не он, а необычный источник света: на одной из стоек крепкой кибитки висела клетка с птицей, похожей на попугая. Пичуга вертела головой, оглядывая проходящих мимо людей, словно именно она выискивала покупателей. А перья ее излучали сияние. Настолько яркое, что я без труда рассмотрел и самого продавца, носившего имя Брадис.
Вид у мужика тоже был не самый обычный — светлая кожа, копна рыжих волос, такая же рыжая взлохмаченная борода, глаза навыкате. Явно не олнейг и не элгион, методом исключения можно сделать вывод, что это представитель третьей расы. Мениолец.
— Я заметил, что вы с большим вниманием наблюдали за моим питомцем, — взбодрился торговец, увидев, что я сделал шаг в его сторону. — Могу предложить перо из хвоста. Не его, конечно, а такого же скального вертоголова. Это перо можно использовать вместо факела. Гораздо выгоднее — и светит ярче, и не потухнет. Или, как вариант, для красоты воткнуть в шляпу, ваши дамы будут в восторге.
— И почем отдашь?
— Всего два золотых.
Сколько?! За обычную цацку, которая ничего, кроме понтов, не дает — двадцать тысяч медяков?! Походу, торгаш считает, что нашел богатенького простака.
Подозреваю, на моем лице отразилась вся буря негодования: Брадис состроил обиженную физиономию и почесал бок, словно там засвербило от моего недовольства.
— Благородный господин напрасно удивляется. Подобных диковинок не сыскать во всем Велентвее. Поверьте, и так совсем немного прошу.
Я усмехнулся — ага, конечно. Но вдруг увидел на поясе мениольца кожаный кошель с белой вышивкой и кинжал, инкрустированный красным продолговатым камнем. Хорош! Скорее всего, он не столь крут, как Стилет обреченности, но не воровать же мне у Маури. А у торгаша вполне можно.
— А за кинжал сколько просишь?
— За этот? — уточнил Брадис, будто был обвешан подобным оружием с головы до ног.
— Ну да.
— Не продается. Он мне от деда достался. В нем инкрустировано окаменевшее яйцо пурпурного стрелокрыла, которое дает Туман войны. Я ведь не воин, моя сила в умении торговать, а ситуации случаются разные. Мне уже не раз приходилось прятаться в Тумане при стычках с грабителями и таким образом избегать смерти.
После таких слов кинжал показался еще более заманчивым. Вот блин, никогда за собой такого не замечал. Может, игровая профессия накладывает отпечаток на характер? Такими темпами я скоро превращусь в клептомана.
— Подожди, не понял. Ты хочешь сказать, что яйцо дает такой эффект?
Торговец снова скривил физиономию.
— Извините, уважаемый господин, не в обиду будет сказано, но вы как будто только сегодня на свет родились. Окаменевшие яйца стрелокрылов — главное богатство в землях мениольцев. Такое же, как жемчуг у элгионов и орехи у олнейгов. Если даже самый простой из этих ресурсов — у вас это серая жемчужина, а у нас яйцо с белой скорлупой в крапинку — инкрустировать в оружие, броню, да в любую вещь, то кроме увеличения параметров с небольшой вероятностью появляется магический эффект. Случайный. У жемчужин чаще проявляется водная магия, у орехов лесная, а у наших яиц — воздушная. С этим кинжалом, прямо скажем, деду улыбнулась удача.
Почувствовав в торговце кладезь информации об игре, я решил не церемониться и расспросить его поподробнее, благо он был весьма словоохотлив.
— А если инкрустировать сразу три разных реса?
— Все так и стараются делать, но это непросто, ох как непросто. Вещица получается очень дорогой, а если еще и с бонусом повезет, то просто бесценной.
— Понял. А какие из этих ресурсов самые-самые?
— Ну… — торговец задумался. — У мениольцев ходят легенды об Изумрудном яйце, но правда это или нет, не знаю, врать не буду. А вот у вашего короля точно есть Черная жемчужина. Мощнейшая, говорят, штука, — рыжебородый вдруг хитро улыбнулся, подался ко мне и заговорщицким тоном прошептал: — Знаете, добрый господин, раз вы так интересуетесь этой темой, могу вам кое-что предложить. Конечно, не Изумрудное яйцо, но бирюзовое. Всего тридцать золотых. Показать?
Походу, мужик принимает меня за местного олигарха.
— Ну давай, посмотрим.
Мениолец наклонился и, шаря в одном из ящиков, продолжил говорить:
— Не думайте, что я хочу вас обмануть. Бирюзовые яйца собирают в гнездах на самых вершинах скалистых уступов. Очень непростая работа. В наших землях они, конечно, стоят меньше, но здесь вы их дешевле пятидесяти не найдете, так что не прогадаете.
Рубашка Брадиса задралась. Толстый кошель с вышитой на нем белой птицей и кинжал как будто просились ко мне в мешок. Я придвинулся к торговцу, словно хотел лучше расслышать, а рука сама потянулась к его поясу.
Кража удалась
Есть! Теперь кинжал...
Кража не удалась
— Ах ты мошенник! Еще благородным вырядился! — завопил торговец и, схватив меня за запястье, вывернул его. — Стража! Стража! Держи вора!
Успев сунуть кошель за пазуху, я дернулся, но вырваться из цепкой хватки Брадиса было непросто. И тут, как назло, появился стражник. Огромный, шире меня в плечах раза в два, в металлической броне. Из-под шлема торчал мясистый нос, топорщились пышные усы, над головой блестела надпись:
Селтербейер, стражник
— Что за шум? — пробасил он.
— Вора поймал, господин капитан! Вы только посмотрите, что творится, справедливейший страж закона! Этот негодяй хотел у меня, честного купца, кинжал стянуть! — затарахтел мениолец.
— Так... Разберемся, — страж внимательно посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Брадиса и поморщился. Да, не любят здесь представителей других рас. — Хм... Разрешение на торговлю имеется?
— А как же, — тот вытащил из ящика помятый свиток и развернул его. — Вот, соглашение с гильдией торговцев Велентвея, все по закону. По нему ваш король обязуется защищать нас.
— Понятно, — Селтербейер повернулся ко мне. — А ты что скажешь?
— Скажу, что нефига мне какое-то дурацкое яйцо впаривать, — раздраженно бросил я и отвернулся.
— Та-ак... Какое еще яйцо?
— Обыкновенное, бирюзовое. Между прочим, тридцать золотых просил, при том, что у меня ни медяка нет.
Стражник сдвинул брови и грозно посмотрел на мениольца.
— Это правда?
И без того бледное лицо торговца стало совсем белым, глаза виновато забегали.
— Ну... Дело в том... Я просто...
— Интересная у вас компания. Один обворовать норовит, другой обмануть... Тебе неизвестно, чужеземец, что боги запрещают продавать или дарить основной ресурс другой расе? Что он быстро превратиться в пыль?
— Известно, честнейший господин. Дух болотной скверны
