов-националистов, отбывавших срок в лагере за свое вольнодумство. А я - читал Стуса и Сверстюка, восхищался стойкостью Чорновила и Хмары. И не понимал, зачем нужно с ними так расправляться?
Мои предки воевали практически со всеми, кому сегодня воздвигли новые памятники.
А я - в 1991-м голосовал за независимую Украину и в 2004-м стоял за неё же - свободную и равноправную - на Майдане, впервые надев вышиванку – как вызов и как протест. Я всегда был с теми, кто был против любой диктатуры, чьи права и достоинства попирались. Я еще думал – наверняка где-то здесь стоит и Карпуха.
Прошло несколько лет национальной украинской власти. И я словно оказался в машине времени - вся история человечества вдруг развернулась вокруг меня – сразу всеми эпохами. Как человек 21-го века, я собственными глазами увидел век пещерный с дремучим сознанием – свой-чужой. Как научный работник, я вдруг понял, что такое средневековье с его охотой на ведьм и расправой над здравым смыслом. Как русскоязычный, я почувствовал, что значит подвергаться дискриминации, как когда-то подвергались чернокожие. И как гражданин страны, я вдруг осознал, что значит оккупация ее инородцами и каково оно - быть человеком второго сорта.
И я понял, что то, что Украина не состоялась сто лет назад - было естественно и неизбежно. И что бандеровцы, может, и герои пока они воевали возле своих домов, но в Донбассе, Крыму и в Киеве они - захватчики. И что националисты-диссиденты выступали, на самом деле, не за защиту своих прав и свобод, а за то, чтоб иметь возможность душить права и свободы других.
И я вдруг впервые в жизни стал понимать своих предков. Не то чтобы целиком и полностью, но уже в достаточной степени, чтобы попросить у них прощения и продолжить их дело. Как именно? Я еще не решил… Но знаю точно, что по настоящему свободной Украина станет не тогда, когда в ней все заговорят по-украински, а когда в ней не будет во власти людей с такими идеями, против которых боролись мои деды и прадеды…
И еще, когда в ней будет как можно больше таких людей, как ты - Карпуха.
Твой товарищ детства – Гриша Гаркушин.»
***
Карпуха прочитал письмо и задумался. Во-первых, его очень впечатлила человеческая эволюция почти забытого им товарища – так вот уже какие мысли появляются у тех, кто недавно был на Майдане! А во-вторых, детские воспоминания наложились на теперешнюю жизнь. Ведь и правда – не может быть хорошей команда, если футболистов отбирать в нее по знанию мовы, а тренера - по любви к вышиванкам. И не может быть нормальной игра, если игроки в ней наделены разными правами, поле не имеет границ, а правила для всех разные…
Карпуха выдвинул нижний ящик стола, пошарил в глубине рукой, достал свой старый запылившийся свисток и усмехнулся: «А может, ну их, нафиг, эти яхты?! Может, вспомнить детство и - заняться страной?»
10. В вышиванках - на выход!
БОЕВАЯ МАРШРУТКА ПЕХОТЫ
ОДИНОКИЙ ПРОТЕСТ
Карпуха сто лет так не удивлялся. Это была уникальная маршрутка. Он понял это едва только в нее зашел. На самом видном месте - справа от водилы - красовалась надпись:
