больше не было. Только я не понимал, что именно произошло. Это то ли уничтожение, то ли депортация…
— Он меня явно недооценил, — произнесла Бишамон, избавляясь от пореза на животе. Пару секунд и раны как ни бывало. В том числе пропала вся кровь. — Я, как и ты, овладела телепортацией через темную энергию.
— Что ты сделала с ним?
— Убила.
— Ого… Он был мощным парнем.
— Но слишком самонадеянным, раз припёрся на землю моего храма.
— В любом случае Арес скоро воскреснет. Святилище его храма ещё стоит.
— Он воскреснет нескоро. Я применила одну хитрость.
— Заинтриговала. И что за хитрость?
— Принцип действия магии будет сложно рассказать, но суть в блокировке перерождения.
— Бишамон, ты полна сюрпризов! А буквально полчаса назад говорила о своей слабости относительно других богов!
— Что тебе сказал Арес?
— Склонял меня к предательству. Говорил, что он более сильный бог, и только с ним я выиграю Турнир Магов.
— Каков был твой ответ?
— Я его вежливо послал.
— Почему вежливо?
— Не переживай, Бишамон — я даже на секунду не задумался принимать его сделку. Сразу сказал, что я буду с тобой до конца.
— Я в этом не сомневаюсь. Ты ценишь тот путь, который мы уже прошли, и я тоже его ценю. Но спрашивая про вежливость, я имела в виду другой вопрос — почему ты не попытался вывести Ареса на эмоции? Нагрубил бы ему и возможно он бы напал.
— Ты хотела, чтобы я убил его во время уязвимости? Не думаю, что он повёлся бы на провокацию.
— Сражаясь против богов, нельзя наносить удар первым. Даже если победишь — бог воскреснет. Поэтому надо заставить противника напасть самому. Эмоции это лучший ключ для такой задачи. Тем более боги войны в принципе очень вспыльчивы.
— Хорошо, признаю свою ошибку. Но ты и сама смогла справиться с Аресом. Раз храм остался без бога, мы легко уничтожим святилище.
— Нет смысла. Только потеряем на это силы. Захват греческого храма сейчас будет глупой затеей. Лучше сосредоточиться на Японии. Ты пойдешь к императору и договоришься о разделе страны на три части. Но это после того, как полностью восстановишься. Ты уже использовал сегодня приказы, да и я много колдовала.
— С чего императору меня слушать?
— Ты продемонстрировал свою силу при захвате Мадагаскара. Тебя боятся.
— Предлагаешь поставить ультиматум? У меня есть сомнения, что такой план пройдет.
— Ты просто ещё не знаешь, как будет звучать ультиматум. Мы переселимся на Мадагаскар, и в случае отказа сотрудничать начнём бескомпромиссную войну с японскими кланами. То есть такую, где мы не будем стесняться в методах, в том числе убивая мирных последователей, если это потребуется.
— Бишамон… Ты же понимаешь, что если мы пойдем на такой шаг, то нам ответят тем же. Защищать исключительно храм и защитить ВСЕХ людей это разные вещи.
— Ты охотник. Мы не ослабнем критически даже при потере всех людей.
— Ну знаешь ли… У нас десять миллионов последователей. Не хотелось бы подставлять такое количество людей под удар из-за своих действий. Это крайне безответственно для главы клана.
— Это наихудший вариант. Скорее всего потери не будут огромными. Если рассматривать вопрос со стороны максимального усиления своих позиций, то надо делать как предлагаю я. Если же тебя беспокоят многочисленные жертвы, то лучше заканчивай участие в Турнире прямо сейчас. С таким настроем не победить.
— Нет, я прекрасно понимаю, что любая война это смерти людей. НО. Есть вариант бессмысленной мясорубки и есть вариант передела собственности между верхами. Во втором случае можно отделаться относительно малой кровью. Умрут только те, кто и сам берётся за оружие.
— Эрни, ты хочешь «колоссальный» храм и победу на Турнире Магов. Тут малой кровью не отделаться.
— Если выгода вполне ясна, то окей. Наша конечная цель по-настоящему великая и для неё можно пустить на фарш множество людей. Но, повторяюсь, я не сторонник бессмысленной мясорубки, а ты предлагаешь именно это. Ввязаться в то, где исходы непредсказуемы.
— Люди умирают каждую секунду, здесь и в тысяче других человеческих миров. Скажи, тебе их жалко? Тебе хочется остановить все эти смерти? Я думаю нет. Это естественное течение времени. Ты же рассказывал мне о том, как видишь мир, — Бишамон положила руку мне на плечо. — Ты видишь мир, как множество пищевых цепочек, которые устремляются в одну точку. Вершину горы. Ты понимаешь, что на этой вершине стоит сверххищник. Если перед таким сверххищником встанет выбор — убить десять миллионов невинных для обретения маленького, КРОХОТНОГО, усиления — он это сделает не моргнув глазом. И знаешь почему, Эрни? Потому что забравшись на вершину, на ней ещё надо остаться. Ты всегда упускал этот момент. Ты продолжаешь сравнивать, что стоит на одной чаше весов, а что на другой. Сверххищник так не мыслит.
— Сначала надо забраться, а уже потом думать, как удержаться, да и стоит ли вообще удерживаться там наверху. Может, никакой горы эгоизма и не будет в будущем. После прихода Светочи мир изменится, я в этом уверен. Здесь и сейчас решается судьба Второй вселенной. Ставки невероятно высоки, но я хочу по возможности использовать те методы, которые мне по душе. Идти на конфронтацию с прежними союзниками я не хочу. Точка. Объявим претензию Такияма и будем смотреть, что будет дальше. Можно ещё подумать о захвате греческих кланов. Зря ты отвергаешь этот вариант. У нас же есть сфера наблюдения, которая зафиксировала приход Ареса.
— Ты переживаешь из-за возможной смерти мирных людей в случае агрессии в сторону японских кланов?
— Ты плохо меня слушала, Бишамон. Ради великой цели я готов на смерти миллионов людей. Однако я не хочу ввязаться в план, где исходы непредсказуемы.
— Хочу уточнить — тебя напрягает моральная сторона ответственности перед кланом или риск?
— И то и другое.
— А раньше ты говорил, что не разделяешь мир на плохое и хорошее.
— Да, говорил. И могу сказать так снова. Я хочу жить так, как мне нравится. Тут дело не в хорошем или плохом — я просто не хочу быть причиной смерти миллионов мирных людей.
— Хорошо. Я поняла твою позицию, и, как вижу, она непоколебима. Будем работать с тем что есть. Отдыхай и набирайся сил.
— А у нас получится перенести колодец маны?
— Вряд ли. Но остались колодцы зулусов. Будем использовать их.
Что-то сверху стукнулось о барьер. Ледяной град уже давно закончился, но почему-то я ожидал увидеть именно градину, а не Марлу Шульц…
Давно я не видел эту безумную женщину. Она пару раз пересекалась с людьми Джокера, пытаясь забрать то, что принадлежит мне
