поцеловал меня однажды, но я не думаю, что он относился ко мне серьезно. Я была просто младшей сестрой Фредди. Но когда мы услышали, что он погиб, мне было очень тяжело.
— Проклятая глупая война. Я видел, как мои товарищи умирали в Галлиполи. Я выжил только потому, что кто-то упал прямо на меня. Меня залило его кровью.
Она коснулась его руки.
— Мне жаль.
— А мне — нет. Точнее, мне жаль того парня. Но я-то жив.
Он снова замолчал, и Эмили стало неловко. Робби хотел знать, просил ли Себастьян его дождаться. Может быть, и Робби в Австралии ждет какая-то девушка. Может быть, с Эмили он просто развлекается, пока находится далеко от дома. Но, посмотрев на него, она почувствовала, что это не так, наверняка он относится к ней серьезно. Может быть, поэтому он так тревожился. Может, он не понимал, которую из девушек любит по-настоящему, или пытался найти способ сказать, что после этого дня все будет кончено.
Когда они поднялись вверх по течению, река стала уже. Они проехали под огромным железнодорожным мостом.
— Мост короля Альберта. — Эмили попыталась переключиться на менее опасную тему. — Мы учили про него в школе. Его построил Брюнель.
— Действительно впечатляет, — кивнул он.
Наконец они добрались до паба, о котором говорил доктор. Поросший лесом склон круто спускался к самой реке, а единственное здание в округе стояло у воды. Рядом был устроен причал, а вывеска гласила «Три колокола». Стены были белые, на маленькой лужайке стояли столы и играл с собакой ребенок. По дороге ехал автомобиль, а за одним из столов сидели люди. Робби заглушил мотор, и они подошли к причалу. Он выбрался первым и привязал лодку.
Когда он протянул ей руку, чтобы помочь сойти на берег, Эмили подумала, что ему все дается легко. Она восхищалась изяществом его движений. Раны зажили, и он готов был вернуться на свой аэроплан. Она отогнала эту мысль. Сегодня ей не стоило об этом помнить. Сегодня они просто хорошо проводили время, как будто война осталась далеко позади. Они сели на скамейку, стоящую у стены.
— Что мы закажем? — спросил Робби.
— Корнуолльские пирожки. Они очень вкусные, а мы сейчас в Корнуолле.
Робби покачал головой:
— Удивительно, как быстро можно перебраться из одного графства в другое. В Австралии пришлось бы ехать целый день. Ладно, пирожки. И к ним пива?
Эмили замялась:
— Я никогда не пила пиво. Разве что пробовала из стакана отца. Мне не нравится вкус.
— Может быть, попробуете сидр. Тогда и я тоже его выпью. Я не пил пива с тех пор, как оказался в госпитале. Оно может ударить мне в голову.
Он вышел с подносом, на котором лежали пирожки и стояли две большие стеклянные кружки.
— Не слишком ли много? — осторожно спросила Эмили.
— Сегодня жарко. Мы оба хотим пить. — Он поставил сидр перед ней.
Они с удовольствием попробовали пирожки. Корочка была рассыпчатая и хрустящая, а внутри оказались теплые овощи с мясом. Сидр был сладким, шипучим и пился очень легко.
— Спать хочется, — сказала Эмили, когда они грелись на солнце после еды.
— И мне. Сидр оказался довольно крепким. Давайте вернемся на лодку и поищем тихий уголок на природе, где можно будет вздремнуть.
Они отошли от причала и пошли вверх по течению. Река там разделялась на несколько рукавов, и они выбрали самый гостеприимный на вид. Деревья спускались к реке, а никаких следов людей рядом не было.
— Давайте здесь, — сказал он. — Не стоит подходить слишком близко к берегу, чтобы не запутаться в корнях. — Он бросил якорь.
Эмили спустилась в темную каюту, двигаясь немного неуверенно, — от сидра она опьянела. Она отцепила от волос шляпку и бросилась на койку. Робби лег рядом. Такая близость напугала ее. Наконец он сказал:
— Эмили. Вы чудесная девушка, но я не могу предложить вам выйти за меня замуж. Я не хочу увозить вас от всего этого. Я не могу с вами так поступить. И не стану.
— Но вы даже не спрашивали, — возразила она. — Я же могу согласиться.
— Но вы не знаете, на что соглашаетесь. При первой встрече я сказал вам, что на моей родине женщине не место. Особенно женщине, которая привыкла к такому. Нет. Я не стану этого делать. У нас останется память об этом дне… — Он наклонился и нежно поцеловал ее. — Но вы самая прекрасная девушка, которую я встречал в жизни, и я вас люблю.
— Я вас тоже люблю, — ответила она.
Ей хотелось закричать: «Не дури! Сделай мне предложение!» — но она не могла до такого опуститься. Голосок в голове шептал, что он вовсе не хочет на ней жениться и просто придумывает оправдания.
Он обнял ее. Она слушала его дыхание и скоро поняла, что он заснул. Она закрыла глаза и тоже провалилась в сон.
ГЛАВА XIII
Эмили разбудил страшный грохот. Она не представляла, в чем дело. Попытавшись сесть, она ударилась головой о потолок и вскрикнула от боли. Робби что-то прошептал во сне, но не проснулся. Грохот раздался снова. Она слезла с койки и пересекла каюту. Это было непросто, потому что палубу перекосило под большим углом. Выбравшись наружу, Эмили поняла, что произошло. Пока они спали, вода ушла, и лодка лежала на боку в почти сухом русле. Небо затянули темные облака, а поодаль гремел гром.
— Робби! — крикнула она, сбегая вниз по ступенькам. — Просыпайтесь! Мы застряли!
Он тоже ударился головой, пытаясь сесть, и выругался. Потом увидел Эмили и извинился.
— Простите меня. Я забыл, где я. Господи, как голова болит. Сидр, наверное, был слишком крепким. — Тут он увидел ее лицо. — Что случилось?
— Посмотрите сами! — Она указала ему на крошечную палубу.
— Черт! — крикнул он, — очень странно! Я не думал, что так высоко на реке бывает отлив.
— И что мы будем делать?
— А тут ничего не поделаешь. Придется ждать, пока не придет прилив и не освободит
