Значит ли, что в основе всего этого лежит нечто вроде равновесия между физической чистотой и чистотой моральной?
Очень даже может быть. Но есть другое объяснение, имеющее скорее обобщающий характер и основанное на психологически благотворном влиянии туалета в целом и мытья рук в частности. Мы только что видели, что, вымыв руки, вы определенным образом освобождаетесь от груза ваших прошлых ошибок. И даже более того: возможно, что мытье рук снимает груз всех наших поступков, а не только наших предосудительных действий. Авторы недавнего исследования, появившегося, как и многие другие, в журнале «Science», постарались дать ответ на этот довольно щекотливый вопрос.
Возникает вопрос: а как же они это сделали?
У нас нет возможности входить во все детали этого исследования, поэтому я постараюсь дать его описание в общих чертах. Суть его состоит в следующем: исследователи заставили поверить покупателей, будто они являются участниками эксперимента, чтобы помочь производителю выбрать из четырех банок с различными видами конфитюра самый вкусный вариант. После этого они приняли участие во втором эксперименте, также явившемся симуляцией, чтобы оценить гигиенические салфетки для рук. Половина покупателей должна была составить свое мнение, исходя только из внешнему вида упаковки, другая же половина имела право ими воспользоваться, то есть протереть ими руки. На последнем этапе участникам эксперимента снова представили банки с конфитюром и попросили их поставить эти банки в ряд по мере убывания от более вкусного к менее вкусному экземпляру.
Итак, резюмируя вышесказанное, повторим: покупатели классифицируют банки с конфитюром, потом либо вытирают руки салфетками, либо нет, а затем они снова приступают к выбору этого продукта. А к какому же выводу пришли исследователи?
Во всех нас прослеживается тенденция жить в согласии с собой, придерживаться прошлого выбора и говорить себе: «Если в прошлый раз я решил, что конфитюр в красной банке с зеленой крышкой мне нравится больше, то и сейчас я не собираюсь менять свое мнение, и у меня нет оснований отдать предпочтение другой банке конфитюра». Именно это и произошло с покупателями, которые между двумя этапами эксперимента не протерли салфетками руки. Их выбор во второй раз был идентичен первому. Зато те испытуемые, которые воспользовались дезинфицирующими салфетками, предоставили себе больше свободы выбора и чаще меняли свои предпочтения.
Так в чем же заключается главная идея всех этих экспериментов?
Обычный ежедневный туалет создает дистанцию между наши прошлыми поступками и освобождает нас (в некоторой степени) от необходимости оправдываться за них и отдавать себе в них отчет. Мы просто умываем руки в прямом и переносном смысле этого слова (рисунок 20)!
Рис. 20. Самое знаменитое в западной культуре омовение рук («Понтий Пилат», гравюра Альбрехта Дюрера)
Часть IV. Истории о том, как мы видим
1. Уткозаяц и невидимый далматинец
Поговорив о таких серьезные предметах, как правосудие, добро и зло, теперь мы постараемся проникнуть с вами в мир иллюзий и тайны.
Мы не только рассмотрим несколько старых и всем известных оптических иллюзий, но и попробуем понять нечто очень важное о том, что касается функционирования нашего мозга. При этом постараемся ответить на главный вопрос: «видеть что-либо», например ручку, лежащую перед нами, что это означает? Как протекает процесс «видения»? Ответ заключается в том, что «видеть» – это значит представлять, то есть воспроизводить у себя в мозгу образ ручки. Сформировать в собственной голове образ ручки для нас не представляет никакой сложности, поскольку она лежит перед нашими глазами, стоит всего лишь вызвать из памяти или из нашего воображения ее образ.
Стало быть, нет никакой разницы между тем, как мы видим ручку, и тем, как мы ее представляем?
Да, это приблизительно одно и то же. Когда видят что-либо, всегда происходит некое сочетание или комбинация того, что воображают, что ожидают увидеть, и информации, которую воспринимает наше зрение и которая поступает из внешнего мира.
«Все это довольно туманно», – скажете вы. В таком случае, обратимся к конкретному примеру.
