Так, пойдем дальше. Теперь кухня и столовая. – Посетитель уже оправился от шока и слушает Андреа с неподдельным интересом. – Здесь можно сыграть на контрастах. Кухню оформляем обыкновенным рустиком с простыми элементами колониальности: деревянные жалюзи от яркого солнца, плетеная мебель, незатейливые абажуры светильников. Ну, а в столовой уже даем разгуляться настоящему колониальному стилю: витражные стекла, оконные решетки, опять же цветная мозаика, геральдические символы. В этом углу можно поставить фигуру какого-нибудь божка или индейца. По-моему, будет очень органично.
Давайте пройдем в гостиную. Что предпочитаете здесь? Может, нечто исконно испанское, но вместе с тем вызывающее?
Андреа уже очень увлечена. Она сама не ожидала такого полета воображения. Женщина буквально видит придуманные комнаты. Видит их и Олег, который давно уже вскочил со своего места и склонился над чертежами вместе с Андреа, буквально дотрагиваясь своим виском до ее уха.
– Например?
– Фламенко?
– Как мы этого добьемся?
– Цвет, детали, декор. Конечно, лучше всего сочетание черного с красным, хотя слишком агрессивно.
– Мне нравится.
– Тогда диваны на ножках в форме деревянных башмачков. Кресла, спинки которых – переплетенные кисти женских рук.
– Вы такое где-нибудь видели?
– Можно сделать на заказ. Не проблема. Да, здесь обязательно должны быть тяжелые, многоярусные гардины с оборками, как на юбках танцовщиц. Над камином я бы повесила широкий веер, можно даже с перьями. Но если не любите перья, купите инкрустированный. На самом камине, конечно – фигурки испанок в костюмах фламенко. А этот небольшой альков для гитары. Умеете играть?
– Нет. – С неподдельным сожалением.
– Ну, во фламенко без нее никак. Гости поиграют. Да, ну и пол в гостиной, естественно, паркетный. Обязательно должны стучать каблучки. Теперь кабинет. – Андреа уже несется вперед на бешеной скорости. – Что скажете о Дали?
– Художник-сюрреалист.
– Ну, его работы вам нравятся?
– Ничего не имею против.
– Тогда стол и стул на кривых ножках, на комоде – растекающиеся часы. Книги должны быть в ярких переплетах и стоять не по ранжиру. Удачно впишется телефон фирмы «Goodwin». Да, кабинет Дали не должен казаться строгим, поэтому поставьте там неширокую кушетку, бросьте на нее подушку и плед, в настольной вазочке всегда держите гранаты, а на занавески повесьте несколько искусственных пчел.
– Зачем?
Андреа немного разочарована, но не показывает этого.
– Так надо. В общем, с кабинетом понятно. Теперь библиотека. Ну, здесь, честно говоря, не знаю. Надо подумать. Ничего в голову не приходит. В любом случае библиотека есть библиотека, и сюда отлично подойдет обычная классика. А эта комната, шестая, она для чего?
– Для души, – уклончиво отвечает Олег. – Поехали, посмотрим на дом. Обещаю вас удивить не меньше, чем вы удивили меня.
– Вот какие у нас кадры! – плещет в довольстве начальник. – Настоящая дизайнерская энциклопедия! Поезжайте, Андреа. Если убедите Олега закупить всю мебель для его хором через нас, то не только отпущу вас заниматься этим проектом, но и сохраню полную зарплату на все время отсутствия.
Андреа колеблется. Предложение столь заманчивое, сколь и неожиданное.
– Ну так как? – встает из-за стола Олег. – У меня там еще два этажа и цокольный. Есть где развернуться. Едете?
– Еду. Только не позже девяти я должна быть дома.
Через полтора часа черный «Гелендваген» вплывает в услужливо распахнутые ворота. Андреа спрыгивает со ступеньки машины и замирает.
– И как вам это? – с пафосом спрашивает хозяин, обводя рукой свои владения.
Андреа еле может выдавить:
– Очень, очень мило.
29
– Мила! Мила! Стой, я тебе говорю!
Черт бы побрал эту собаку! Как только приезжает хозяин дома, она совершенно забывает про Марата. Бежит встречать, ласкаться, играть. Стоило Марату открыть сторожку, как псина тут же припустила в большой дом. Ну что ты будешь делать? Хозяин, правда, – мужик нормальный. Сам собак любит, всегда Милу потреплет, за ухом почешет. Но сегодня он не один при-ехал! С какой-то дамочкой весьма странного вида. А как она опешила от всей этой архитектуры. Небось и понятия не имеет, кто такой Гауди. Но, видно, прочувствовала значительность замысла. А иначе как объяснить осторожность, с которой она ставила свои меховые sketchers на дорожки цветной майолики, поднимала длинные полы пальто, чтобы лучше разглядеть рисунок, и изумленно вертела шеей?
Собака все же проскальзывает в оставленную кем-то щель входной двери. Марату ничего не остается, как последовать за ней. Из дальней комнаты раздаются знакомые звуки. Странно. Хозяин говорил, что не владеет инструментом. За фисгармонией сидит гостья. Играет «Лунную сонату». Но как играет! С клавиш слетает уродливая, гнетущая, загробная, жуткая и прекрасная музыка. Звучит именно та картина, которая царит в душе Марата. Женщина выплескивает его состояние, выдирает его боль, разрывает чувства. В этой «Лунной сонате» господствует совершено черная, абсолютно безлунная ночь. Марат стоит в дверях как вкопанный и слушает затаив дыхание. Так же, не шевелясь, застыли у инструмента хозяин апартаментов и Мила. Музыка обрывается, гостья встает.
– Простите. Честно говоря, давно не делала ничего подобного. Просто такой инструмент. Не смогла отказать себе в удовольствии.
– Вы чудесно играете. – Голос Олега уже звучит томной хрипотцой. Марат боится стать невольным свидетелем интимной сцены, но женщина, не замечая произведенного эффекта, спрашивает как ни в чем не бывало:
– Значит, собираетесь устроить здесь музыкальный салон?
– Планирую.
– Какие инструменты? – спрашивает явно с профессиональным интересом. Марат не спешит обнаруживать свое присутствие, слушает разговор.
– Есть на примете несколько старинных скрипок, шарманка, флейты, лютни…
– Гусли, – чуть насмешливо продолжает она.
– Можно и гусли.
– А что на цокольном под этой комнатой?
– Бассейн.
– Нельзя!!! – хором кричат женщина и Марат.
– Почему?
– Испарения, влага, – торопливо объясняет гостья и с интересом оборачивается к Марату.
– Это Марат, сторож, – более чем красноречиво представляет хозяин.
– Пойдем, Мила, – кивнув женщине, зовет собаку Марат.
Все правильно. Лучше сразу расставить все точки над i. Это сторож. Второй сорт. Не обращайте на него внимания.
И уже в дверях его настигает колокольное, звенящее сопрано.
– Андреа.
Часть вторая
1
– Андреа, – подсказывает Дим имя жены сидящей напротив даме с тонкими поджатыми губами.
