стоял человек в желтом жилете. В руках у того был обшарпанный планшет, где он что-то просматривал.
Некоторые из людей, подходили к нему с обрывками бумажек, кто-то предлагал еду, кто-то пытался подкупить сигаретами. Кто-то просто умолял. Но того не тронешь, ему приказано проверять всех.
Дальше, за ним, узкий проход. Справа проходил слабый ручеек воды, идущий до ливневок. Слева располагался технический отсек, точнее он там был раньше, а сейчас это подобие лазарета. Через тканевую занавеску просачивался слабый свет, а изнутри слышались стоны, да глухие переговоры врачей.
— Эй, ты куда? — окликнул охранник на посту, молодой паренёк в бронежилете, который явно ему был велик.
— Артем. Я с третьей смены. Меня наш командир отпустил, с допуском. — он махнул рукой, показывая жетон.
— А, свои… Иди, только смотри по сторонам, тут сегодня у нас неспокойно. Кто-то воровать повадился… — парень кивнул, потёр нос, и снова уставился в проход, ожидая, что ему оттуда кто-то даст печеньку.
Артем пошёл дальше. Каждый шаг отзывался в ногах усталостью, и шумами от недосыпа. Его сильно тревожило состояние отца. Вчера у него снова подскочила температура.
Он сделал ещё несколько шагов, и свернул в боковой коридор, минуя тихую зону, где лежали самые тяжёлые больные. Здесь почти никто не разговаривал. Только редкие вздохи и шаги. В этом полумраке лица сливались с тенями. Всё казалось сном. Но стоило услышать чей-то кашель, как реальность возвращалась с новой силой.
У прохода к отцу, Артем увидел мать. Она сидела на сложенных ящиках, обмотанных верёвкой, и что-то перебирала в руках. Ему казалось, что её волосы стали чуть более серебренными, чем были пару недель назад.
— Как папа? — тихо спросил Артем.
— Спит. Доктор недавно приходил, дали жаропонижающее. Сказали, это последнее из того, что пока у них есть. — голос матери был ровный, но в нём пряталась тяжесть.
Артем кивнул. Всё понятно, как всегда, у них не бывает без сложностей.
Он опустился рядом, на корточки. Обхватил руки матери, и просто заглянул ей в глаза, силясь передать всю поддержку, которую только мог. Он знал, что мать прекрасно его чувствует. И знал, что она его поймет.
Однако, этому не суждено было длиться долго.
У кого-то за спиной затрещала рация, будто хрустнула перегретая пластмасса, и тут же раздался резкий голос:
— Внимание! Первый уровень тревоги! Всем охранным постам приготовиться! Повторяю, уровень первый, возможный прорыв со стороны тоннеля номер три!
По туннелю мгновенно пробежала дрожь, казалось, что сама станция, натянутая как струна, зазвенела. Всё вокруг оживало с пугающей скоростью: кто-то вскочил, опрокинув пластиковое ведро, закричал ребёнок, загремели железные поддоны.
Мать резко подняла голову, а её глаза тревожно расширились:
— Артём… это рядом?
— Не знаю. — он уже поднялся на ноги, плечи автоматически расправились. — Но скоро узнаю.
За занавеской послышался глухой кашель. Отец. Он не проснулся, но это был тот самый тяжелый, сиплый звук, который Артем уже научился бояться.
— Посиди с ним. Я быстро. — Артем наклонился, коротко коснулся ладонью теплого плеча матери.
Она кивнула, не произнося ни слова. Просто провела по его руке дрожащими пальцами.
Парень уже выскочил в проход. Люди рядом были на взводе. Некоторые из них метались, одни собирали вещи, а кто-то просто стоял в ступоре, держа детей за руки, не зная, бежать им или ждать команды.
— Ты, стоять! — окликнул сержант на посту, видя его бегущим. — Где жетон?
— Третий пост! Артём, смена номер два! — выкрикнул он на бегу, цепляя на грудь знак доступа.
— Проходи! Снаряжение получишь в оружейке!
Артем кивнул тому на бегу, и не обернувшись помчался дальше. Внутри всё уже переворачивалось, адреналин скребся под кожей. Прорыв. Настоящий или ложный, это было неважно. Каждый из них был страшен по-своему.
Он прорывался сквозь людей, что пытались идти в обратном направлении, подальше от тоннеля номер три. Поток был плотный, толчки, крики, кто-то наступил ему на ногу, кто-то ткнул локтем.
Слева мелькнули уже знакомые лица. Некоторые из них жили в соседнем с ними блоке, а одна из девчушек работала с Алисой на местном подобие «фермы».
— Уйдите с прохода! — рявкнул он, раздвигая плечами толпу. — Охрана! Пост номер три!
Такой голос действовал. Люди инстинктивно прижимались к стенам, кто-то освободил проход, кто-то начал кричать другим: «Пустите его».
Все были в движении. Когда он добежал до пункта выдачи, оружие уже раздавали по тревоге. Всё строго по списку. Карабины, бронежилеты. Выдача шла быстро и без единого слова.
— Артём? — окликнул его командир отделения, шагая навстречу, и удерживая в руках винтовку. — Отлично. Вот, держи. Твоя. Пятнадцать патронов, больше не дадим.
— Что известно? — Артём застёгивал разгрузку, и перекинул винтовку через плечо.
— Пока только движение в тоннеле. Разведчики засекли. — командир говорил быстро, по-командному чётко.
— Главное не геройствовать. Стоим на обороне, как учили. Докладываем всё по радиоканалу, раций у нас пара штук будет. Понял?
— Понял. — Артём щёлкнул затвором. — Где наша позиция?
— Шестой отсек. Сектор «Б». За бетонной перегородкой. И держись ближе к Вадиму, он сегодня твоя пара. Не лезьте на рожон. Мало ли что там будет…
Запах сырости в этом направлении был особенно сильным. Скорее всего, где-то в глубине тоннеля был прорыв грунтовых вод. По ощущению присутствующих, он проникал глубоко в кожу и кости.
Пол под ногами был покрыт чем-то вязким и скользким, из ближайших щелей проступала плесень, перемешанная с чем-то подгнивающим. Свет тусклых прожекторов колыхался от каждого движения.
Артем и Вадим заняли позицию за укреплением. Куском какого-то бетона, и грубо сваренной балкой поверх него. Эта конструкция не сильно внушала доверие, потому что от каждого шороха она издавала скрипящие звуки.
— Рации включены? — Артем проверил частоту, цепляясь пальцами в приемник.
— Шестой сектор на связи, Вадим и Артём на позиции. Видимость очень плохая. Пока все спокойно, ждём дальнейших указаний. — Вадим говорил глухо, будто уже отчасти свыкся с тем, что может поджидать в темноте.
Тоннель впереди был узким, по сравнению с другими ходами. Он утопал в тени, а свет фонарей прожектора, падающий на пар от дыхания, казался плотной дымкой. Они молча сидели.
Шестеро людей. Каждый как пружина, натянутая до предела.
Никто так и не понял, когда все завертелось, и перевернулось с ног на голову.
Но в один момент звуки исчезли, и наступила тишина, как будто весь воздух испарился.
Затем раздался скрежет. Противный, как если бы кто-то проводил когтями по стеклу. После другой, совсем рядом. А следом за ними ещё с десяток.
Где-то впереди стало заметно движение и колыхание теней.
— Готовность первая. Готовность первая… — прошептал кто-то по рации.
