который не должен добраться до нашей передвижной лаборатории. Иначе весь этот поход, в который мы уехали почти полтора месяца назад, становился бессмысленным.
Глава 10
Одиссей возвращается в Итаку
Разворот завершился точно в тот момент, когда бронегрузовик «воронов» вышел на прямую. Теперь «Икс» на бешеной скорости несся прямо на противника. Те явно не оценили нашего перфоманса, и ствол их пулемета нацелился на нас.
— Медведь! — заорал я. — Бей по башне! Не дай ему прицелиться!
Пулеметчик не стал спорить. ПКП заревел, выплевывая трассеры в сторону приближающегося грузовика. Пули высекали снопы искр из стальной башни, но пробить ее не могли. Зато стрелок задергался, рефлекторно вжимая голову и явно нервничая
— Джей, я его не беру! — голос Медведя был напряженным. — Тут не ПКП нужен, а что–то по серьезнее.
— Продолжай! Просто не давай ему…
Я не договорил. Вражеский ДШК открыл огонь. Первая очередь прошла мимо, разворотив асфальт слева от нас. Вторая ударила по крыше, но в турель не попала, просто пробив металл и что–то в багажнике «Икса». Машину тряхнуло, словно в нее въехал грузовик. Одна из пуль пробила броню, но застряла в каркасе, не дойдя до салона. Другая срикошетила от брони багажника, и раскола пластик приборной панели рядом со мной, утыкав правую руку на руле острыми осколками.
— Черт! — я вжался в кресло. — Он нас сейчас разделает!
— Джей! Джей! — Медведь орал сверху, перекрывая грохот собственного пулемета. — У них эта хрень стоит на старом станке со щитком — а значит угол наведения маленький! Прижмись к этим уродам, тогда они нас не достанут.
Идея была не лишена смысла, и джип проворно сблизился с «воронами», закладывая дугу вокруг бронегрузовика. Медведь продолжал строчить, не давая стрелку спокойно целиться. Башня пыталась довернуться за нами, но скорость поворота у нее была совсем не та.
Третья очередь прошла сзади, четвертая — сбоку и в стороне. Мы были слишком быстры для этой махины и слишком близко к корпусу. Но и толку от нас было ноль — пробить его броню мы не могли, а он тем временем продолжал методично сокращать дистанцию до МПЛ.
— Оля! — рявкнул я в рацию. — Жми газ! Не останавливайся!
— Делаю, что могу! — голос девушки дрожал. — Но мы слишком медленные!
Бронегрузовик проигнорировал нас и пошел прямо на МПЛ. Расстояние сокращалось — триста метров, двести пятьдесят, двести…
— Сейчас он откроет огонь, — прохрипел Медведь, меняя ленту. — И всё.
Я развернул «Икса», пытаясь выйти на курс перехвата. Безумная идея протаранить этого монстра пришла мне в голову, но я тут же отбросил ее. Мы просто разобьемся об его броню, толку ноль.
— Вова, где ты⁈ — заорал я в рацию. — У нас тут совсем тяжелая проблема!
— Еще минута! — голос Боба был напряженным. — Держитесь!
— У нас нет минуты!
Бронегрузовик остановился. Башня медленно развернулась, наводясь на МПЛ. Стрелок явно решил сначала прикончить главную цель, а потом уже заняться нами.
— Нет-нет-нет! — я крутанул руль, пытаясь выйти ему в борт.
ДШК грохнул, выбросив видимые даже отсюда снопы пламени из ДТК. Длинная очередь ударила по борту МПЛ. Броня не выдержала — смялась, и пули прошили ее насквозь. Грузовик дернулся, резко потеряв скорость. Вторая очередь забарабанила по кабине, и мы даже отсюда увидели, как на броне появился десяток пробоин.
— Оля⁈ Оля, отзовись! Леха! Макс! Кто-нибудь!
Аня на заднем сидении в ужасе закрыла рот ладонью. Ее брат ведь сидел в грузовике, именно в надежде на то, что там броня и он будет в большей безопасности, чем в машине с нами. И это именно она, Аня, настояла на этом в Чернопокупске, после той истории с сектантами…
— Сволочи! — Медведь развернул турель и зажал гашетку, расстреливая последнюю ленту по колесам противника. Если пули где-то и пробили бронированные колпаки, то на скорости и устойчивости это никак не сказалось — машина как перла утюгом, расстреливая ленту ДШК по МПЛ, так и продолжила.
Я все-таки собрался идти на таран, надеясь хоть как-то сбить эту махину с курса, когда из-за поворота вынырнул «Дефендер» Вовы. Следом — УАЗ с Пряником на крыше и микроавтобус.
— Коля! — рявкнул Вова кому-то в салоне. — РПГ! Быстро!
«Дефендер» остановился с визгом тормозов. Из него выскочил долговязый парень с пусковой установкой на плече. Опустился на колено, прицелился…
Бронегрузовик «воронов» тоже заметил новых гостей. Башня начала разворачиваться. ДШК грохнул — пули вспахали асфальт рядом с гранатометчиком.
— Коль! — заорал Вова. — Огонь!
РПГ рявкнул, выбросив назад сноп огня. Граната полетела в цель, оставляя за собой дымный след. Удар пришелся точно в башню. Взрыв. Стальную конструкцию разворотило спереди, потом грохнул второй взрыв — видимо, подорвался боекомплект пулемета. От башни оторвало кусок, который, вращаясь, врезался в дорогу и рикошетом отлетел от нее, врезаясь в капот нашего «Икса».
Удар стальной махины, смявший броню как бумагу, разнес мне лобовое стекло и перекрыл весь обзор. Джип внезапно заглох, и вместе с остановившимся мотором вырубился и ГУР, превращая нас в плохо управляемую железную банку. Я изо всех сил сжал руль обеими руками, одновременно давя на тормоза. Попытался высунуть голову в окно, и в этот момент мы налетели на что–то. Сознание схлопнулось, как будто кто-то вырубил телевизор, в один миг, оставив напоследок мне яркую точку.
Бронегрузовик дернулся, испуганный водитель резко свернул с дороги и врезался в отбойник. Мотор заглох.
— Выстрел! — Вова, успевший кинуть Коле вторую РПГ, увидел как дымный след соединил ствол пусковой установки и кабину броневика, и там на секунду вспухла очень яркая вспышка, от которой вылетели стекла, а кустарное бронирование просто рассыпалось в разные стороны.
Кабина запылала. Из нее вывалился каким–то чудом выживший «ворон» в пылающей одежде. Он сделал два шага в сторону, и тут пулемет на крыше УАЗа заговорил, перечеркнув горящего человека короткой очередью. Тот рухнул, отброшенный обратно к костру, в который быстро превращалась кабина «монстротрака».
Оставшиеся целыми три джипа «воронов» на полном ходурванули в степь. Четвертый, с пробитым капотом, тоже попытался было, но никто не собирался позволять ему уйти — два пулемета, один тяжелый и один ПК, в миг превратили замедлившуюся машину в дуршлаг. Выжить там не мог никто.
МПЛ, двигавшийся все медленнее, вдруг зашипел пневмотормозами и встал на
