Читаем без скачивания Волшебная зима в Оккунари (СИ) - Берестова Елизавета

— Понятно, — закатил глаза коррехидор, — я перефразирую вопрос: что лично я могу сделать, чтобы ваш замечательный план претворился в жизнь?

— Поговорить с его светлостью герцогом Окку, — парень опустил глаза, — помогите мне получить разрешение заняться исследованиями в фамильном архиве Дубового клана. Там, я уверен, у меня получится отыскать доказательства невиновности вашего предка.

— Хорошо, — утомлённо протянул Вилохэд, — я переговорю с отцом, как только представится удобный момент. Скорее всего, завтра или послезавтра.

— Благодарю, благодарю, — снова ударился в поклоны студент, а поскольку он сидел на стуле, выглядело это весьма забавно, — вы так великодушны, господин коррехидор! У меня просто нет слов, поработать в архиве такого великого клана, как Дубовый, — просто моя мечта.

— Идём, дорогая, — Вилохэду надоело общество экзальтированного студента, — я вспомнил об одном визите, который нам непременно нужно нанести сегодняшним утром. Извините нас, господин Лейс, но дела клана, — при этих словах он сделал непроницаемое лицо, — вынуждают покинуть ваше приятное общество.

— О, да, конечно, — Лейс суетливо поднялся, не зная куда девать руки, — естественно, дела клана – это архиважно. Простите, что столь бесцеремонно пользуюсь вашей добротой и трачу ваше время на мою ничтожную личность и работу.

— Это излишне, — отмахнулся коррехидор, — мы высоко оценили ваши старания на благо Дубового клана, — ответил он фразой, подцепленной в лексиконе отца.

— Что ещё за дела клана? – шёпотом поинтересовалась чародейка уже на лестнице, — поедем свиней искать?

— Дела клана, — с улыбкой ответил Вил, — самая удобная отговорка, когда тебе нужно спровадить надоедалу вон. Мой папочка именно так и поступал со мной практически до совершеннолетия.

— А что стало после?

— После мне пришлось присутствовать на нудных совещаниях и временами с умным видом изрекать общие фразы о делах, в которых я ни шиша не смыслю, и разбираться лень. Но, — он остановился, — кое-что мы сделать всё же можем. Идём ко мне.

— В спальню? – с сомнением спросила Рика.

— Не так быстро, сударыня, — вскинул брови в комичном удивлении Вил, — для этого мы ещё недостаточно хорошо знакомы. В кабинет, где я в детстве делал уроки – это маленькая комнатка рядом с моей спальней. Всё вместе носит гордое наименование – апартаменты младшего сына Дубового клана.

Чародейка согласно кивнула. По дороге коррехидор послал слугу в библиотеку и потребовал принести атлас Оккунари.

— Ориба дал мне список всех ферм, где пропали свиньи, — проговорил Вил, раскрывая том на нужной странице, — попробуем отметить точки пропажи и поглядим, не даст ли нам сие что-нибудь.

Апартаменты младшего сына Дубового клана оказались обычной комнатой подростка с картой Артании над письменным столом, стеллажами книг, кушеткой у стены и парой кресел. Необычным было только фортепиано и полка над ним с кипами нот.

— Ну, что ж, поглядим, — коррехидор вытащил сложенный листок бумаги с перечнем пострадавших ферм, — можешь потом магией убрать наши пометки? – спросил он, замерев с карандашом в руке над старинным атласом, — уж больно не охота переводить карту на папиросную бумагу.

— Давай я применю заклятие двойника? – предложила чародейка, — так карта всегда будет при нас, что – совсем не лишне.

Она выпустила фамильяра, и, набрала в рот воды из хрустального графина и брызнула на лист бумаги, положенный поверх интересующей их карты Оккунарской долины, совсем, как расплёскивают воду при глажке. Только капли воды в воздухе вспыхнули знакомым Вилохэду фиолетовым свечением, каким сопровождалось всякое колдовство некромантки, а Тама быстро-быстро замахала своими призрачными крылышками бабочки-бражника. Искорки потемнели до чернильно-чёрного цвета, сплелись в тончайшую сетку и опустились на чистый лист, образовав на нём точную копию карты, лично нарисованной дедушкой коррехидора.

Довольный фамильяр принялся носиться по комнате, хватаясь призрачными зубками за висящие кисточки подхватов от штор. Было ясно, насколько Таме не хватает её кошачьих лапок. Рика приструнила фамильяра, пригрозив немедленным отправлением в духовный план. Череп любимой кошки притих, нырнул на колени девушки, где замер, уткнувшись носиком в руку.

