плечи. Но завтра часть этого груза будет снята. Мы узнаем, что случилось с Кловер… раз и навсегда.
16
Одри
«Встретимся в городе, в кафе в полдень».
– Айви! – Вскакиваю с кровати и валюсь на ее постель, протягивая телефон, чтобы она посмотрела. – Еще сообщение от Патрика, о месте встречи.
Айви садится, взгляд ее затуманен. Она смотрит в мой телефон, затем улыбается.
– Отлично. Скажи ему, чтобы взял с собой Кловер.
Я откидываюсь к стене у постели Айви и набираю сообщение.
«Будем там. Привезешь Кловер?»
Долгая пауза, пока Патрик печатает.
«Вы встретитесь с ней в квартире после кафе. Она знает, как найти последнее доказательство о том, кто убил Лолу. Когда мы получим этот недостающий кусок, то пойдем в полицию сегодня же».
– Матерь божья, – говорю я. – Кловер это сделает. Она добудет доказательство.
Айви теперь просыпается совершенно.
– Слава богу. Может быть, этот кошмар, наконец, закончится.
– Ты должна гордиться ею. – Я хватаю ее за колено, скрытое под простыней.
Она улыбается мне, но выражение лица у нее напряженное. Не удивительно. Ее телефон жужжит без остановки. Она переворачивает его и издает стон.
– Это Араминта. Она хочет, чтобы я провела утреннее собрание префектов.
– Но как же наш поход к миссис Траули?
– Ничего, если ты пойдешь одна? Встретимся в двенадцать, в кафе с Патриком.
– Уверена?
– Ага. Возможно, убью двух зайцев одним выстрелом.
Пару часов спустя я стою у дома миссис Траули одна, глядя на симпатичный коттедж, весь в зарослях глицинии. Кажется, не так уж много времени прошло с тех пор, как мы с Айви стояли у ее прилавка на рынке, окруженные расписными старинными зеркалами, где впервые узнали об «Обществе сороки». Мы все еще не приблизились к пониманию того, какая связь существует между Лолой и сороками, но я чувствую, что Кловер сегодня днем откроет нам эту тайну.
Делаю глубокий вдох и медлю перед тем, как постучать в дверь. Свитер на запястье задирается, и я вижу штамп сороки, не посветлевший после душа. Хотела бы я, чтобы Айви была со мной.
Миссис Эббот и Араминта совершенно измучили ее, гоняли от одного к другому через всю школу. Встреча для Минти в воскресенье утром – нелепо.
Как раз перед тем, как постучать в дверь, я бросаю взгляд на телефон.
Открываю мессенджер, но это не Айви.
«ПАПА. ПЫТАЛАСЬ ДОЗВОНИТЬСЯ. ПОЖАЛУЙСТА, ПОЗВОНИ МНЕ КАК МОЖНО СКОРЕЕ».
Ответа нет. Это лишь одно из ряда неотвеченных сообщений, телефонных звонков и электронных писем, которые я ему посылала.
Все они были проигнорированы.
Обычно я сочла бы это идеальным. Довольно типичное поведение для него: на некоторое время исчезать с радаров. Обычно я предпочла бы именно такие отношения между нами. Дистанцированные.
Но, конечно же, сейчас, когда я действительно хочу, чтобы он ответил, никакого ответа нет.
Я отправляю эти мысли на задворки сознания… и прячу телефон обратно в сумку. Набираю побольше воздуха и стучу.
Жду пару секунд, но ответа нет. Стучу снова, на этот раз громче. Все так же никто не подходит. Нет даже движения занавесок. Отхожу на шаг, зову через забор сада.
– Миссис Траули? Это Одри!
Кладу руку на дверь, чтобы удержать равновесие, и, словно в каком-то фильме ужасов, она со скрипом открывается.
Я сглатываю. Мне не хочется переступать порог.
«Давай, Одри, соберись». Задержав дыхание, чтобы не впускать в себя страх, я делаю шаг вперед. Дверь распахивается.
Выдыхаю. Тут нет мертвого тела миссис Траули. На самом деле тут нет… ничего, кроме пылинок, сверкающих в золотом свете, крутящихся от того, что я только что распахнула входную дверь.
Ни тумбочки. Ни причудливой вешалки с миллионом разных шерстяных пальто, зонтиков и шляп, свисающих с нее. Я вхожу, мои шаги эхом отдаются по коридору, на стенах которого нет ни картин, ни фотографий. Лишь тени там, где, должно быть, висели рамы, более темные заплаты краски, скрытой когда-то от ярких солнечных лучей.
Передняя пуста. На кухне темно и холодно. Миссис Траули оставила дом.
Тут же пишу Айви.
«Ни следа миссис Траули. Похоже, она уехала. Совсем».
Получаю моментальный ответ.
«Ты шутишь?!»
Фотографирую пустую комнату и отсылаю. Ну, тут не совершенно пусто. На кухонном столе ближе к окну лежит черная кожаная папка. Последнее, что осталось.
Открываю ее. Похоже на какой-то старый договор. Сверху большими, выписанными в средневековом стиле буквами написано нечто, похожее на слово «КУПЧАЯ» или вроде того… но я не могу это прочитать.
Сверху наклеен стикер, где выведено от руки:
«Надеюсь, это поможет, К. Прошу прощения, что не смогла остаться и объяснить все сама. Надеюсь, у тебя все получится».
Она определенно оставила это «К»… кем бы он ни был. «К», должно быть, Кловер, я в этом уверена. Имеет ли это какое-то отношение к «Обществу сороки»?
Рассматриваю внимательнее. Это какой-то документ о собственности. Взгляд тут же затуманивается, но я заставляю себя сфокусироваться. Текст корявый, трудночитаемый, как будто его копировали множество раз, и надписи уже не такие четкие. Мне с трудом удается разобрать, что это купчая лорда Брэтебона, завещавшего основать в своем особняке школу – Иллюмен Холл.
Остальное – сложный викторианский юридический язык, в котором я не надеюсь разобраться. Переворачиваю документ и вижу, что в один из пунктов внесена рукописная правка. Она подписана двумя людьми: леди Пенелопой Деберт и лордом Олденом.
Пункт гласит:
«Всем старостам будет предоставлено право голоса в отношении будущего школы и предоставлены все привилегии других членов совета директоров».
Это интересно. У старост гораздо больше привилегий, чем я предполагала.
Рукописная правка прибавляет:
«Если одну из этих позиций займет последователь сороки, он унаследует полномочия леди Пенелопы Деберт».
Рот у меня складывается в удивленное «О». Не знаю, что именно это значит… Но это должно быть важно.
«Еду – смогла уйти пораньше», – пишет Айви.
Я рада, что захватила с собой огромную сумку, в которую отлично помещается папка. Это не кража: я намерена передать его Кловер при встрече. По крайней мере, так я говорю себе. Знаю, что Айви точно захочет посмотреть на него.
«Отлично, скоро увидимся», – отвечаю я.
И сама еду в кофейню, обдумывая отсутствие миссис Траули. Интересно, куда она уехала?
Размышляю о том, чтобы вынуть папку и снова просмотреть документ… Но почему-то мне кажется, миссис Траули не хотела бы, чтобы
