— А ничего! — мстительно закончил я. — Тоже вымерли!
— Во-о-он!!! — Калиниэль наконец сумел вдохнуть. — В камеру! Стеречь!.. Завтра на рассвете ты будешь принесен в дар лесу! — тяжело дыша, выкрикивал глава.
Меня подхватил под руки Иглиэль и потащил к выходу. Жалко, я ведь собирался еще разок попробовать довести старика. Судя по всему, я чуть-чуть не достал до отметки «сердечный приступ». Но тут такой жестокий выход из игры. Несправедливо! Я хихикнул, выталкиваемый эльфом наружу к поджидавшей меня толпе. А кто сказал, что суды справедливы?
Глава 7
Побег
Обратный до камеры путь прошел в молчании. Толпа в ожидании цирка с моей стороны все так же стояла по обеим сторонам улицы, а немалая её часть сосредоточенно сопровождала нас сзади. Все смотрели на меня, но я не спешил оправдывать их ожидания. Даже на болезненные тычки со стороны Нима старался не обращать внимания и не терять равновесия. Но тут со стороны толпы прилетел камень. Довольно увесистый булыжник ударил мне в плечо и упал под ноги. Я взглянул в сторону и увидел, как какой-то эльфенок показывает мне кулак. Молча, я шагал дальше и не заметил, как с другой стороны, ко мне прилетел другой камень. Этот стрелок оказался метче — булыжник попал прямо мне по затылку, вызвав вспышку боли в голове. Я остановился и посмотрел в ту сторону. Еще один пацаненок гордо взирал на меня с вызовом во взгляде. Хорошо, хоть силы у него немного, метко попал, снайпер, мать бы его! Еще бы сильнее и все — отмучался!
Памятуя, что произошло в прошлый раз, я повернулся опять и увидел, что первый пацан уже подобрал свежий заряд. Ярость ударила мне в голову. Да как они смеют! Ярость смешалась с ненавистью и смыла боль из моей головы. Я медленно произнес на общем, глядя эльфенку в глаза:
— Следующий камень полетит обратно!
Посмотрев немного, я дождался привычного толчка Нима и пошел вслед за Иглиэлем, догоняя того быстрым шагом. Краем глаза, я заметил, что пацаненок тоже припустил следом, но сразу нырнул в толпу. Я уже успокоился, что тот оставил свои выходки, но тот внезапно вынырнул впереди и, размахнувшись, швырнул в меня камень, целя прямо в лицо. В голове что-то щелкнуло, злость нахлынула волной, убирая всю жалость и сочувствие к вымирающему виду. Я поймал камень у лица и сжал в кулак, видя досаду на лице мальчишки, а затем, крутнувшись вокруг своей оси и разгоняя руку наподобие пращи, разжал пальцы, посылая снаряд обратно. Так учил меня мастер. Снаряд со свистом улетел из моего кулака и с громким стуком врезался в лоб эльфенка. Его голова аж откинулась от удара и он рухнул в пыль.
Внезапно наступила полная тишина. Я поднял взгляд полный холодной ярости на толпу и произнес:
— Я предупреждал.
После чего продолжил шагать, но вскоре остановился, догнав Иглиэля. Тот с ужасом и изумлением смотрел мне в лицо. Наконец толпа задвигалась. Кто-то из эльфиек кинулся к пацану, поворачивая ему голову. Вскоре оттуда раздались вопли:
— Умер! Мальчик умер!
И уже толпа, зверея на глазах, качнулась ко мне, произнося на разные лады лишь одно:
— Убийца! Смерть Убийце!
А я внезапно понял, что нужно сделать — подскочить к Ниму, выхватить у него из руки копье правой, а левой выдернуть из-за пояса кинжал. Его отправить через плечо Иглиэлю в сердце, затем крутануть копье, чиркая кончиком Ниму по шее и кинуться на толпу, убивая всех, кто подступит ко мне на длину копья, а потом… Я шагнул к Ниму…
— Стойте! — прервал мое движение Иглиэль, истошно завопив. — Этот человек завтра будет принесен в дар лесу. Если вы его убьете, Ритуальное Дерево останется без жертвы. Кто его заменит? Может это будет кто-то из вас?!
Толпа начала остывать, накал прошел и я понял, что растерзание на сегодня отменяется. Кто-то из толпы крикнул:
— Но он убил Заля!
— Завтра он получит своё наказание, вы можете прийти и посмотреть на это! — продолжал увещевать всех Иглиэль.
Толпа недовольно ворчала на разные лады и исходила злобой, но послушно расступилась, когда Иглиэль, а за ним и я с Нимом продолжили наш путь к камере. Больше никто камней не бросал, а в моей голове внезапно что-то щелкнуло и ярость поутихла. Я стал недоумевать, откуда же пришло ко мне знание навыков боя, приемов работы с копьем, но главное — откуда появилась та реакция, с которой я молниеносно поймал камень, летящий мне в лицо? Здесь может быть только одно объяснение, но я об этом старался не думать…
Наконец мы дошли до сарая, который на сегодняшнюю ночь должен стать моим последним пристанищем. Иглиэль и Ним сопроводили меня до моей камеры, а затем ушли, причем Ним уходил последним, окатив меня из глаз волной ненависти. Наконец дверь на эльфами закрылась и смог облегченно опустошить свой мочевой пузырь, терзающий мое тело изнутри. Пометив ту же самую стенку, что и накануне, я сел на землю у противоположной и начал размышлять. А подумать было над чем.
Судя по всем признакам, Лавиниэль все же не умер, как я полагал. Нет, он живет и здравствует, но обретается во мне. Когда я высасывал из него информацию я нечаянно взял не просто много, я выпил все. Вот почему последним его воспоминанием было погружение в мои глаза. И теперь вся память, все эмоции, да что там уже мелочиться, вся личность Лавиниэля теперь уместилась в моей памяти. Но так как возможности её ограничены, то пока она общается со мной, предоставляя жизненно важные мне сведения. А как же иначе? Умирать повторно тоже ведь не охота. Вот и приходит ко мне частичка его воспоминаний, а в экстренных случаях — он даже может управлять моим телом. Я вспомнил эпизод с камнем и понял, сам я не поймал бы его никогда.
Почему же так происходит, и почему личность Лавиниэля не заменила мою, а осталась в качестве помощника? Хотя в тот момент, когда я почувствовал, что моим телом словно управляют, я поначалу ощутил волну ярости. Но почему она захлестнула меня так сильно? Ответом может быть только одно — Лавиниэль тоже испытывал такие же чувства, это и облегчило слиянию его и меня.
Теперь вроде бы все ясно, все разложено по полочкам. Но что делать дальше? Личность Лавиниэля терпеть не будет, а попытается установить себе контроль над телом. Да и каково это, быть запертым в мешке, все видя и слыша, но без права что-нибудь сделать. Я бы так не смог. Да и он не сможет, а жить, деля одну голову на двоих с чокнутым эльфом, мне не улыбается, даже если я выберусь отсюда. Тогда что же делать? Опять этот вопрос. Но теперь, по логике вещей, мне нужно каким-то образом избавиться от нахлебника в своем теле. Но как это сделать, ведь убить часть мозга я просто не могу. Да и глупо бегать, колотя себе по голове с криком «Ты здесь прячешься?». И еще один момент — знания эльфа мне все же нужны. Они уже не раз доказывали свою полезность и нужность. Значит, решено — нужно избавиться от личности, но сохранить информацию о её навыках. Бред! Мне даже встретиться с ним невозможно, а тут еще и убивать придется. Нет, стоп, есть один выход… Это может сработать!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
