ГЛАВА 6 (2)
Первая пара начиналась в восемь, но когда я вышла на улицу, уже вовсю светило солнце. Погода стояла отличная, было по-летнему тепло и безветренно, чего не скажешь о моем настроении: внутри бушевал ураган.
Мысль о том, что «Асоль» не просто закроют, а закроют из-за Банникова (который и без того мне всю жизнь испортил), приводила меня в ярость. Поэтому когда по дороге мне на глаза попался баннер с рекламой «BUNNY SCHOOL» и изображенным на нем радостным розовым кроликом, я вспомнила, что уже давно видела эти рекламные баннеры, просто раньше совсем не обращала на них внимания. Теперь же я не сдержалась и показала кролику неприличный жест. Однако того, кажется, это нисколько не огорчило, а, напротив, развеселило еще больше. Чего не скажешь обо мне.
Дорога от дома до универа занимала всего двадцать минут, но в этот раз я задержалась, потому что из-за нервов постоянно теребила бегунок на застежке рюкзака, нечаянно его сорвала и присела на лавку, чтобы починить.
Потом ускорилась и быстро дошла до факультета.
Там, у самого входа, я застала «дивную» картину: Сергей Сапковский, веселый и загорелый, рассказывая что-то своим друзьям, размахивал правой рукой, а левой при этом обнимал Завьялову.
Из постов в соцсетях (я была подписана на Сапковского с фейкового аккаунта) я, конечно, знала, что сладкая парочка недавно вернулась с моря.
И если еще десять минут назад я считала, что настроению падать дальше некуда, то теперь поняла, что ошибалась. Завьялова выглядела шикарно: брендовые туфли на шпильке, каштановые волосы уложены волосок к волоску, светлое, цвета слоновой кости, шифоновое платье с кружевными вставками удачно оттеняло идеально загорелую кожу.
Да она вырядилась как на свадьбу! А я будто заново перенеслась на выпускной и почувствовала себя ужасной замухрышкой. Сейчас я очень жалела, что не накрасилась и что второпях напялила на себя первую попавшуюся блузку и джинсы. Ведь могла же предполагать подобное развитие событий! Просто вчерашние проблемы и пара ирландских коктейлей совсем выбили меня из колеи.
Представив, как выгляжу сейчас со стороны — кожа бледная, под глазами — темные круги (и почему я не додумалась надеть очки от солнца!?), волосы торчат во все стороны, — я решила как можно незаметнее проскользнуть внутрь, а потом быстро добежать до туалета и хоть как-то привести себя в порядок. Но не тут-то было.
Завьялова меня уже заметила и громко окликнула:
— Асоль, приветик! Как дела?
Все сразу повернулись в мою сторону.
Иногда мне казалось, что она нарочно это делает. Ну, в смысле, зажимается с Сапковским не где-то по углам, а напоказ, стараясь привлечь мое внимание. И на пары к нам ходит не просто так, а чтоб меня позлить. Я, конечно, никому, кроме Васьки не говорила, что мне нравится Сапковский, но иногда создавалось впечатление, что Завьялова обо всем догадывается и из вредности треплет мне нервы.
Однако, понятное дело, я никогда не показывала, что меня каким-либо образом задевает ее поведение. Вот и сейчас, натянув улыбку, я как можно приветливее ответила:
— Отлично, а у тебя?
— У нас с любимым тоже замечательно. Вот, из Турции только что вернулись, — Завьялова подняла руку и потрясла запястьем с золотым браслетом, на котором красовалось сердечко, а потом звонко поцеловала Сапковского в щеку.
Я, конечно, уже видела этот браслет на ее фотке в соцсетях, но все равно немного расстроилась, хотя и не подала виду. Собрав волю в кулак, я продолжила улыбаться, двигаясь в это время ко входу, а когда наконец оказалась внутри, облегченно выдохнула и понеслась в туалет.
Однако стоило приблизиться к туалету, как дверь его распахнулась, едва не стукнув меня по лбу. Навстречу вылетела староста нашей группы — Танька Ломакина. Видок у нее был еще тот, даже похлеще моего — лицо красное, волосы растрепаны.
— А ты чего здесь? Пара через три минуты, — сходу, без всяких «привет» и «как дела», накинулась она на меня.
— Да я быстро, — ответила я. — Кстати… какая сейчас пара?
— Ты, что, мои сообщения вчера не получала? И чат не читала? — Ломакина почему-то выпучила глаза.
— Нет. Интернет не работал, технические неполадки. А на телефоне деньги закончились, — зачем-то соврала я. Просто Танька была таким человеком, перед которым постоянно хотелось оправдываться.
— Бизнес-инглиш, десятая аудитория, — объяснила Ломакина и понеслась по коридору.
Меня ее суетливость нисколько не смутила. Ломакина суетится постоянно. Как говорит Василиса, «Танька — просто гиперответственная». Наверное, потому что староста и дочка заместителя декана.
А я после слов Ломакиной, наоборот, расслабилась. Бизнес-инглиш — подумаешь!
Фигня какая-то.
Здесь надо пояснить, что на нашем факультете было три отделения: отечественной журналистики, международной журналистики, а также рекламы и связей с общественностью.
Я училась на первом, где английский никогда не был профильным предметом. Это «международников» гоняли будь здоров, а нас никто не грузил: зачеты всегда сдавались через пень-колоду. В этом году в дополнение к основному курсу ввели бизнес-инглиш, но и здесь не ожидалось подвоха.
Скажу прямо — к студентам четвертого курса, в отличие от первокурсников, преподы почти не придирались. Точнее, вообще не придирались. Поэтому многие, как Васька, позволяли себе прогуливать пары или опаздывать.
Подумав об этом, я тоже решила не спешить. Вон, Сапковский с Завьяловой наверняка до сих пор обнимаются перед входом!
Достав из рюкзака зеркальце и консилер, я, как смогла, замазала под глазами темные круги, затем нанесла на губы блеск, поправила волосы и только потом вышла из туалета.
Десятая аудитория находилась совсем рядом — за углом, и, направляясь туда, я меньше всего ожидала неприятного сюрприза.
А он меня ждал, да еще какой!
