Ну вот опять! Мысли мечутся, взгляд тоже, нож в руках дрожит. А Тай, взяв меня за плечи, нежно целует в шею. Я пропала!
— Будем … снова по душам говорить? — выдавила я, мгновенно охрипнув.
— Вроде того, — хмыкнул он в ответ. — Мы ведь не намерены спешить переходить к основному блюду. Да и я после травмы восстановлюсь лишь через месяц. Тебя это снова пугает?
— Ты меня и без основного блюда с ума сводишь! — вырвалось у меня.
— Я знаю. У удовольствия есть множество форм и способов. Так что ты мне ответишь? Останешься?
Повернувшись к нему лицом, мне так хочется разглядеть в его глазах что-то такое. Желание остаться борется с желанием сказать «нет, поиграл на сегодня и хватит!». И он чувствует мои сомнения, читает их по выражению лица:
— Давай лучше ты мне ответишь после того, как мы пообедаем. Не отвечай сразу, подумай. Ты доверишь мне выбор вина к нашему столу?
— Я ведь не пью, Тай.
— Один бокал не повредит. Даже доктора советуют. У меня коллекция лучших вин, так что не отказывайся.
Глава 10
И вот дымящееся, ароматное и такое яркое блюдо извлечено из духового шкафа. Кстати, Тайвин в прихватках смотрится мега сексуально. Хотя, если учесть моё притяжение к нему, он даже с ведром на голове будет казаться мне желанным эталоном.
— Готова насладиться нашим кулинарным творением?
— Мне обслужить ваш столик, сэр? — в шутку бросаю я, поймав этот чарующий взгляд, который за проведённое на кухне время уже сковал меня прочными путами.
— Ты моя гостья, сегодня я буду тебя обслуживать, — господи, как же он может очаровательно улыбаться, дыхание спирает.
— О, эксклюзивное обслуживание, эксклюзивное блюдо, потому что приготовлено собственноручно самим генералом! Я точно буду в экстазе!
— Будешь, и не один раз, — бросил он на меня хитрый взгляд, после чего меня обдало жаром, и я стала одного цвета с томатами на столе. И пока Тайвин неспеша накрывал на стол, потому что резкие движения всё-таки приносили ему дискомфорт, я выскочила из кухни и вернулась уже одетой. Из-за чего он только хмыкнул, взглянув на меня.
— Неприлично сидеть за столом полуголой, — буркнула я в ответ на этот взгляд.
— Кто будет судить о приличии?
— Я. И не нужно так издевательски улыбаться и думать, что я нудная трусиха. Может, у тебя завалялось какое-то красивое женское платье бывшей подружки? Чтобы я вышла к столу, не оскорбляя твоего эстетического восприятия, потому что футболка с изображением панды, конечно, выглядит не очень эротично.
— У меня здесь нет женских вещей. Это моя особенная берлога, моё пристанище и ты первая девушка, которая удостоилась такой чести, переступить порог этого мужского храма. Но у меня есть идея! Идём со мной! — Тайвин снова зажегся этой своей лишающей меня разума улыбкой, беря меня за руку.
Зачем одному человеку столько одежды? Сорок галстуков, с десяток костюмов и миллион рубашек, такое впечатление, что он ими подторговывает. Достав одну из них цвета слоновьей кости, Тай смерил меня оценивающим взглядом:
— Вот, надень. На твоей изящной фигурке моя рубашка будет смотреться как платье. Рукава мы подкатим, а три …нет четыре верхние пуговицы оставим расстёгнутыми. Не-а, — покачал он головой, когда я сняла лишь футболку, — Всё снимай!
— Что …значит всё? — отупев с перепугу, уточняю я. — Наголо?
— Тогда эффект от такого «наряда» будет просто бомбический, — кивает он с улыбкой. И снова этот вызов во взгляде, эта провокация с чувственным оттенком. Струшу или поддамся? Нет уж, я приму вызов. Мне самой интересно, как он будет реагировать. Моя упрямая внутренняя женщина покраснела, но включилась, поэтому я двигаюсь неспеша, томно, заигрывая. И это происходит даже помимо моей воли, подсознательно. Сложив футболку и положив её на полочку в его шкафу, я медленно сняла лифчик, затем джинсы, тоже всё это аккуратно сложив. Распустила волосы и … посмотрев на Тайвина, сняла трусики. Он не сводил с меня глаз, причём его взгляд опять стал таким изнывающим, откровенно глубоким. Но когда я заметила, как торчат спереди его шорты — я уже не знала куда девать собственный взгляд, поэтому уставилась на рубашку, которую он продолжал держать в руках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мне приятно, что тебя волнует моё возбуждение, — тихо произносит Тай, подходя ближе, помогая мне попасть в рукава рубашки. — Посмотри на меня. Не нужно отводить взгляд. Глаза в глаза — это важно.