Смысл функционирования нашей зрительной системы, от глаз до мозга, заключается в том, чтобы дать нам представление о внешнем мире. Речь идет о том, чтобы понимать, какие предметы нас окружают (стол, облако, собака и тому подобное), где они находятся по отношению к нам (далеко, близко, направо или налево). И чтобы реализовать эту задачу, наш мозг использует любую находящуюся в свободном доступе информацию, извлеченную одновременно из того нового, которое мы узнаем с помощью глаз, и из того, что нам уже известно об устройстве мира. Таким образом, мы выстраиваем некие собственные представления о том, что в окружающем нас мире лежит в основе светового потока, воспринимаемого нашими глазами. Например, когда я вижу эту ручку, это означает, что мой мозг говорит мне: «Я ручаюсь, что все эти световые лучи, которые проникают в мои глаза, идут от черной ручки».
Вы хотите усложнить наш пример и спрашиваете, на чем основывается мое убеждение, что этот объект является именно черной ручкой?
Вы смеетесь надо мной?! В основе моего утверждения лежат два разных аргумента.
Во-первых, я заранее обо всем знал. Еще до того, как я положил ручку на стол, я сунул руку в карман и, что-то там нащупав, сказал себе: «Кажется, это черная ручка, которую я сегодня утром случайно утащил из больницы». Потом я бросил на нее беглый взгляд, и первое, что я увидел, это черный колпачок. И этого было вполне достаточно, чтобы подтвердить мои догадки. Главная идея очень проста: то, что мы видим, представляет собой некую комбинацию образа, который мы ожидаем увидеть, с той информацией, которую мы воспринимаем глазами и которая дает нам возможность подтвердить или как-то изменить и дополнить априори сформированную картинку.
Какова же роль этого априорного представления, как оно влияет на то, что мы собираемся увидеть? Не проще ли было бы верить тому, о чем нам говорят наши глаза, и не принимать собственные желания за реальность?
Оптические иллюзии помогут нам ответить на этот важный вопрос. Короче говоря, иллюзии демонстрируют, что то, что мы видим, в большой степени подвержено влиянию разных априорных представлений. Они также показывают, что эти априорные представления имеют право на существование, что они глубоко укоренились в нас и имеют большое значение.
Как я уже говорил, видеть и представлять – это почти одно и то же. У меня открыты глаза, и я вас вижу. Теперь я закрываю глаза, но я по-прежнему вас вижу. Разумеется, в воображении, но в этом нет большой разницы. В обоих случаях мой мозг формирует образ того, кто находится передо мной. И природа формирования этого образа одна и та же, вне зависимости от того, возникла ли она в моей памяти или в воображении или основана на том, что сейчас находится у меня перед глазами. И я буду настаивать на том, что все, что мы видим, на самом деле является сложным и запутанным сочетанием того, что мы ожидаем увидеть, то есть наших представлений, с тем, что действительно находится перед нашими глазами.
Разберемся во всем этом на конкретном примере.
Предупреждаю, что сейчас вы увидите голову зайца с ушами, повернутыми в левую сторону. А теперь посмотрите на иллюстрацию (рисунок 21), и вы убедитесь, что перед вами действительно заяц, о чем я вам только что объявил. Короче говоря, вы видите зайца. Хотя эта картинка представляет собой некую двусмысленность. Если теперь я скажу вам, что вместо первоначально заявленного зайца вы увидите на ней утку с клювом, смотрящим влево, вы увидите утку, а не зайца. Иначе говоря, вы видите то, что находится у вас перед глазами, хотя эти образы интерпретируются вашим мозгом в зависимости от того, что вы ожидаете увидеть или представляете, что увидите.
Рис. 21. Заяц или утка? Эта двусмысленная картинка была придумана психологом Джозефом Ястроу в 1899 году
Вы мне возразите, что, даже если вас бы не предупредили заранее, вы бы все равно распознали без труда утку или зайца и что наше ожидание в каком-то смысле ориентирует наше восприятие в том или ином направлении, хотя роль этого ожидания в расшифровке изображения не столь уж велика. И я с вами полностью согласен. Но даже если бы вас не предупредили заранее, то у вас бы все равно возникло бы имплицитное (то есть довольное смутное) априорное представление типа: «Вижу рисунок, на котором изображено что-то, что точно существует». И это представление поможет вам идентифицировать животное. Хотя если присмотреться повнимательнее, то увидишь, что рисунок весьма приблизителен и не похож на настоящих утку или зайца. Короче говоря, вы увидели то, что априори знаете (утку или зайца) и что оказалось в той или иной степени совместимо с информацией, воспринятой глазами. Таким образом, перед нами снова имеется сочетание априорных знаний с информацией поступившей извне. В оптической иллюзии «уткозаяц» подсказка, которую я вам дал предварительно (сообщив, что это либо заяц, либо утка), ориентирует ваше восприятие в том или ином направлении.
