И камень и топор тотчас же упали на землю. У одного из хозяев от страха отвисла нижняя челюсть, и он смотрел на нас безумными глазами. Другой же, едва разглядев нас, вскрикнул и, в ужасе схватившись руками за голову, упал на пол.
— О Гор, сын Осириса, повелителя вечерней и утренней зари, пощади раба своего! — закричал он.
Мы заранее решили, что я заговорю с ними: ведь необходимо было проверить, могу ли я объясняться на их языке или нет.
— Успокойся! — сказал я. — Тебе нечего бояться. Боги Нила прибыли в твою страну не для того, чтобы обречь тебя на страдания.
Человек, лежавший на полу, не решался поднять голову, и я не знал, понял ли он меня, но другой в это время заговорил.
— Вы жрец? — спросил он.
— Да, — ответил я. — Великие боги Гор, Анубис и Тот пришли оттуда, где они живут с древних времен. Прямо перед тобой стоит Анубис, совершивший жертвоприношение в честь Осириса. А это отец вечерней и утренней зари Гор, который создал солнце, согревающее весь мир. Рядом с ним — бог мудрости Тот. Он может научить тебя всему, чего не знали даже твои предки. Осирис, посылая их в твою страну, приказал, чтобы их торжественно встретили в храме бога солнца Ра. Там, под этим храмом, находится гробница Серафиса, чья душа бессмертна.
Только я замолчал, как бедняк, до тех пор лежавший без движения на земле, вдруг вскочил и выбежал на улицу, крича:
— Боги сошли на землю! Конец света!..
Второй, оказавшись наедине с богами, совсем перепугался и, чуть помедлив, выскочил в дверь вслед за своим товарищем.
Все произошло так быстро, что я даже не успел определить, поняли они меня или нет. Но я уже твердо знал, что могу говорить на одном с ними языке, хотя, конечно, мое произношение сильно отличается от здешнего.
Когда мы остались одни, Дхирендра спросил меня:
— Ну как, вы поняли, что они говорили?
Я ответил, что понимаю их без всякого труда, хотя их язык, очевидно, кое в чем разнится от языка древних египтян, живших на берегах Нила.
— Ну, в таком случае все в порядке, — сказал капитан Дхирендра. — Мы на правильном пути и должны действовать, не теряя ни минуты. Вы говорили, что важнейшие религиозные церемонии совершались у древних египтян на берегах реки. Поэтому нам обязательно надо достать лодку.
Мы направились берегом реки к деревне. Впереди всех шел Анубис, а уж за ним — все остальные. Мы прошли совсем немного, как вдруг увидели привязанную к дереву небольшую лодку. Лодка была подтянута к самому берегу и стояла среди густых водорослей.
Чан и Дхандас пошли за вещами, а мы с Дхирендрой занялись приведением лодки в такой вид, чтобы на ней не стыдно было плыть трем великим богам.
Мы спрятали вещи под скамейки и сверху наложили травы, сделав таким образом хорошее сиденье. Дхирендра» привязал к корме весло и показал мне, как им править.
Был третий час ночи, когда мы отплыли. Речка в этом месте была неширокой, и, к счастью, луна светила так ярко, что мы отчетливо видели оба берега.
— Не торопитесь, — сказал нам Дхирендра. — Мы должны плыть не спеша, и что суждено нам, то пусть и сбудется.
Я не разговаривал с товарищами, которые сидели на противоположном конце лодки, а думал о том, что нас ждет впереди.
Берега казались необычайно красивыми в серебряном свете луны. В одном месте река поворачивала, и мы снова увидели дорогу Сидящих Писцов. Тихие и безмолвные статуи вызывали к себе чувство сострадания.
Мы плыли мимо деревень, рыбацких хижин и храмов со спускающимися к воде ступеньками. Чем дальше мы. уходили вниз по реке, тем шире и шире она становилась, а берега — выше и круче.
Вокруг расстилалась плодородная, покрытая полями и садами земля. Облик деревень постепенно изменился — тростниковые хижины сменились домами из необожженного кирпича. Кругом не было ни души: все крепко спали, не подозревая, что чужеземцы под видом богов ворвались в их страну.
Течение не превышало пяти-шести километров в час, и мы проплыли не больше двадцати километров, когда солнце украсило собой восточный склон небосвода и оттуда брызнули в долину лучи света.
Тут мы привели себя в порядок и каждый постарался войти в свою роль. Трое богов поднялись на возвышение, которое мы сделали в носовой части лодки. Гор стал лицом вперед, а Тот и Анубис — сзади него, лицом к корме. Рано утром, в легком тумане, поднимавшемся над рекой, эти сошедшие на землю боги должны были ошеломить каждого, кто увидел бы их.
Первым встретился нам на пути рыбак. Он раскладывал мокрую сеть, чтобы высушить ее на солнце. Увидев нас, рыбак схватился руками за голову, упал на землю и лежал до тех пор, пока мы не скрылись из виду.
Потом мы проплыли мимо голого мальчика, сидевшего на берегу под деревом. Его длинные черные волосы были зачесаны на правый бок. Заметив нас, он закричал от страха и убежал, очевидно домой, чтобы рассказать матери о появлении трех богов.
Мы знали, что стоит только кому-нибудь увидеть нас, как весть о прибытии богов тотчас же разнесется по всей стране, и поэтому, глядя на людей, которые бежали из одной деревни в другую, мы не сомневались в том, что это гонцы, оповещавшие о нашем появлении.
Наконец мы приблизились к большому селению. В этом месте к реке подступала высокая каменная стена, за которой виднелся дворец со множеством колонн. На самом берегу столпилось много народу. Всем не терпелось взглянуть на богов.
Мне стало не по себе, когда я увидел толпу человек в триста, да еще в большинстве своем вооруженных.
Но здесь Анубис сказал мне:
— Профессор, больше выдержки! Начинайте свою роль. Остановите лодку посередине реки и известите их о нашем прибытии.
У меня заранее была подготовлена речь — я успел уже выучить ее наизусть, — и, став лицом к толпе, я громко воскликнул:
— Слушайте все! Великие боги Нила, которые в минувшие века охраняли ваших предков от всяких напастей, спустя много столетий вновь сошли на землю своих любимых детей. Они прибыли сюда, чтобы принести вам покой и счастье. Боги желают людям добра!
Всем хотелось разглядеть нас, и, подталкивая друг друга, народ все ближе и ближе подходил к реке. Я обратил внимание на то, что на берегу стояли люди, представлявшие самые различные социальные группы, и что одеты они были точно так же, как в свое время одевались древние египтяне. Там были воины в длинных набедренных повязках, вооруженные копьями, торговцы, побросавшие свои лавки, ремесленники, покинувшие свои мастерские, сановники в длинных одеждах и много женщин и детей.
Я невольно обратил внимание на то, что у большинства были надеты бусы, иногда в два-три ряда. В этом не было ничего удивительного: древние египтяне были страстными любителями бус, которые делались из самого разнообразного материала — из камня, кости, фаянса, стекла, слоновой кости, золота, серебра, меди и дерева, часто позолоченного. Бусы в древнем Египте не считались женским украшением, как у нас, и их наравне с женщинами носили мужчины.
