пошел на убыль. Нам бы еще вечер переждать и ночь выстоять, а к завтрашнему дню буду в порядке, без лишних эмоций, без лишних мыслей, без лишних чувств.
– Ну что, мои верные мушкетёры? Под нас копают, подставу с иском устроили, происшествие на дороге организовали… мы кому-то серьезному на больной мозоль, часом, не наступали? – Саныч смотрел на нас очень внимательно, ожидая ответа на свой вопрос.
– На меня не смотри, я действую строго с твоего одобрения. – Олег скривился, закусывая лимоном, но ответил честно. Саныч перевел взгляд на меня.
– У нас все спокойно было, если не считать разорванного контракта с Климентьевым, но не думаю, что из-за этого такая канитель закрутиться могла.
– Тут ты немножко не права: если б мне такую сумму в неустойку поставили, жаба бы задушила, точно.
– О какой сумме речь? – Олег уминал овощной салат и бутерброды, Саныч предпочел пока с едой обождать и обсудить дела, поэтому закашлялся именно голодный троглодит.
– Было семь миллионов, теперь речь будем вести о четырнадцати.
– Сколько? – Саныч Олегу по спине постучал так, что тот к столу пригнулся, – Спасибо, но ты больше так не стучи, мне хребет еще пригодится. Почему такая сумма огромная, я б на его месте удавился.
– Мы со Степаном проверили, у него не прошла платежка за последние два месяца, плюс отступные,– вышла хорошая сумма, а теперь иск,– судебные издержки увеличивают сумму вдвое.
– Ты говоришь так, будто уверена, что мы выиграем.
– У нас все строго по контракту, все живы-здоровы, не только его люди, но и его гости. Пострадала только пара машин, обошлись без жертв, что как раз и прописано черным по белому в нашем договоре. А он решил не просто не платить, а совсем не платить.
– Ну положим, зарплаты всем мы покроем, но да, его платежи дают нам многое, -у нас на носу учебный выезд на месяц: надо все закупать, плюс бронь полигона, и домики оплатить.
– За месяц управимся, но мне не нравится эта ситуация, Саныч. Как бы другие не начали такие же фортеля показывать.
– Не начнут, не беспокойся. Климентьев не дурак, никаких его секретов мы не храним и не страхуем, а вот у остальных…да ты и сама знаешь: кому охота чтоб старые грешки стали достоянием общественности?
– Все равно, надо подстраховаться, на всякий пожарный случай.
– Хочешь, страхуйся. Только улаживать это дело будешь сама, Олега с собой возьмешь, Степан пусть судом занимается.
– Как скажешь, товарищ начальник!
– А меня спросить? Или я тут для мебели? – Олег возмущенно сопел и выглядел при этом ну очень смешно, так что мы захохотали, на него глядя, – Эх, ладно! Я парень простой, что скажете то и сделаю.
– Твоя задача, Олежа, будет нашу красавицу пару дней сопровождать, раз у нас такие дела завертелись. Подстрахуешь.
– Думаешь, захотят приструнить?
– Олег, четырнадцать лямов плюс поддержка нашей администрации и Климентьеву не отвертеться ни от выплат, ни от ответственности, а если все правильно разыграть, так наши власть имущие и сами кое-что получат от прикрывания наших спин, конечно что-то да повторится.
– Надо к Кириллу людей приставить, незаметно, но обязательно. – Олег согласно кивнул, Саныч тоже был не против.
Пора прикрыть все тылы, раз появились недовольные и очень жадные личности. У Саныча жена и дочка с внуком и так под присмотром и не только его,– Маришка женщина умная, о своей семье и защите позаботилась давно; у Тани есть только Кирилл, да Дима, -обоих будут охранять; у Олега вроде никого, если не считать сбежавшей женщины-загадки, но раз ее даже Олег найти не может, то другим и подавно не удастся, а за месяц всё утрясётся. А потом, со спокойной совестью, можно уехать в отпуск.
Остальных сотрудников предупредили, что входим в осадное положение, чтоб были осторожными и следили не столько за своей безопасностью, сколько за тем, что и кому могут сказать.
Мы просидели на кухне еще добрых три часа, обсуждая планы, и принимая решения. Пару раз к нам наведывался Кирилл, но видя, что гости уходить не торопятся, разобрал в гостиной диван и еще достал раскладушку с балкона. Предусмотрительный какой.
Ближе к десяти все разошлись по койкам, довольные друг другом, вечером и тем, что нашли выход из щекотливой ситуации.
Вечер переждали, теперь бы еще ночь выстоять!
ГЛАВА 6
– Он не слишком радуется незваным гостям, Дмитрий Сергеевич.
Они с Олегом стояли возле подъезда элитного многоквартирного дома, Дима чисто с профессиональной точки зрения, был под впечатлением. Не Москва конечно, но такой проект не строят, если нет спроса на жилье класса люкс. А тут все было по высшему разряду: подземный паркинг, серьезная охрана на въезде, удобный внутренний двор, пара магазинов, фитнес-клуб и сам дом с прекрасной планировкой, высокими потолками и роскошным ремонтом. На въезде их, кстати, пропустили только потому, что Дима приехал с Олегом, а тот гость частый, как и Таня видимо, и в сам подъезд их пустили по той же причине.
– Меня он давно ждёт, я уверен.
– И все-таки, надо было позвонить. – суровый, на вид, начальник его здешней охраны, смотрел на него с легкой насмешкой.
– Ты, Олег, не бойся, выбирать кого спасать тебе не придется.
– А кто сказал, что я собирался выбирать? – опять насмешливо уточнил тот.
Уточнить, что именно этим хотел сказать Олег, Дима не успел, лифт остановился на нужном этаже. И Саныч, в непривычной простой одежде, а не в костюме за штуку баксов, ждал возле открытой двери.
– Чего застыл? Или, думаешь, я тебя уговаривать зайти должен? – Дима зашел в просторную прихожую, а Олег остался в парадной, – Ты, Олежа, лучше в машине посиди.
– Как прикажет начальство. Вы там его только сильно не бейте, а то Татьяна Юрьевна и так, в последнее время, злая ходит.
– Мне тебя с лестницы спустить для разнообразия, что ли?
– Да все, все, ухожу.
– Ну-с, гость дорогой, – Саныч окинул его внимательным взглядом, – Зачем пожаловал?
– Поговорить.
– Поговорить? – и стало ясно, что узнать что-то, пока ему не промоют мозги, не удастся, – Не поздно то, говорить? Я тебе, когда еще предлагал «поговорить»? Ты отказался.
– Дурак был.
– А сейчас нет?
– И сейчас дурак, только без Тани жить не могу. И не хочу.
Мы прошли на кухню, очень просторную, не захламленную бытовой техникой, -все просто, но со вкусом и без изысков. Столешница из песочного мрамора, хромированная техника, полки, шкафчики и пол -все тоже в одной цветовой гамме песочных оттенков. Присел у барной стойки, Саныч занялся кофе,
