Это он так даёт понять, что больше ничего не скажет? Не-не-не! Я на такое не согласен! Конечно, меньше знаешь — крепче спишь. Но с другой-то стороны — в моей жизни сейчас неведение вообще не благо!
— Барух Моисеевич, я правда не очень понял связи одного с другим.
— Ван Дин — глава Палаты — сотрудничал с твоим дедом, — пояснил советник. — Очень давно. И даже ничего предосудительного особо не делал. Ну, скажем так, ничего из такого, что не является обыденностью для специалистов внешней разведки. Какие-то услуги, тут глаза закрыть, здесь — в другую сторону посмотреть.
— Но теперь, когда у этого вана появился шанс стать императором, такой компромат ему не нужен! — дошло до меня наконец.
— Совершенно верно, — хмыкнул особист. — Даже намёка на то, что у него были отношения с одним из русских разведчиков, серьёзно подорвёт его позиции. А проигрыш в этой гонке означает не политическое забвение, а смерть. Так что, да. Твой дед со своим архивом ему поперёк горла. В Поднебесной, как сообщают наши контакты, уже развёрнута полномасштабная зачистка всех тех, кто даже краем имел отношения к тайне вана Дина. Здесь у него таких возможностей, к счастью, нет.
Он замолчал, я тоже долгое время рта не раскрывал. Не знал, что сказать. Дед, этот вечно ворчащий, но добрый и заботливый старикан, оказался настоящим шпионом. Причем не каким-то там исполнителем низового уровня, а тем, кто имеет врагов аж в правительстве у ханьцев! Это было довольно сложно переварить. Не говоря уже о том, что мои, как Кочевника, планы, срочно требовалось пересматривать.
— Но почему Охранка? — изнутри толкнула одна мысль, не дававшая покоя. — Это же вообще не их сфера деятельности?
— А вот об этом, Роман, тебе лучше даже не задумываться! — фирменный ледяной взгляд господина Леви пронзил меня до самой глубины. — Ты меня понял?
— Д-да, конечно…
Чёрт, так тут ещё что-то есть⁈ Причём такое, что довольно откровенно говорящий о всяких шпионских делах Барух Моисеевич, сразу же дал понять об уровне опасности.
Дед, за что ты так со мной, а?
Глава 25
Обычный, мать его так, день школьника!
Да, с утра, невыспавшемуся и опухшему от свалившегося количества новостей, мне пришлось топать в школу. А всё почему? Потому что никакого нападения ведь не было! Никакие наёмники в дедовой спальне не шуровали, и мы с Унием, соответственно, ни с кем не дрались. И никого не убивали. Не было спецназа Охранки, её конфликта с Тайной Канцелярией, полиция не приезжала. А значит, и повода пропускать учёбу у меня тоже не было. Ну не подлость ли!
Ещё большей подлостью, было то, что Уний остался спокойно досыпать дома! Вольность, которую я себе позволить не мог!
Вдобавок к этому, господин Леви перед отбытием из моего дома сегодня утром, уведомил, что я теперь прохожу по программе защите агентов. Мол, незримо за мной будут таскаться сотрудники Тайной Канцелярии, и следить, чтобы подобного сегодняшней ночи больше не происходило.
Что тоже не очень радовало — как в таких обстоятельствах миграцию из Ленова организовывать? Так что собеседником я был таким себе. И когда на соседнее место (до начала урока оставалось ещё минут пять), уселась Настасья Филипповна, зыркнул на неё, как на злейшего врага.
— Брюс? — купеческую дочку таким было не пронять. — Надумал чего?
Чёрт, ну точно же! Вассальный договор! Не то чтобы я забыл про её предложение, просто после ночных событий этот факт напрочь вылетел у меня из головы. Вроде даже и решили все с Унием, однако после произошедшего…
— Строева, ты же сама сказала, что не горит?
— Но и не затягивать просила.
Женщины! Существуют в какой-то собственной временной системе координат, где следующий день сразу после разговора уже вполне попадает под категорию «не затягивать». А мозги-то мои совсем другим были заняты. Да и в свете произошедшего, брать под крыло ничего не подозревающую девчонку было бы, наверное, не очень красиво. Фактически, сейчас все, кто находится рядом со мной, попадают в группу риска.