И как только я подняла на него глаза, он прижал меня к себе одним движением, впившись в губы жадным поцелуем. Но что-то в его манере целоваться сегодня изменилось.
— Ты мне так нравишься, Дженифер, — целуя и горячо шепча, Тай продолжает меня куда-то подталкивать, и мы медленно движемся в сторону. — Я хочу тебя. И меня так злит, что пока я не восстановлюсь, мне остаётся только фантазировать, что я с тобой сделаю после.
В итоге я упёрлась в кровать и Тай меня на неё легонько толкнул.
— Но я могу кое-что сделать для тебя. Расслабься, хорошо? Обычно это даже поднимает аппетит. Доверься мне, малышка.
И я доверилась. …В его рубашке, на …его постели, дрожа всем телом от неизведанного ранее удовольствия. Опустившись на колени перед кроватью, придерживая меня за бёдра, всего лишь одним прикосновением языка Тай получил власть над моим телом. Оно не устояло от предложенной изысканной ласки. Даже ещё не лишив меня девственности — он уже получил меня всю. Я была в шоке от собственных стонов, но я не могла их сдержать, это было выше моих сил. От накатывающих волн экстаза я иногда с силой сжимала его голову между моих ног, а от подаренного оргазма выгнулась так, что Тайвину пришлось меня ловить, чтобы я не свалилась на пол. Он нарочно дал мне почувствовать, как это приятно, чтобы мне хотелось ещё. И плавая сознанием в этом блаженстве я всё равно не хотела сдаваться. Почему только он может иметь надо мной такую власть, сводить с ума прикосновениями, подчинять моё тело порциями удовольствий? Я тоже хочу иметь над ним власть! Не знаю почему, но мне дико захотелось, чтобы Тайвин Флэш зависел от моей ласки, терял голову от нежности и мечтал быть рядом лишь со мной. Однажды отдав ему себя полностью — я хочу покорить этого властного, уверенного в себе мужчину, чтобы его игра превратилась в зависимость от наших отношений, от меня. Ведь если ради того, чтобы доставить мне удовольствие он может опуститься на колени — значит, его можно приручить. Стать хозяйкой его сердца.
— А теперь самое время обедать, — протягивает он мне руку. Тай не спрашивает было ли мне хорошо, он и так это знает. Застегнув на мне нужные на его взгляд пуговицы и подкатив длинные рукава рубашки, одарив меня взглядом победителя, он снова взял меня за руку, подведя к обеденному столу. И пока я прихожу в себя, привыкая к новой реальности, с потрясением наблюдая, как генерал открывает вино, со знанием дела наливает его в мой бокал, ставит передо мной приготовленное нами блюдо, выкладывает столовые приборы так, словно он годами работал официантом. Мы просто переглядываемся и молчим. Неловкость, кажется, прошла, но у меня теперь появилось новое чувство — потребность в его присутствии.
— Согласись, что после этого все запахи, вкус пищи, даже цвета кажутся насыщеннее? — наконец заговаривает он, делая глоток вина из своего бокала.
— Вынуждена признать твою правоту, — улыбаюсь я. Вино и правда обалденно-вкусное, даже не заметила, как уже выпила полбокала. — А можно вопрос?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Конечно, постараюсь ответить, как можно искренней.
— Ты любил когда-нибудь по-настоящему? — мне не важно сколько у него было женщин, потому что по всей видимости много. Мне важно к скольким из них он питал сильное чувство.
— М-м-м, в моём понимании, любить по-настоящему это хотеть остаться с женщиной навсегда и для того, чтобы быть вместе с ней, сделать для этого всё возможное. То есть выбрать её и только её окончательно. Но как видишь такой женщины рядом со мной нет, значит, по-настоящему ещё меня не посетило, — с готовностью ответил он.
