ничего подобного в текстах не встречалось. А ведь их писали знатоки своего дела.
— Константин Платонович, всё в порядке? — Сумароков тронул меня за локоть.
— А?
— Вы уже час стоите не шевелясь.
Тряхнув головой, я потёр ладонями лицо.
— Всё хорошо.
— Что с курганом? — кивнул на холмик Аристарх.
Я пожал плечами.
— Диагноз ясен, будем работать.
Глава 14 — Красная ртуть
Подобрав с земли ветку, я прочертил вокруг холма круг.
— За линию не заходить, траву вокруг выкосить.
Аристарх кивнул и умчался в сторону шатров. А я сел перед куполом и принялся наблюдать за странными эфирными обитателями.
— Константин Платонович, — тронул меня за плечо Сумароков, — что вы видите?
— Полусфера, сплетённая из эфира, какие-то защитные конструкты.
— Да? Удивительно. Я никогда не жаловался на зрение, но могу разглядеть только дрожание эфира над курганом, будто раскалённый воздух поднимается, и смутные тени внутри.
Я давно подозревал что-то подобное: обладатели Таланта платили за мощь эфирной близорукостью. Там, где я видел тонкое плетение, для них существовали крупные мазки. С другой стороны, а оно им надо, разглядывать такую мелочь? Когда силы хватает уничтожить целый город, зачем рассматривать камешек на тротуаре?
Пожалуй, Сумароков с племянником могли бы снести этот купол и всех его обитателей одним ударом. Вот только и от кургана не осталось бы и следа. Так что магическим тяжеловесам пришлось искать эфирного «часовщика», то есть меня.
— Вам что-то нужно? — спросил старичок.
— Нет, спасибо. Только время, чтобы разобраться.
— Тогда не буду мешать.
Сумароков удалился, и я остался один на один с защитой могильника. Чем больше я наблюдал, тем меньше сомнений оставалось — «медузы» и другие обитатели купола искусственно созданы. Они атаковали брошенные мной шарики эфира, но слишком механически — рвали на кусочки и тут же возвращались на своё место. Да, необычная техника была у древних колдунов.
Впрочем, уничтожить их не составляло труда — Знак огня, прицельно брошенный в «медузу», разнёс её на клочки. Но я не спешил очистить купол. Нельзя упускать такой интересный материал для исследования!
До самого вечера я наблюдал за жизнью эфирных охранников. Разбирался в их структуре, запоминал особенности плетения и даже располовинил одну «звезду» скальпелем из эфира. Для живых эти конструкты, конечно, опасны, но только при длительном воздействии. Наверное, минут за двадцать могут довести до обморока, а за пару часов до остановки сердца.
— Константин Платонович, — из транса меня вывел Аристарх, — уже темнеет. Будете ужинать?
— Спасибо, пожалуй, да.
Вместе с Аристархом я вернулся в лагерь и присоединился к застолью. Сумароков не стал меня расспрашивать — слишком уж задумчивое, наверное, было у меня лицо. Так что я поел и ушёл спать.
* * *
Наутро я повёл археологов к кургану.
— Вы что-то придумали, Константин Платонович?
— Ага, сейчас увидите.
На small wand, который я достал из кобуры, Сумароков и Аристарх посмотрели с некоторым презрением. Вот что за люди эти Талантливые, а? Даже когда не могут обойтись без помощи деланного мага, всё равно выпячивают своё врожденное превосходство. Тьфу на них! Если бы не экзаменация, ни за что не стал бы им помогать.
На этот раз я сделал связку из Знака воздуха, Печати Силы и Знака огня. Только не плоскую, а слоёным пирогом, один над другим. Воздух работал насосом, Печать концентрировала эфир, а Огонь разогревал его.
Стоило запустить эту конструкцию, и купол наполнился гудящим пламенем. У-у-у-у! Конструкты корчились, дёргались и распадались. Через минуту от эфирной живности не осталось даже следа, и я стёр связку Знаков.
— Лихо вы! — Сумароков покачал головой. — Никогда не видел такого эффекта. Можно начинать раскопки?
— Не торопитесь, Василий Петрович. Это был первый слой защиты, сам курган я ещё не смотрел.
Купол над холмиком не представлял угрозы, и я шагнул под его свод. Наклонился и заглянул в земляной лаз, выкопанный археологами. Так-так, посмотрим, что у нас здесь.
Мать моя женщина! Куда я лезу-то?! Весь холм представлял собой тугой кокон из эфирных потоков. Что-то вроде «шкатулки Лейбница», только раз в сто мощнее.
Не знаю, как они умудрились потерять только троих, да ещё и лаз так глубоко прокопать. Сунься туда, и через час можно смело заказывать панихиду.
Я выбрался наружу и подошёл к Сумарокову. Аристарх куда-то убежал, и мы остались со старичком наедине — отличный повод для откровенного разговора.
— Василий Петрович.
— Да-да?
— А ведь вы недоговариваете.
— Я?!
— Именно вы, Василий Петрович. Что там внутри? — я указал на курган.
— Древняя могила, — под моим пристальным взглядом он занервничал, — старые кости, бронзовое оружие. Ну, может быть, ещё какие-то ценности, золотые украшения. Честное слово!
— Лукавите, Василий Петрович.
Он слишком наигранно поджал губы и задрал подбородок.
— Вы переходите границы, молодой человек. Будь я моложе, вызвал бы вас на дуэль.
— И всё же я прав.
Сумароков зло прищурился.
— Константин Платонович, перестаньте…
— В кургане запредельная концентрация эфира. Настолько высокая, что может запросто убить человека или оставить на всю жизнь калекой. Что это, кости фонят? Оружие, воспетое в эпосе? Вероятно, греческое, Геракла или Персея? Или золотые украшения? Полагаю, их носила сама Елена Троянская. Да, Василий Петрович?
— Да какая вам разница! — вспыхнул Сумароков.
— Огромная. Не понимая, с чем имею дело, я не могу работать с феноменом. Это не Знаки деланных, не колдовство Таланта, а чёрт знает что. Я не готов рисковать жизнью ради ваших тайн.
Лицо старика сморщилось, будто я его лимонами накормил.
— Не хотите говорить, — я вздохнул, — и не надо. Мне чужие тайны без надобности. Пройду экзаменацию в Москве, это дозволяется правилами, я уточнял.
Я развернулся и пошёл в сторону лагеря. Пусть сам ковыряется в кургане. Там такие мощные потоки, что спалят меня, и никакой Анубис не поможет.
— Постойте!
Не успел я отойти и на сотню шагов, как Сумароков бросился за мной.
— Константин Платонович, погодите.
Бегать от старика я не стал и дождался, пока он догонит меня.
— Простите, был неправ. Вы действительно имеете право знать.
Вид у Сумарокова был виноватый.
— Мы без вас не справимся. Я всё расскажу, а вы ещё раз подумайте. Хорошо?
— Давайте попробуем. Слушаю вас.
— Понимаете, — старичок опустил взгляд и ковырнул носком сапога землю, — исторические ценности для нас не главное.
— А что же тогда?
— Ну, — он мялся, подбирая слова, — Таланты ведь не вчера появились. У древних народов их носители становились вождями, жрецами, старейшинами. Иногда в их могилах можно найти… Ммм… Как бы это сказать…
— Как есть.
— Мы, в смысле масоны, называем это «красной ртутью».
Ёшки-матрёшки,