Хотя, если с другой стороны смотреть — теперь я точно знаю, что за мной приглядывает и императорская Охранка, и Тайная Канцелярия. С таким прикрытием можно легко игнорировать недовольство патрона Настиного отца. И вообще, что ж теперь, из-за дедового прошлого, мне теперь не жить совсем? Каждой тени боятся? У меня, как бы, ещё обязательства перед моим народом имеются.
— Давай всё же отложим этот разговор?
— С Алалыкиным сцепился и решил заднюю дать?
«Нет, просто мой дед где-то припрятал к пенсии компрометирующие документы на будущего ханьского императора, и тот очень хочет его убить! И не хочу, чтобы ты, дурёха, стала одной из целей наёмных убийц!» — нервно хохотнул я про себя. А вслух ответил: — Нет, при чём тут вообще Алалыкин?
— Я ему месяц назад делала такое же предложение.
— Да я догадался, так-то. Но спасибо за своевременную информацию.
Девушка чуточку сконфузилась. Стрельнула глазами в сторону.
— Злишься?
Я в упор уставился на одноклассницу.
— Да, Настя. Злюсь. Не сильно, но всё же злюсь. Не очень хорошо началось наше гипотетическое сотрудничество.
— Я приму к сведению. — серьёзно кивнула она. — И внесу правки в вассальный договор. В твою пользу.
Мне осталось только моргнуть. Это у неё уже и договор готов с прописанными условиями? Которые она готова пересмотреть? Эка её прижало!
Видимо, что-то в моём взгляде изменилось, потому как она тут же вспыхнула и тихим злым шёпотом произнесла.
— Спать с тобой до полного совершеннолетия не буду!
— Больно надо было! — фыркнул я.
— А что так? Не нравлюсь?
Моментальное изменение стратегии! Настасья Филипповна, ты уж как-то определись!
— Не хочу выставлять своего вассала какой-то дешёвкой. — пояснил я.
— Так значит решение ты уже принял?
Купеческая дочь! Только появление учителя в классе дало мне возможность не отвечать сразу. Строева это поняла, наградила меня недовольным взглядом, но говорить ничего не стала. Вместо этого вернулась на своё место.
Однако разговор наш продолжился после уроков. Настя решительно потащила меня в буфет, набрала еды — ох и умная же девка! — и некоторое время молчала, глядя, как я расправляюсь с угощением. Даже зоной тишины озаботилась — вся её группировка заняла столы вокруг нас, не давая случайным людям слишком уж приблизиться.
— Роман, ты чего тянешь? — девушка взяла быка за рога, стоило мне сделать последний глоток чая. — Даже в Писании сказано: «Да будет слово ваше: да, да; нет, нет». Скажи толком, что решил, не держи в неведении!
Полный желудок — только он заставил меня отреагировать на настырную девчонку спокойно.
— Настя, не дави, — попросил я. Помолчал немного, подумал, что сейчас, наверное, выгляжу в её глазах, как человек, который банально набивает себе цену. И решил немного приподоткрыть карты. — Вчера кое-что произошло. Нечто очень плохое. Есть основания считать, что моей жизни в ближайшее время будут угрожать могущественные люди. С некоторым даже шансом на успех. Поэтому я и раздумываю до сих пор над твоим предложением. Не потому, что хочу из тебя условия получше выбить. А лишь потому, что опасаюсь, как бы и ты не стала целью этих людей.
— Каких ещё людей? — тут же нахмурилась Строева. — Папенька уже Дерябиных, что ли, подключил? А как про наш сговор прознал?
Это она про кого? А, Дерябины! Род, который покровительствует Строевым. Тоже мне угроза!
— Нет, Настя, не патрона твоего отца. Это вообще мелочь, про которую я даже не думал. Те, кто мне угрожают, уровней на несколько повыше. А большего, прости, я тебе сказать не могу.
— А ты сейчас не брешешь?
— Что за тон, Настасья Филипповна!
— Нет, ну просто вчера всё нормально было, а сегодня какие-то могущественные люди появились! Странно всё это.
— Добро пожаловать в гостеприимный мир аристократов! — рассмеялся я. — Так оно у нас и бывает. Ты всё ещё хочешь под моё уютное крылышко?
