наприглашали– на балу с вашими невестами скачут.
Насчёт этого хода, кстати, снимаю шляпу. Очень умный шаг. Я думаю, завтра треть невест с испытаний снимется. Вниз гляньте, там у же штук десять парочек через кусты прогуляло. Чего же вы туда не бежите разгонять? Чего вы ко мне глазами прилепились.
– Потому что ты под носом у меня живете. А там я типа не замечаю – буркнул он, кивая на парк свиданий внизу.
– Таки вы отвернитесь. У вас что окон мало – возмутилась я.—давайте с вами мирно сосуществовать будем.
– Не могу, когда дракон под окнами ревёт. А то, что ваши ухажёры сами притащились–лукавите, невеста моя неразборчивая,видел я как вы с ними перемигивались.
– У меня с местными сугубо деловые отношения. Не мешайте девушке из бедного Королевства денежку на приданое зарабатывать – огрызнулась я.
Ну нет, вон там внизу уже и чмоканья начались.
– У вас сейчас с отбора все разбегутся, останусь в невестах, одна я несчастная, и то по причине ноги повреждённой.
– Хотите, я и вас тоже на руках за ворота вынесу?
– Не хочу. Меня и тут пока неплохо кормят.
– Это я уже заметил. А как изволите деньги с этими тремя зарабатывать – позвольте поинтересоваться? Сочетается ли это с королевской честью— это раз? Второе, у вас там в Горном королевстве совсем всё плохо? Я слышал, что вы богатые.
Видя, что разговор затягивается, а я устала с поднятой головой стоять, а также чтобы выстроить в голове линию вранья, развернула кресло и уселась:
– Не, неплохо. Но папенька суровый у меня. Вручил сундук камней, урны с предками и отправил меня к вам со словами, что я верю в тебя. Замуж не замуж, но приданное сама себе обеспечивай.
– И как?
Я типа застенчиво протянула:
– Много немного, а сто золотых уже заработала.
– О как. И каким образом?
– Да я этим бабникам невесту их отыскиваю.
– А вот с этого места поподробнее. Я уже голову себе сломал.
Ну рассказала я ему, что эти трое невесту случайно затесавшуюся на отбор ищут. А я им в этом деле помогаю. Естественно, про то, что ведьму они ищут, то бишь меня, молчу.
– Всё понимаю, но какого рожна, они у вас, то есть у нас под окнами серенады распевают?
– Ой, да не знаю я.— вздохнула – вначале все трое пели, как, впрочем, и вы, что брюнеток пышных да высоких любят, а то тут вектор взглядов у них резко поменялся. Ко мне пристали. Видимо, хотят и жену, и охранницу две в одной поиметь. Вы меня только, уважаемый жених, не гоните за это с отбора сразу, дайте копеечку заработать. Мне бы до конца продержатся.
– Хитро эта троица придумала.—и так задумчиво меня взглядом окинула–я на эту сторону не думал совсем. А по поводу невыгоняния вашего, так и быть оставлю за сведения, что вы им передаёте и за процент. Пятьдесят процентов меня устроят.
Нет, вы слышали.
У меня от такой меркантильности аж дух захватило.
– Послушайте, жених мой многоуважаемый, а ничего, что я тут всю работу делаю. Пять.
– А ничего, что вы у меня живете бесплатно, так ещё на полном довольствии числитесь. Сорок.
– Довольствии? Меня сегодня вечером даже не покормили. Десять.
– А перед этим? Я видел, как вы все в пределах метра на столе подъедали. А насчёт сейчас – могу сухарики спустить на верёвочке и сливки в бутылке, для кота моего приготовленные. Тридцать пять.
На это из комнаты раздался истошный мяукательный протест Васьки. Рядом с Аллагором высунулась недовольная морда моего фамильяра.
– А давайте – злорадно я глянула на отъевшуюся ряху кота.—пятнадцать.
Глава 24
Сошлись на двадцати пяти, но после отбора.
– Вот не пойму я вас, жених мой, денежку скрупулёзно собирающий, вроде дом у вас полная чаша, чего вы к моим доходам прицепились.
– Ну не моим, а нашим. А по поводу собирающего деньги – должна же быть у меня хоть какая-то моральная компенсация за всю эту хирабору. Месяц, а то и более этого ада.
Тут, видимо, к нему постучали:
– Маг Аллагор, вас потеряли на балу.
Я проворчала:
– Ад ему другие устраивают, а компенсацию должна, видите ли, я ему оплачивать.
– Я всё слышу— донеслось из открытого окна.
– Идите уж, слухастый вы наш, там невест уже поди не осталось на балу, все по кустам с кавалерами разошлись. Вот смешно будет, что я одна останусь на отборе вашем, как дура завтра с утра, с ногой своей подвёрнутой. Так как убежать вовремя не смогла.
В окно выглянули и окинули меня гневным взглядом:
– Я вас тогда тишком вытолкаю.
– Тогда денег не получите – огрызнулась я – вам за полный пансион оплачевается. А не за сухарики с полубутылкой сливок.
– Ну вы ненасытная.—хотел вступить в перепалку маг, но в дверь замолотили.
Аллогор исчез, а я задумалась о будущем. Хошь не хошь, а план нужен. Понимаю было раньше не до того, бежала куда глаза глядят. А сейчас надо подумать. Есть хороший вариант. Это если я продержусь здесь до последнего дня. Счастливая получу отворот- поворот и с наеденной и накопленной силой улетаю в горизонт на метле, с разжиревшим Васькой, отстреливаясь фаерболами от женихов.
Здесь придётся на бреющем полёте только идти, ибо фамильяр уже мейн-куна породистого перерос.
В этом варианте надо сразу подумать, где и как я буду жить. Даже если я смогу избушку преобразовать в хоромы – в лесу жить мне будет скучно, хочу в городе, в домике с садиком.
А вот второй вариант развития событий с ранним вылетом из отбора навевал на меня печаль, и мне не хотелось совсем об этом думать, но и забывать о нем не стоило.
Я без нормально подращённой силы выставлена за порог. Честно, в этом случае— всё плохо. Поэтому руками и ногами держимся за первый вариант.
Есть захотелось опять.
– Вась, а Вась – закричала я, задрав голову–у тебя там сливок не осталось?
Сверху донеслось укоризненное сопение. Обиделся опять. Вот чувствую, разбалует моего кота Аллогор. К хорошему быстро привыкаешь. Не хочешь отвечать — ну и не надо. Пока бал идёт, пойду огородами до библиотеки сбегаю. Гранит знаний пожую, так как с другой едой здесь всё грустно.
По
