Винс пристально посмотрел на Джинджер. Она подняла на него полные страха глаза, словно у вора, попавшегося в собственную западню.
— Короче говоря, я заинтересовался ею, а она притворилась, что не проявляет ко мне никакого интереса. Когда я отступил — она была вся моя. — Винс не отводил взгляда от Джинджер, даже когда она опустила голову, уставившись в крышку стола.
— Вы могли бы объяснить суду, что значит «вся моя»?
— Именно то, что я сказал. Мы занимались сексом. — Это было намного больше, чем просто секс, — страсть, которая возникает между мужчиной и женщиной. Взрыв таких чувств, которых он не испытывал никогда прежде, и знал, что никогда больше не испытает.
Джинджер взглянула на него полными слез глазами. Можно было поверить, что слезы искренние, настоящие, но он-то лучше знал… Винс отвел взгляд, не в силах смотреть на нее даже лишнюю секунду. Сейчас — нет. Сейчас, когда ему известно, что тот акт был по обязанности. На самом деле это был всего-навсего дешевый секс и ничего другого.
— А что случилось потом? — спросил адвокат.
— Я хотел взять у нее номер телефона. Она написала его на клочке бумаги, но когда я приехал домой, номер исчез.
— Вы уверены, что он там был?
— Совершенно уверен. Я посмотрел на номер прежде, чем засунуть листок в бумажник. Похоже, она пользовалась специальными чернилами или чем-то еще в этом роде. Я пытался найти номер в справочнике, но ее имени в списках не оказалось. Я пытался отыскать ее в модельных агентствах, но Джинджер Купер не существовало. — Винс отчетливо помнил боль, которую испытал от того, что не может ее найти. Даже зная теперь, что она мошенница, он чувствовал себя задетым. Все внутри Винса скрутилось в один громадный тугой узел. — Мне казалось, она вообще плод моего воображения и в реальности ее никогда не было. Но потом я увидел ее, совершенно случайно, в самый канун Нового года, с другим мужчиной. Она улыбалась, наслаждаясь праздником, выглядела очень счастливой. Она получила от меня то, что хотела, и устремилась к другой добыче.
— И что же, вы думаете, она от вас хотела?
— Протестую! — крикнул адвокат подзащитной. — Что он думает, что она хотела, — обыкновенное предположение.
— Ваша честь, — заявил Майклз, — эта женщина не искала любви. Я думаю, ответ мистера Данелли мог бы пролить некоторый свет на ситуацию.
— Протест отклоняется, — сказала судья.
— Повторяю, — заявил Дэвид, — чего она хотела от вас?
— Я думаю, это довольно очевидно. Ей требовалась информация о моем бизнесе. Она хотела выяснить, насколько легко проникнуть в мой сейф и украсть проекты, разрушить мою жизнь.
— Протестую!
— Поддерживаю протест. Мистер Данелли, пожалуйста, давая ответы на вопросы, придерживайтесь фактов, а не собственных предположений, — указала ему судья.
— Да, ваша честь. — В этот момент Винс вообще не был уверен, способен ли отличить факты от домыслов. Его разум твердил: надо жить дальше и не думать о ней. Полно других женщин, их тысячи, тех, с кем он может встречаться, чтобы стереть память о Джинджер. Но его раненое сердце не собиралось слушать доводов разума. Как легко было бы ее забыть, но всякий раз, когда он закрывал глаза, он видел ее, чувствовал ее, ощущал ее вкус. Винс Данелли хотел ее больше, чем когда-либо.
— Больше нет вопросов, ваша честь.
— Можете идти, мистер Данелли.
— Вы клянетесь говорить правду, всю правду и только правду?
Рука, которую она положила на Библию, дрожала.
— Да, — ответила Джинджер.
— Займите, пожалуйста, место, — сказала ей судья.
— Мисс Томпсон, назовите ваше полное имя.
Джинджер заглянула в глаза адвоката. Хотя сострадания в них не было, но она не увидела в них и угрозы.
— Меня зовут Джинджер Энн Томпсон.
— Вы когда-либо использовали какое-то другое имя?
— Нет.
— Действительно? — Дэвид Майклз повернулся к присяжным, а потом к ней. Улыбка, заигравшая на его губах, заставила Джинджер задрожать всем телом. — Вы никогда не пользовались именем Джинджер Купер?
— Я… Я…
— Пользовались или нет?
— Это была глупая игра. — Джинджер сцепила руки на коленях.
— Игра?
— Да.
— Не была ли это скорее работа? Работа по обману моего клиента, Винса Данелли, в надежде, что он снабдит вас информацией в муках страсти?
В ужасе Джинджер завопила:
— Нет!
— Тогда что это было, мисс Томпсон?
— Я не знаю. Я даже не помню сейчас почему, но мы решили изменить наши имена еще до того, как Винс вошел в тот бар. Клянусь, я никогда не слышала о Винсе Данелли до того вечера.
Адвокат оперся рукой о барьер и наклонился к Джинджер так близко, что она могла видеть собственное отражение в его зрачках.
— Тогда как, — спросил он, — вы узнали его имя? Она с трудом проглотила комок в горле.
— Робин стояла рядом с ним у стойки, когда он регистрировался. Она просто его услышала.
— Как удобно, должно быть, это оказалось для вас! Она всегда подслушивает, когда люди регистрируются?
— Нет. Простое совпадение, я уверена.
Он прошелся по залу, потом снова вернулся и встал перед ней.
— Зачем вы приехали в Стимбоут?
— Чтобы покататься на лыжах.
— Вы часто катаетесь там на лыжах?
— Нет. Я ненавижу на них кататься. — Зрители захихикали, а краска медленно стала заливать ее щеки.
— Если вы ненавидите ходить на лыжах, зачем вы туда поехали?
Джинджер знала, что никто не поверит, но это была сущая правда.
— Робин выиграла эту поездку.
— Точно так же, как мистер Данелли?
Она заметила удивление в его глазах.
— Да.
— Как удобно, не правда ли?
— Нет. Как я уже сказала, мне не нравится кататься на лыжах, но Робин уговорила меня поехать. Она моя лучшая подруга, и я не могла сказать ей «нет».
— Так почему вы спали с ним?
Джинджер с трудом сглотнула. Этот человек задел самое больное место. Ее взгляд метнулся к Винсу. Она поклялась на Библии и знала, что должна говорить правду, но правда застряла у нее в горле.
— Мисс Томпсон, вы должны ответить на вопрос, — мягко подталкивала судья.
Джинджер закрыла глаза и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.
— Меня очень влекло к нему. — Снова открыв глаза, она посмотрела на Винса, в его прищуре читалось откровенное недоверие. Он считает, что она лжет. Джинджер опустила голову и посмотрела себе на руки. — Я подумала, что я в него влюбилась.
— Вы думаете, кто-то в зале суда поверит, что вы влюбились в мужчину, которого знали меньше двух дней?
— Да, — прошептала она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