Вил тем временем вооружился карандашом и стал отмечать на карте фермы, пострадавшие от краж животных.

— А где ферма Лейсов? – спросила Рика, — она первая в списке, а ты её не обозначил.

— Её нет на карте, — ответил коррехидор, сверяясь с записями управляющего, — скорее всего, во времена составления карты её ещё не существовало, как и фермы Тайров. Пока без этих двух получается некое подобие круга с центром где-то в горах.

— Видимо, там и есть пещера, где прячут свиней, — задумчиво заметила чародейка. Она вспомнила старика Несквайра с его безумной идеей мести Осинового клана, и кое-что в ней наталкивало на размышления, — ведь в ваших горах есть пещеры?

— Полно, — ответил Вил, — есть и пещеры, и шахты, а под самим Оккунари, говорят, целые катакомбы. Когда строили город оттуда брали камень. Лет пятьсот назад катакомбы кишели разбойниками. Считается, там, помимо стандартных захоронений, спрятаны сокровища. Редкий мальчишка в Оккунари не пытался отыскать вход в катакомбы и не завладеть спрятанными там сокровищами. Но, увы, — он развёл руками, — никому пока этого сделать не удалось. Искал и я с близнецами, но пусто.

— Я подумала, — девушка задумчиво постучала своим карандашом по карте, — что, если старик Сато не так уж и неправ.

— Уволь меня от разговоров о вендетте столетней давности! – воскликнул Вил, — мне с избытком хватит лекции надоедливого студента о моём безвинно осуждённом предке. Мести Осинового клана я просто не вынесу.

— Я о другом, — раздражённо сказала чародейка, — свинья, которую нёс в зубах тяготон была усыплена. Несквайр говорил, что свиней убили и сложили в пещере. Так вот, зачем убивать животных, когда их можно просто усыпить. Одни плюсы: ни кормить, ни убирать не нужно. Звуков они не издают, перевезти можно, свалив их в кучу, как вещи. А что добывают в горах Оккунари?

— Как обычно, — пожал плечами Вил, — медь, малахит, немножко изумрудов, золота и кое-где находили жилы двимерита.

— Двимерита? – Рик даже подскочила, отчего прикорнувшая на коленях Тама недовольно забила крыльями и попыталась цапнуть хозяйку за палец в знак недовольства, — тогда понятно, почему мы не можем найти свиней. Двимерит блокирует чары, что ж ты молчал?

— Ты не спрашивала, — отгрызнулся Вил, — я, что должен был по примеру прилизанного студентика тебе лекцию о полезных ископаемых Оккских гор прочитать? Атлас, между прочим, всё время был у тебя перед глазами.

Рика мысленно обругала себя за невнимательность. Ишь, расслабилась, будто и правда гостья Дубового клана, а не коронер на секретном задании! На любовно нарисованной дедушкой Вила карте во многих местах красовались две перечёркнутые молнией палочки – стандартное обозначение этого минерала в Артании.

Управляющий Ориба обнаружился на кухне, где сей достойный муж пил чай со свежеиспечёнными пирожками. Он охотно показал на карте недостающие фермы.

— Робби сегодня с утра мне покоя не давал, — проговорил он с усталым осуждением, — всё пытался выведывать про вашу гостью, милорд. Я, понятное дело, осадил парня, как мог, но, боюсь, как бы его бестолковое любопытство вашим делам не повредило. Если станет увязываться, гоните в шею. Коли прознает, что госпожа Таками – чародейка, беда. Разболтает, как пить дать. И откуда у меня в роду такой шалопай взялся! – управляющий покачал головой.

На карте ферма Лейсов, с которой и начались кражи, оказалась почти в самой середине, возле высокой горы. Ферма Тайров практически замыкала импровизированный круг, образованный пострадавшими хозяйствами.

Господин Янг появился перед самым обедом, как всегда оптимистичный и довольный жизнью. Посетовал немного на непривычно холодную по меркам Делящей небо погоду, намекнул на удачные переговоры и с аппетитом поглотил отменно вкусный обед. Герцог сразу после обеда удалился к себе, а Вил решил не терять времени и пригласил делийца в библиотеку, как он выразился «на пару слов о расследовании, что так интересовало его в поезде». Тот кивнул, отложил недочитанную газету и пошёл наверх.